Не Альфа волчьей стаи (СИ) - Сурмина Ольга

Взгляд становился склизким. Словно Бете… нравилось раздражать своего Альфу. Совсем немного. Он видел его поджатые губы, слышал скрип его зубов, но не останавливался. Продолжал нахваливать ту, которую просто пожалел.

Друзья? Друзья. Но эта дружба была не лишена лёгкой иронии и таких же лёгких взаимных подколов.

— Это правда, — Генри криво ухмыльнулся. — Но на тебя мне не насрать. К зеркалу подходил сегодня? У тебя глаза, как у… не знаю. Идём с нами, это не просьба, я настаиваю. Как твой Альфа, я прошу тебя идти сегодня со мной.

Бете явно не понравилась эта фраза. Он несколько минут думал, таращась куда-то в сторону, потом лениво склонил голову и ответил:

— Ладно. Раз ты просишь. Хорошо.

— Ну вот, договорились, — Генри облегчённо кивнул. — Я за тобой заеду. Ладно, ребят, погнали!

Вновь раздался рёв двигателей. Марлен прищурилась, но как только поняла, что жених возвращается, сделала самое милое лицо на земле и принялась изображать активную деятельность — что-то трогала, рассматривала, пока не услышала за спиной:

— На меня это не работает. Хватит.

Она поёжилась. Отступила на шаг назад и тут же почувствовала плечами его грудь — толстую ткань пиджака, тонкую — рубашки. Смутилась, затем шарахнулась и обернулась.

— Не надо делать такой невинный вид, меня это раздражает, — Бета мерзко улыбнулся. — Не учили, что подслушивать нехорошо? Недоученная жена.

— А тебя, похоже, не учили тому, что врать нехорошо, — вдруг выдала девушка. — Что это сейчас было⁈ Что вы скрываете в лесу? Вы скрываете. Я думала, вы… вы герои. Что происходит? — Она сложила руки на груди. — Мне-то уж можно сказать? Я так-то собираюсь работать над твоей репутацией. И мы не сработаемся, если ты будешь врать, недоговаривать и всё такое прочее.

— Дверь там, — он указал большим пальцем на выход. — Не сработаемся, значит? Что ж, удачи.

— Нолан, — Марлен злостно выдохнула. — Черта с два я уйду. Меня засмеют.

— Тогда ты будешь учиться молчать и кивать, — зрачки жутко сверкнули в темноте широкого коридора. — Среди пунктов договора был пункт «не задавать вопросов». — Бета оскалился. — Вот и не задавай. Как я уже сказал, в лесу чудовище. Точка. Срать, как оно выглядит, оно там есть. И ты туда не пойдёшь.

Он сцепил зубы и прикрыл глаза. Попытался привести себя в норму — постепенно получалось. Чая под рукой больше не было, так что мужчина просто поднёс к носу рукав и наклонился к нему.

— Лучше скажи мне вот что, — в зрачках мелькнул лёгкий конфуз. — Я правда плохо выгляжу? Что со мной не так?

— Ну… — Йорфер мрачно улыбнулась. — Бледный немного. Взгляд пустой. А в остальном… — Она раздражённо прищурилась. — Для Беты… сойдёт. Нормально.

— Строптивая стерва, — он гневно раскрыл глаза. Хотел было ринуться вперёд, чтобы взять её за плечо или одежду, но вновь прижал к лицу рукав и остался стоять.

— Какая есть, — улыбка становилась всё шире. — И ты какой есть. Лживый Бета. Чего ты злишься? Разве твой ранг для тебя оскорбителен? Ты же сказал, что не хочешь ничего менять. Так в чём дело? — взгляд становился хитрым.

— Убью, — едва заметно дёргалось нижнее веко правого глаза. — Нет, меня не задевают твои слова, нисколько. Меня бесит сам факт того, что ты попыталась меня задеть. Стерва. Я твой будущий муж, а ты меня подначивать решила⁈

— Случайно вырвалось, извини, — улыбка становилась пластиковой.

— Завари мне чай, — прорычал Нолан. — Найдёшь в шкафчике над чайником бумажный пакет под номером четырнадцать. Налей в белую чашку с чёрной каймой сверху. — Он медленно наклонился над девушкой, всё сильнее прижимая ткань пиджака к носу. — Услышу в свой адрес ещё хоть одну подначку — выкину тебя в окно. Рот открывай только чтобы сказать «спасибо» или «пожалуйста». Или… чтобы взять в рот. Ты усвоила, Марлен?

— Деспот, — с той же картонной улыбкой пробормотала она.

— Что-что?

— Спасибо. Пожалуйста, — девушка попятилась в сторону кухни, а как только отвернулась, закатила глаза и злостно поджала губы.

Нолан медленно побрёл в гостиную. Стер пот со лба, затем устало рухнул в зелёное кожаное кресло.

Возможно, он в самом деле не очень хорошо выглядел. А ещё плохо себя контролировал. По телу гуляли то горячие, то холодные волны озноба, пальцы дёргались сами собой. Мужчина сунул руку в карман, достал блистер таблеток, выдавил несколько на ладонь, затем проглотил их на сухую. Вот только легче от них сегодня не становилось.

Возможно, в чём-то Генри всё-таки прав.

Хотелось сломать что-нибудь. Коснуться дорогих, красивых обоев ногтями, поддеть их и содрать к чёрту. Внутри копилось адское напряжение — причём везде. В груди, в голове. В паху. Напряжение, которое иногда лишало рассудка, хотя Бета изо всех сил цеплялся за осколки разума.

— Я не вижу тут пакета четырнадцать, — раздался ленивый голос из кухни. — Тут только одиннадцать, шесть, семь…

Девушка с кривым лицом перебирала бумажные упаковки с чайными сборами. Под ногами ощущался прохладный паркет, зрачки скользили по тёмному кухонному гарнитуру со светлыми зелёными ручками. Казалось, кухней-столовой нечасто пользовались по назначению. Тёмный деревянный стол, который стоял у панорамного окна, явно давно был пуст — на нём лежали лишь круглые плетёные подставки под чашки.

— Нолан⁈ Нету тут четырнадцатого. Может, ещё какой-нибудь?

В коридоре послышались тихие шаги. Какие-то странные, не такие, как обычно. Тяжёлые, медленные. Иногда раздавался редкий скрип половиц.

— Нолан? — в голосе прозвучала тревога. Бета не отвечал.

Что-то не так. Йорфер нервно поёжилась и отступила на шаг назад, один из чайных пакетов упал на пол.

— Тебе, наверное, нельзя злиться, полнолуние же, да? — глаза безумно носились по светлой столешнице рабочего пространства кухни. По спине пополз нервный холод. — Твою мать. Но… урождённые оборотни же не теряют рассудок во время полнолуния? — спросила Марлен, словно сама у себя.

Не теряют. Но жених по-прежнему не отвечал, а шаги становились всё громче.

Её обучали тому, что делать в таких ситуациях. Говорили, что оборотни, насколько бы человечными они ни были, — внутри безумные, жуткие хищники, способные на убийство. На изнасилование. Долгое, самозабвенное изнасилование, если не смогут совладать с собой. Такова их природа. Природа, которой не всегда могут противостоять даже урожденные.

— О нет, нет, нет, только не сейчас, — испуганно бубнила Марлен себе под нос. — Наверное, у него некоторые проблемы с контролем, когда приближается полнолуние.

Ну и что делать? Шаги становились всё громче, чистая, просторная кухня не имела никаких выходов, кроме того, к которому приближался Нолан.

Девушка поджала губы и стала один за другим открывать ящики стола. У всех вервольфов была одна слабость и одна сила — запахи. Они ориентировались на них сильнее, чем на зрение или слух. Запахи. Поэтому Кайзер постоянно заваривал себе чай — сейчас это казалось очевидным. Отбить посторонние ароматы, которые мешали сосредоточиться, отвлекали или же сводили с ума.

Испуганные зрачки искали среди бесконечных чайных пакетов хоть что-нибудь, но содержимое ящиков оказалось совершенно бесполезным. Какие-то белые широкие тарелки, которые никто не использовал со дня их появления тут, бесчисленные керамические кружки, комплект бокалов. Несколько банок с амарантовой мукой — похоже, иногда Бета занимался домашней выпечкой.

— Не то, не то, всё не то! — практически в отчаянии бормотала она, когда каждая секунда звенела в сознании, словно отбойный молоток. Вдруг тело прострелила странная мысль. — Мука. Выпечка. Может… может?

Она вновь стала открывать ящики стола, пока на глаза не попалась упаковка пищевой соды. Йорфер облегчённо улыбнулась, зажмурилась и… перевернула на себя содержимое упаковки. Задержала дыхание, чтобы не чихать, а после начала едва ли не втирать в кожу порошок соды. Достаточно едкий запах, чтобы отбить её собственный? Хотелось думать, что да.