Отбор. Помощница кронпринца (СИ) - Верескова Дарья

—Что вы, Ваше Высочество… — тихо прошептала Барбара, не отрывая от него взгляда и глядя снизу вверх. — Я сама виновата. Мне не следовало уходить так далеко от центра.

—Не вините себя! — жарко возразил он, осторожно коснувшись её руки — снизу и сверху одновременно, охватив её двумя ладонями.

Жест ритуального ухаживания — знак защиты, недвусмысленно говорящий о его намерении оберегать её.

Я с запозданием осознала, что слишком долго смотрю на них, и поспешно отвела взгляд, остановившись на лице встревоженного лорда Вал-Мирроса, стоявшего за кронпринцем. Похоже, он искренне опасался за свою должность.

И правильно опасался — именно он отвечал за безопасность участниц.

—Вы, наверное, сильно переволновались. Вам необходимо отдохнуть. Пожалуйста, вас проводят в покои. На время пребывания двора в Порт-Равинье вам будут предоставлены лучшие комнаты, — сказал кронпринц, всё ещё удерживая руку Барбары в своих ладонях. Затем он обернулся и указал на дверь. — Мои люди немедленно займутся расследованием происшествия.

Он проводил Барбару до выхода, галантно подставив ей локоть — так, словно она была фарфоровой статуэткой, что могла упасть и разбиться в любой момент.

Перед тем как покинуть кабинет, он всё же обернулся ко мне:

—Благодарю за службу. Доложите обо всём в деталях лорду Вал-Мирросу, — произнёс он, а затем, не теряя ни секунды, снова повернулся к Барбаре и продолжил путь рядом с ней, направляясь к её новым, роскошным покоям.

«Благодарю за службу».

Я не знала, чего именно ожидала, когда Его Высочество вошёл в этот кабинет… Но точно не этого.

Почему-то мне казалось, что он спросит о моём самочувствии. О том, испугалась ли я…

Идиотка! Принц относится ко мне как к сотруднице дворца. Как и должен относиться.

—Вы в порядке, леди Валаре? Вы выглядите крайне расстроенной.

Правда?! Надо лучше скрывать свои эмоции.

—Со мной всё в порядке, милорд. Думаю, нам следует перейти к делу.

—Разумеется, — сразу откликнулся он и направился к массивному столу. — Расскажите мне всё, что видели. Особенно — опишите нападавших. Кронпринц не успокоится, пока не найдёт их… и всех, кто может быть с ними связан.

***

В свою крохотную комнатушку я вернулась только через пять часов — после того как меня допросил сперва лорд Вал-Миррос, а затем и какой-то незнакомец, работавший напрямую с кронпринцем. Они расспрашивали не только о тех, кто напал на Барбару, но и о моей настойке — зачем я носила её с собой, ношу ли я её постоянно во дворце, и откуда вообще возникла эта идея.

В какой-то момент я почувствовала себя не свидетельницей, а подозреваемой — будто это я устроила нападение, а не остановила его и помогла участнице.

Я даже обед пропустила!

Вернувшись, я вновь едва не поскользнулась на письме, лежащем у самой двери. Отправителем значился всё тот же человек.

Барон Рено Эсклар… Что ему от меня нужно?

У меня нет ни малейшего желания поддерживать с ним общение — ни в каком ключе. Сейчас я двигаюсь к одной-единственной цели: получить место личного ритуалиста Его Высочества. И, похоже, пока что не слишком преуспеваю — впереди меня по крайней мере Грета Даскира и Артур Перрин, а возможно, и многие другие старшие ритуалисты.

По возвращении в Сорону мы с Финном приняли решение снять все наши сбережения с ячейки его отца — до последнего медяка. Я буду хранить их в своей комнате при дворце, но нужно будет как следует обезопасить помещение. А то шляются тут всякие…

Конверт с письмом Его Милости отправился туда же, куда и предыдущее письмо — в плетёную мусорную корзину.

А я сжала виски, пытаясь понять, чем мне может грозить всё произошедшее.

Снимут ли меня с внутреннего отбора на роль личного ритуалиста Его Высочества за то, что я покинула пост, когда должна была выполнять ритуал для Барбары? Или сочтут меня скандальной из-за жалобы на близнецов Даскира?

Застонав, я уткнулась в подушку, мечтая лишь о том, чтобы этот бесконечный день закончился. Странное поведение Барбары не выходило у меня из головы. Почему она так враждебно настроена ко мне, когда я, рискуя собой, буквально вытащила её из лап нападавших?

К тёмным богам их всех.

Всех до единого.

Здоровый сон — залог устойчивого резерва! И пусть на улице все еще светло.

Тем более что завтра выходной — я смогу наконец отдохнуть, добыть свежий выпуск «Соронского Вестника», узнать результаты последнего испытания и обновлённый список фавориток.

Но выспаться как следует мне не удалось.

Через несколько часов меня разбудили страшные крики, и, накинув плотный плащ прямо поверх нижнего платья, я выскочила в коридор.

Совсем рядом со мной жила мисс Ида Калман, с которой я только недавно перешла на «ты», наконец избавившись от неловкости и ощущения, будто она всё ещё моя начальница.

—Что происходит? — Я прислушалась. Кто-то в соседнем крыле всхлипывал. — Ты кого-нибудь видела?

—Нет, только услышала крик и выбежала, — Ида с круглыми от страха глазами смотрела в коридор, куда уже высовывались головы других жильцов.

Теперь до нас доносились уже не крики паники, а резкие, властные команды. Они шли из крыла, где размещалась королевская семья. Это было совсем рядом — и потому мы прекрасно услышали следующий вопль:

—Здесь убийца! Убийство во дворце!

Я прекрасно узнавала этот женский голос.

Глава 16. Леди Аделаида Кейн. Самая долгая ночь.

Леди Аделаида Кейн

Аделаида торопливо шагала в то крыло резиденции, где жила королевская семья, досадуя на себя за то, что не решилась пройти это ещё вчера — тогда, когда Ян Арвеллар впервые вызвал её на «допрос», как его называли все участницы Отбора.

Казалось бы, пустяк, но после этих допросов девушки возвращались иными — растерянными, заплаканными, они часто не выходили из своих покоев до следующего дня.

Хуже всех пришлось тем, кого опрашивали в самом начале — они врали, изворачивались, лукавили, и именно это граф Арвеллар ненавидел больше всего.

— Я слышала, леди Ронкорт сильно упала в позициях, — тихо произнесла вчера, проходя рядом с ней, Ариса Лаэрт.

Ариса являлась юной, очень тихой девушкой, которую, однако, многие склонны были недооценивать. Пусть она и боялась принца, но во время первого испытания оказалась удивительно близка к тому, чтобы его найти — и со временем, вероятно, привыкнет к Каэлису Арно.

Но никто не воспринимал её всерьёз, даже сама Аделаида. Зачем взрослому, познавшему жизнь и женщин принцу такая молоденькая, пугливая и молчаливая леди?

— А что случилось? — спросила она тогда у одной из неожиданных фавориток.

— Она солгала графу Арвеллару, как и многие другие. Её комната — по соседству с моей. Что-то там о влюблённости в одного из родственников короля… история, зашедшая слишком далеко.

Ариса хмыкнула, глядя на Аделаиду с той особой доверчивостью, какую можно позволить только тогда, когда не воспринимаешь собеседницу как соперницу.

Самая юная и самая взрослая участницы Отбора — каждая из них считала другую проигравшей.

— Говорят, ложь для него — худшее преступление, даже по сравнению с самыми грязными секретами.

Ну почему именно граф Арвеллар вызывал фавориток на «допрос»? Почему не кто-то другой, с кем можно было бы договориться?

Аделаида и сама не верила, что оказалась так высоко — в десятке лучших! В это с трудом верила и её матушка.

Но танец с принцем изменил всё — именно тогда Аделаида впервые поняла, что не прочь была бы стать королевой.

Его широкие ладони на её талии оказались неожиданно волнующими. Принц был красив, высок, мужествен, говорил с ней уважительно, всё время расспрашивал о её квалификации, о том, как она представляет себе своё будущее. Он явно ценил то, что она — единственная из всех девушек Отбора — отважилась получить полную квалификацию. Даже Мио, которая, возможно, окончила бы её раньше самой Аделаиды, в итоге оказалась такой же, как остальные.