Городские тени (СИ) - Колесова Наталья Валенидовна

- Лаэрд Марлоу, - прошипела брюнетка, раздраженно сверкнув стеклышками очков. – К чему все эти церемонии? Нас в этой деревне совершенно никто не знает!

Молодой человек, оказавшийся лаэрдом, выглядел шокированным.

- Знают или не знают, мисс Джонс, нам с вами следует не только соблюдатьконспирацию(это слово он произнес старательно, как только что выученное иностранное), но и приличия – тоже.

Мисс Джонс, которая в иное время лишь поаплодировала бы столь похвальному стремлению (всегда была поборницей соблюдения правил, на словах – уж точно), сейчас была готова взвыть от нетерпения: надо поскорее дело делать, обмениваться информацией, а не заниматься пустой болтовней! Однако пришлось виновато улыбнуться и покаянно признать:

- Конечно, вы правы, милаэрд. Простите, я сейчас была несколько… безрассудна.

Лаэрд, разумеется, сразу же извинил ее – поскольку он всегда прав и поскольку именно этой особе готов простить многое. Что тоже выглядело несколько, как понимал сам Марлоу по здравом размышлении, безрассудным. Однако в последние месяцы его привычные устои и правила были чувствительно поколеблены не только криминальными (опасными!) приключениями, но и взглядом неких зеленых глаз, улыбкой милых губ, привлекательной фигурой… И даже детской непосредственностью, которая иногда пробивалась сквозь броню хороших манер и хорошего воспитания, которое мисс Джонс без сомнения получила. Что девушка иногда выходит из себя или проявляет чрезмерно властные манеры, вполне объяснимо: с юных лет бедняжке приходилось заботиться о себе и прокладывать дорогу в жизни самой. Ничего страшного, при должном управлении подобные черты характера быстро сойдут на нет!

- Мы можем все обсудить за чаем, - только и сказал лаэрд, и Рэйчел пришлось сдержать свой порыв бежать во все стороны сразу, лишь бы поскорее найти несчастных детей. Она прекрасно понимала, что ее рвение вызвано не столько беспокойством за их судьбу, но скорее за собственную: с Черными собаками, как бы их не называли в этой местности, не шутят.

- Как вы сказали? – переспросил Марлоу, и Рэйчел, обнаружив, что произнесла последние мысли вслух, поспешно выпалила:

- Местные жители утверждают, что в исчезновении детей замешаны сверхъестественные силы! Ну, знаете, вроде баньши, Черного пса…

- Простите, мисс Джонс, но это настоящая чепуха, - небрежно отмахнулся собеседник. – Бездельники, пьяницы, преступники всегда стремятся выгородить себя, очернив окружающих. Если такой трюк провернуть не удастся, начинают ссылаться на нечистые силы и проделки дьявола - лишь бы не нести ответственность за собственные проступки.

- Согласна.

- …а уж ссылаться на несуществующее – вообще верх лжи!

- Несуществующее?

- Конечно, - кивнул Марлоу. – Вот скажите, мисс Джонс, видели ли вы когда-нибудь, например, баньши? Или даже брауни?

«Да как вас сейчас, - могла бы ответить мисс Джонс. - А с брауни мы вообще каждый день беседуем».

Могла, но не ответила.

- Все это натурально старушечьи сказки, пышно процветающие в неграмотных умах. Но мы-то с вами знаем…

- Подождите! – перебила все-таки не выдержавшая Рэйчел. – Но ведь существуют магики и…

- Существует Бог, - веско произнес лаэрд, указывая пальцем вверх, - и, - палец вниз, - дьявол. Соответственно, практикующие магию люди примыкают либо к той, либо к иной стороне. И всё!

- Прошу прощения, господин Марлоу, но как жестараямагия? – упорствовала Рэйчел, позабывшая, что всего несколько минут назад велела себе быть терпеливой и кроткой.

- Вы сейчас говорите о той, что существовала на Островедопоявления истинной веры? – уточнил Марлоу. – Разумеется, как и всякая противоречащая и не принимающая Господа нашего, а значит, воистину дьявольская, она подлежит окончательному искоренению!

Где-то далеко насмешливо залаял-расхохотался Старый Шак, а из стены, видимый только исключительно Рэйчел, выглянул клуракан[1], задумчиво обозрел ее аристократического собеседника, сочувственно покачал головой и исчез. Наверное, поэтому вопрос учительницы вышел слегка скептическим:

- А получится ли?

Лаэрд неправильно расценил ее интонацию – как желание в этом увериться. Воскликнул с жаром:

- Разумеется! Разве в городе вы хоть раз наблюдали… ну хотя бы фейский танец? Ведь нет же? Это потому что на месте полян и рощей фей воздвигнуты каменные дома и проложены дороги. Наша цивилизация не может существовать без железа, а железо, как известно, сковывает старое колдовство. Когда всю нашу страну покроют железные дороги – что мы сейчас с вами и наблюдаем – оно будет расчленено и полностью уничтожено. Это не считая того, что при регулярном благословлении священниками земли и вод древняя магия слабеет и хиреет…

- И в конце концов останется только Прогресс, Вера и магия людей, - задумчиво подытожила Рэйчел.

- Так и есть! – энергично кивнул Марлоу. Оценив выражение лица девушки (он счел его скучающим), спохватился. – Прощу прощения, мисс Джонс, я, как говорится, оседлал своего любимого конька! Инспектор, вероятно, рассказывал вам…

- О законе против фэйри? Да, что-то такое говорил. Но мы несколько отвлеклись. Раз в данном случае вмешательство потусторонних сил отрицаем, остаются только люди и их неприглядные поступки. Вот что рассказал мне здешний полицейский сержант…

С блокнотиком Рэйчел практически не сверялась: учительница по праву гордилась своей памятью. Марлоу втайне любовался ею, а потому почти не вникал в смысл рассказа. Лишь когда девушка замолчала и вопросительно уставилась на него, спохватился. Автоматически повторил последнюю запомнившуюся фразу:

- Сколько, говорите, пропало детей за этот год?

- В два раза больше, чем в прошлом. – Девушка постучала карандашом по блокноту. – Нельзя, конечно, исключить возможность несчастных случаев, но мне кажется, здесь все-таки усматривается некий злой умысел. Вполне возможно, детей похищают, что продать… куда-либо. - Рэйчел решила опустить слово «бордель», потому что лаэрд реагировал на него как-то болезненно: терялся, краснел и даже заикался. – Или, допустим, использовать их как бесплатную рабочую силу. Родители, как правило, бедные и неграмотные арендаторы и фабричные рабочие, как я поняла, полиции не слишком докучали с требованием розыска, и в свой срок дети объявлялись умершими, дело о пропаже закрывалось. Только несчастная мать двух последних малышей никак не успокаивается, ходит в участок как на работу. Это все, что я смогла сегодня добыть. А что у вас?

Под требовательным учительским взглядом Марлоу ощутил себя нерадивым и бесполезным школяром, прогулявшим последние занятия.

- Я, собственно, - начал он, - сегодня успел лишь нанести визит хозяину поместья Спенсеру – еще в Лаун-доне нашел персону, которая может меня ему отрекомендовать. Подумал, помощь самого влиятельного человека в этой местности нам пригодится…

Мисс Джонс ободрила его, энергично кивнув.

- Прекрасный план! Возможно, и правда понадобится его помощь. Пока все что я слышала о нем, сводится к впечатлению: господин Спенсер здесь просто царь и бог! Конечно, милаэрд, решайте сами, посвящать ли его в наши поиски, но я все же настоятельно советую для начала хорошенько к нему приглядеться.

Успокоенный похвалой лаэрд пренебрег вновь появившимися командными нотками в голосе мисс Джонс (если подумать, очень забавно и трогательно, что девушка представляет себя отважным сыщиком, так почему не доставить ей удовольствие, не подыграть лишний раз?). И не подозревавшая, что в данный момент ее усиленно балуют, Рэйчел тем временем перечисляла свои дальнейшие планы: расспросить здесь и там, встретиться с семьями пропавших детей, а еще…

Марлоу прервал ее.

- Мисс Джонс, неужели вы собираетесь все это проделать сама? Вам обязательно нужна помощь и сопровождение… - В качестве сопровождающего он предполагал самого себя, но девушка простодушно лишила его такого шанса: она уже заручилась поддержкой местного викария и представителя прихода, поэтому не стоит тревожиться!