Протокол "Гхола": Пробуждение (СИ) - "Ivvin"

В наушниках тут же раздался хрипловатый голос Вандера. В его тоне больше не было снисходительности бывшей элиты к выскочке.

— Отличный выстрел. Вы умеете читать траекторию. Разрешите усложнить задачу?

— Валяй, Вандер.

— Выпускаю звено. Три на один. Посмотрим, как ваш грузовик спляшет против стаи, — в его голосе прорезался хищный азарт.

— Жду, — я хищно оскалился, закладывая широкий вираж над невысокими дюнами.

Из ангара вылетели сразу трое. Они не стали бросаться на меня в лобовую, а мгновенно рассредоточились, беря меня в клещи. И вот тут картинка резко поменялась. Мои рефлексы и спайсовая интуиция позволяли мне предугадывать их траекторию, но одновременно реагировать против слаженной, тренированной годами команды было сложно. Они дрались не как дуэлянты, а как арракийские стервятники. Грязно, эффективно и безжалостно. Один из тройки ударил первым, обрушившись сверху со стороны заходящего солнца, слепя меня. Я бросил «Пепелац» в боковое скольжение, снижаясь, отвечая заградительной очередью маркеров, но это была лишь приманка.

— Сара, нижний вектор! — рявкнул Вандер в открытый эфир.

Я инстинктивно дернул машину вверх, и тут же понял, что совершил ошибку. Сара, хладнокровная женщина-пилот, которую я приметил еще на погрузке, вообще не была внизу, как оказалось. Там был третий, а она оказалась в слепой зоне, куда не доставали стволы моих курсовых орудий. Тяжелый «Пепелац» не мог мгновенно сменить направление, чтобы сбросить её. Третий пилот в этот момент отсек мне путь к отступлению, загнав в жесткую «коробочку».

Пилоты синхронно нажали на гашетки.

Я был условно сбит, разорван на куски в воздухе. Тут приём с щитом не помог бы, не то положение корпуса, а использовать ускоритель не успел.

— Попадание зафиксировано, командир, — сухо, с едва скрываемым триумфом доложил Вандер.

— Подтверждаю, Вандер. Вы меня сделали, — развернул машину и взял курс на базу. — Возвращаемся.

Посадка прошла в тишине. Когда я заглушил двигатели и спустился по рампе в ангар, пилоты уже стояли у своих машин. Их лица были напряжены. Они еще не знали что ждать. Что если ущемленное эго хозяина, которого только что размазали в воздухе его же рабы, сейчас выльется в показательную порку или наказание. В их старом Доме такое было не раз. Я подошел к ним, снимая перчатки. Тишина в ангаре стала звенящей. Инженеры наблюдали, проводя чистку и проверку топтеров, ожидая развязки.

Я вытер рукавом пот со лба, посмотрел на Вандера, затем на Сару, и вдруг искренне, широко улыбнулся.

— Это было хитро, — я одобрительно кивнул. — Используя открытый канал, так обмануть. Вы зажали меня идеально. Но если бы я не слушал эфир? Это могло и не сработать.

Я обвел взглядом всех восьмерых пилотов. В их глазах настороженность медленно сменялась недоумением, а затем — профессиональной гордостью.

— Если бы Вы даже не среагировали, то не увернулись бы всё равно. Так просто получилось быстрее и красивее.

— Может быть. Потом еще проверим. Сейчас же я проиграл, и проиграл по делу. Вы доказали свою квалификацию, — мой голос стал серьезным, лишенным всякой иронии. — Я вами доволен.

Я постучал пальцем по черному пластику ошейника на шее Вандера. — Эта дрянь останется на вас до тех пор, пока вы не докажете свою лояльность в реальном бою, когда в нас полетят не маркеры, а настоящие бронебойные иглы и ракеты. Но сегодня… сегодня вы доказали, что стоите каждого солярия, который мы за вас заплатили. Свободны. Отдыхайте. Завтра начнем составлять график вылетов.

— Есть, командир, — Вандер вытянулся, и в этот раз это был ответ офицера своему прямому командиру.

Я развернулся и пошел к лифту, чувствуя, как ноют мышцы после перегрузок. Результат проверки был двояким: я понял, что в одиночку против хорошей стаи даже мои рефлексы не спасут. Но это и так было понятно. Но главное было в другом. Я убедился, что купил не просто «водителей» орнитоптеров, а настоящих боевых пилотов.

Глава 44. Инвестиции в будущее

Время течет иначе, когда ты занят делом. Особенно интересным. Следующий месяц пролетел за работой в мгновение ока. Наш аванпост окончательно перестал быть полузаброшенным убежищем. Теперь это был постепенно разрастающийся, отлаженный механизм, все больше ощетинивающийся стволами и ловушками. И притирка новых людей тоже почти завершилась. Поскольку теперь в нашем распоряжении находилось восемь высококлассных пилотов, я расширил количество наших воздушных сил. Деньги у нас были, и мы пустили их в дело, выкупив «новую» технику. Наш флот пополнился тремя средними орнитоптерами, примерными аналогами Пепелаца, и пятью легкими, аналогичным трём уже купленным. Из этого парка я сформировал две полноценные добывающие команды. Каждое звено состояло из одного среднего транспортника, выполняющего роль сборщика, и трех легких топтеров эскорта. Эти «птички» не только прикрывали неповоротливого собрата от любых посягательств с воздуха или с земли, пока тот всасывал драгоценный песок, но и служили дополнительными разведчиками, охватывая большую площадь. Оставшиеся машины — один средний транспортник и два легких — поставили в резерв на случай непредвиденных поломок, планового ТО или иных потерь.

Инженерная команда под руководством Гаррика творила настоящие чудеса стахановскими темпами. Новые грузовики были оперативно, буквально до винтика, перебраны и оборудованы нашими фирменными сепараторами, конструкцию которых Ролд успел улучшить в процессе. Легкие же машины обзавелись такими же зубами, как и наша первая тройка: тяжелыми игольниками и подвесными ракетными установками.

Однако я не питал иллюзий насчет человеческой честности, особенно когда дело касалось самого дорогого вещества во Вселенной. Доверие — это роскошь, которую мы пока не могли себе позволить, да и было бы глупо искушать людей. Вся техника, внутри и снаружи, ангар и сами люди были оборудованы камерами с максимальным доступным углом обзора. Украсть даже щепотку спайса или попытаться сбросить часть груза «налево» теперь было сложно. Точнее украсть-то можно, но Альден быстро обнаружит кто и когда это сделал. Для него в конце дня просмотреть все записи было обычным делом, буквально несколько минут на час записи. Надо больше ментатов. В течение этого месяца я совершил по одному удачному, полноценному вылету на сбор пряности с каждым из пилотов (и несколько неудачных). Сидел в кресле рядом, внимательно наблюдал, как пилоты работают в реальных условиях и, в уже доказавшем свою эффективность алгортиме. Вылеты по графику стали рутиной, и спайс стабильно потек в наши хранилища, принося Дому Варос его законную, добытую потом и риском прибыль.

Конечно налоги, имперская десятина и прочие комиссии безжалостно сжирали изрядную долю выручки при реализации. Но объемы добычи были таковы, что даже этой «урезанной» прибыли с огромным избытком хватало на покрытие всех текущих(и выросших) расходов базы. Более того, на счетах начала стремительно формироваться солидная подушка безопасности.

Альден Восс тоже не сидел без дела. Под холодным, расчетливым управлением ментата база не просто жила — она расширялась вширь и немного вглубь. Мы возводили новые помещения, начатые еще Эларой, дублировали системы фильтрации воды и энергоузлы. Аванпост рос. На расстоянии от внешних стен аванпоста возводилась внешняя широкая и высокая стена, очерчивая границы и превращая территорию в простреливаемую с нее и с небольших башенок зону смерти, способную выдержать не только случайный налет, но и полноценную осаду. Система датчиков и обнаружения — прилагается. В планах была еще и установка ракетных турелей, но это уже другой уровень, и их не так просто достать как простые пулеметы.

Всё работало идеально. Механизмы крутились, графики соблюдались, цифры на счетах, даже с такими тратами, росли. Но чем дальше, тем более задумчивой становилась Элара.

Я нашел её в отсеке, который Элара переоборудовала под свой личный кабинет. Она сидела за столом, заваленным планшетами и какими-то распечатками, и отрешенно массировала виски. Под её глазами залегли тени. И это несмотря на то, что финансовые сводки показывали стабильный и уверенный рост. Я молча налил две кружки обжигающего чая и поставил одну перед ней.