— Лживые вертихвостки! — мрачно процедила Иоланта. — Я вам ещё устрою свадьбу за свой счет. Всю ночь свадебные наряды шить будете, все пальцы иголками исколете. Новую коллекцию по этому случаю пошьем из семидесяти гарнитуров, вы меня слышите?
Лица горничных выражали только единодушный самоотверженный порыв к трудовому подвигу и превозмоганию. А где-то даже и вдохновение. Свадьба же. Не своя, но тоже приятно! Может, в подружки невесты возьмут, в бальном платье покрасоваться.
— Госпожа! — выпалила избранная темником горничная, бросаясь на колени перед Иолантой.
— Вставай уже, — буркнула Иоланта. — Я ещё его брачное предложение для тебя не видела. Где там мой юрист? Сейчас посмотрим, что он там имеет ввиду под полновластной хозяйкой…
А темник, угадав, что дело решилось к его полному удовольствию, вскочил, взял милую его сердцу горничную за руку и надел ей огромное кольцо на палец. Все вокруг взвыли от восторга!
Патриарх лыбился широко, как старый месяц, словно собственную внучку замуж выдал. Весело ему, понимаешь. Веселится и гуляет весь народ. Ну, да — когда народ веселиться, и правителю легче.
— Свадьба за мой счет! — объявил вдобавок довольный патриарх и вызвал новый шквал восторга и излияния верноподданических чувств.
Тут уже все его начали обожать со всех сторон. Объединил страждущие юные сердца и на себя внимание перетянуть не забыл, старый опытный нарцисс…
Нда. Вот тебе и скрепление будущего союза. Ну, действительно, как говорится, молодым — совет да любовь…
— Ну, в каком-то смысле, ты теперь от него точно избавилась, — шепнул я взъерошенной Иоланте.
Но, конечно, настроение от этого у неё все равно не улучшилось. Некоторым недостаточно чужого счастья, им больше по нраву собственные бесконечные страдания. Ладно, Иоланте нужно еще немного времени свыкнуться с этой мыслью, и я ей его предоставлю.
Свадьба? Почему бы и нет? Тоже развлечение не из последних. Значит, ещё погуляем.
А потом Вова осторожно тронул меня за плечо.
— Чего там? — нахмурился я обернувшись.
— Кира вышла на связь только что, — смущенно проговорил Крестовский, наклонившись над моим ухом. — Предлагает встретится.
— Где? — озабоченно скривил я бровь.
— Тут, на Пангее. Ближе к побережью начинается влажная субтропическая зона, там какое-то мемориальное владение принца Александра есть с музеем, туда пускают посетителей. — доложил Вова. — Вот там, через пару дней.
Ого! Так я его помню! Это же одно из моих владений на Первопрестольной! Там виноград и прочие такие дары земли, неплохой годовой доход. Так там музей теперь? Очевидно, в мою честь? Фига себе! Интересно! Я должен срочно это увидеть!
А Ганзоригам скажем, что поехали собирать редкие цветы для букета новобрачной.
Должна же она чем-то после церемонии в подружек запустить?
Надо будет взять с собой сервокаркасы, бронепластины, запасные батареи для бластеров, гранаты. Да, без гранат в этом деле никуда. Ну а вы как думали? Букет для невесты собирать, дело такое. Опасное.
Запросто — не все из нас вернутся обратно.
Глава 16
Добро пожаловать домой!
О свадьбе договорились, что она будет через пять дней. Как раз во время окончания большого похода, на окраине Ганзориг-Сарая. Значит, с нашим «малым походом» надо уложиться в три, максимум — в четыре дня.
Итак, нас было трое — я, Вова Крестовский и Макс. По вооружению — почти всё было в рюкзаках и укреплённом глайдере сопровождения, который мы арендовали в Ганзориг-Сарае, ещё перед нашим турне.
Ну, и, разумеется, я подстраховался.
Примерно в половине дня пути от Охотничьего Дворца, когда шанс встретить охотничьи сотни Ганзоригов стал минимальным, мы повстречались с севшим в малоприметном каньоне «Скотинкой», который сгонял до «Песца» и привёз дополнительные арсеналы.
Как он сказал — в одиночку, без пилота.
— Если бы вы знали, чего мне это всё стоило… — возмущался он, пока мы вытаскивали штурмовую броню и запасы вооружения. — Одному! Незаметно умыкнуть на виду у всех… Под видом у сотни боевых кораблей. И с таким-то внешним видом! Была бы моя воля — я бы вообще из ангара не показывался! Как теперь возвращаться? Всем же понятно, что я мотался в эту вашу Пангею с тёмными делишками.
— Ну, соверши пару эволюций на орбите, что, в первый раз, что ли? — предложил я.
— А если бы Ганзориги запросят связь с пилотом? Что, мне самому отвечать?
Я усмехнулся.
— Придумай что-нибудь. Изобрази мой голос. Если нет — кричи, что ты нашпигован ядерной взрывчаткой и пойдёшь на таран, если они приблизятся!
— А я буду нашпигован ядерной взрывчаткой⁈ — с нотками ужаса в голосе вопросил Скотинка.
— А хочешь? У нас тут в рюкзачке завалялось вроде бы, да, Макс?
— Понял, — вздохнул Скотинка. — Я полетел.
Как только Скотинка взлетел, в паре метров от места посадки материализовался — вернее, вернул видимость — Капитан Немо. Мастер-серв, дворецкий Иоланты.
Мы разрабатывали операцию в тайне, но с его появлением, конечно, случился некоторый перебор, причём — исключительно исходя из решения самого Капитана Немо.
— Мог бы и сказать старику, что летишь у него в кузове, — пожал я плечами. — Или тебе доставило удовольствие незаметно прокрасться на борт?
— И ему не доверяю, — покачал безглазой головой серв. — Он излишне сварлив, и у него в анамнезе упоминание бунта Бендера в положительном ключе. К тому же, я хотел, чтобы никто на яхте и других кораблях не заметил моего отсутствия.
Ладно уж, у всех свои причуды, и страсть к мимикрии и незаметности шла ему только на пользу. Вместе мы установили квадробластерную турель на крышу глайдера и помчали дальше.
Октавия тем временем сняла с орбиты, наложила на имеющиеся карты и актуализировала схему поместья.
Я вспомнил его. Резные белокаменные строения с красными черепичными крышами на берегу крупной лагуны на изрезанном побережье, в сотне километров к югу от последнего на континенте, Дальневосточного Лифта.
Лифт, как я мог понять по съёмкам из космоса, находился в стадии восстановления. Вокруг него — движуха, строительный городок, суда строительного холдинга Унаган, подконтрольного Ганзоригам. Как, собственно, и практически всё на континенте.
Ну, мы сразу взяли южнее, чтобы не попасться на глаза. Заповедник кончился, Первосолнце зашло, когда нам оставалось километров триста до цели.
Там нам повстречался первый кордон безопасности, отделяющий жилое побережье от заповедника.
Пятиметровая стена с севера на юг, пять тысяч километров через весь материк. Не проехать глайдером, даже на глайдербайке с трамплином — не особо перескочить. Ну, гипотетически… я мог бы воспользоваться Энергией Большого Взрыва, и даже не гиперброском — атмосферной левитацией. Но я решил сделать проще.
Просто направил весь наш караван на контрольно-пропускной пункт. Вырулили на трассу и встали в небольшую пробочку, состоящую из автобусов, ржавеньких грузовиков, глайдербайков и гужевых повозок. Даже колёсные повозки были! А, казалось бы, столичная планета… Наш бронированный глайдер, ощетинившийся парными квадробластерами под управлением Макса замыкал процессию. Капитан Немо, включив невидимость, сидел на заднем сиденье, высунувшись из люка и держа наготове турель.
Мало ли чего.
По-южному неспешные охранники на КПП заволновались, только когда нашей процессии осталось метров двадцать до двойных ворот с башенками, и нас высветил тусклый прожектор.
Квадробластерная турель тут же уставилась нам в кузов. Сверху завис дрон, тоже с прожекторами и какой-то нехилой пукалкой.
— Ну и? — ответил я вопросом на немой вопрос солдафона у ворот, в полном охренении глядевшем на наше вооружение.
— А вы… вы чего? Это… — солдафон махнул в сторону квадробластеров на крыше глайдера.
— Не подскажите, как проехать к музею-усадьбе Принца Александра? Это верные ворота? — встрял Владимир Крестовский.
