Хроники Тириса. Книга 2 (СИ) - Маханенко Василий Михайлович

— Они этого и не делали, — ответил Арис и в его голосе появился металл. — Маркус Соларион, он же Плеть-2, он же твой внук, он же недоразвитый тупоголовый болван, возомнивший себя самым хитрозадым и многомудрым. Моим людям пришлось хорошо пройтись по всем счетам, прежде чем мы воссоздали полную картину, но результат того стоил. Маркус и его служба безопасности, которой он так гордился, обеспечивали полное прикрытие барона Тарека Вульмара, пока мы ожидали эклойд. У меня пока нет подтверждённой информации, но есть все основания полагать, что твоё исчезновение было подстроено именно Маркусом, а не герцогом Альмиром. Сейчас Маркусом занимается Лирэн. Представляешь, этот недоумок решил сбежать! Видимо, решил, что раз я отправил всех в лабораторию, значит никто его контролировать не будет. Недалёкие у тебя внуки, герцог Элиас, если позволишь заметить.

— Так сделай нормальных! — раздражённо ответил уставший мужчина. Как бы ему не хотелось, но всё улики указывали именно на внука и его чрезмерную жадность. А может, не только жадность. Может, амбиции. Или глупость. Или все три фактора сразу.

— О нет! — Арис даже руками замахал. — Только меня в свою возню с наследством не нужно вмешивать. Я свои долги, как бык осеменитель, отдал, так что дальше сами.

— Ты уже выяснил, что это был за всплеск энергии? — герцог решил сменить тему, уводя разговор от предательства внука.

— Ты же знаешь — меня здесь не было, так что ничего конкретного сказать не могу, только догадки и предположения. В архивах о подобном никогда не упоминалось. Можешь ещё раз описать свои ощущения?

— Безумие, — ответил герцог. — Мой Парин едва не обезумел от страха. Перед тем, как сердцевик взорвался, возникло ощущение присутствия чего-то стороннего. Словно один из высших ксорхов лично явился в систему, чтобы посмотреть на безумца, укравшего у него управление кораблями. Парин до сих пор вспоминает тот момент с содроганием, а я никогда не слышал, чтобы высшая личностная матрица предтеч чего-то боялась настолько, что могла обезумить. Но она боялась. Тот, кто мельком появился в системе, был даже не высшим ксорхом. Чем-то иного порядка. И это пугает уже меня. Почему об этом у нас нет вообще никакой информации?

— Прямо сейчас ответить я не могу, — заявил Арис. — Этот всплеск не зафиксирован ни одним датчиком, что само по себе странно. Любые энергетические выбросы оставляют следы, но не этот. Может, когда Золотой очнётся, станет что-то ясно.

— Что с ним? — спросил герцог.

— Пока сложно сказать, — ответил Арис. — Лечебная капсула занята Леонидасом. Как по мне — глупое решение, продиктованное эмоциями, а не разумом. Вначале следовало восстановить Золотого и выяснить все детали произошедшего, а потом заниматься остальными. Но кто я такой, чтобы указывать герцогу Элиасу, как расставлять приоритеты?

— Он твой брат! — помрачнел герцог.

— И что? — Арис даже удивился, искренне не понимая проблемы. — У меня восемь братьев и три сестры. Что мне теперь, каждому в ноги кланяться? Пылинки с них сдувать, когда они себе пальчики прищемят? Для меня важен результат, а Леонидас его не дал.

— Нас заблокировали, — напомнил герцог Элиас. — Матрицы не работали.

— Он воин! — жёстко ответил Арис. — Его готовили к подобным ситуациям! И что в итоге? Сколько он убил? Дай угадаю — ноль! Когда пришло время демонстрировать настоящие навыки, а не свою связь с личностной матрицей, Плеть спеклась! Поставь на его место Лирэн — она голыми руками разобрала бы всех нападавших на части, и даже при этом не запыхалась бы! Так что не надо рассказывать мне о том, кто и кого заблокировал. Ты мне лучше скажи, что будешь делать с Золотым?

— Почему я что-то должен с ним делать? — удивился герцог. — Как я понял, он и его «Малыши» выполняли твой заказ. Они свою часть выполнили, вопросов к ним возникнуть не должно. Или я что-то не до конца понимаю?

— Наработки, которые герцог Альмир вёл в своей лаборатории, — пояснил Арис, переходя к сути проблемы. — Они связаны с блокировкой влияния высших ксорхов и управлением высвободившихся особей. Мне передали выдержку из допроса главы лаборатории. Он не понимает, что Золотой сделал. Точнее, то, что он сделал, вообще не должно существовать. Система находилась в тестовом режиме, все добровольцы и смертники, которых сажали в капсулу до этого, умирали без исключения. Но Золотой не только не умер, он сумел подчинить себе оба корабля, а потом сделал нечто поистине невозможное, что не укладывается ни в одну существующую теорию. Это не его виртуальные игры. Это был реальный бой. Если эта информация уйдёт куда-то на сторону, император может заинтересоваться. И тогда Золотого заберут в личную лабораторию императора, где он проведёт остаток жизни. Мне бы этого не хотелось.

— С каких пор ты начал заботиться о ком-то, кроме себя и Лирэн? — удивлённо спросил герцог.

— С тех пор, как понял одну важную вещь — если кто и сможет исполнить мою мечту, так это Каэль Золотой и его «Малыши», — на полном серьёзе ответил Арис. — Я не понимаю, как у него это получается, но это факт — он действительно аномально везучий. И я не могу позволить императору забрать такой ценный актив.

— Предлагаешь поставить гриф «секретно» на все наработки, которые мы здесь нашли? — спросил герцог Элиас.

— Этого мало, — ответил Арис. — Предлагаю вообще всё уничтожить. Не только лабораторию, не только всех взятых в плен учёных, но и все группы, которые обеспечивали прикрытие «Малышей». Включая техников, которые обеспечивали с ним связь через корабль ксорхов. Всех, отец, без исключений. Я уже подсчитал — это сто пятнадцать человек. Мало того, всю информацию, которую мы скачали, хранить только в наших личных накопителях, без резервных копий. Только так можно гарантировать безопасность Золотого. Потому что то, что он сделал, однозначно заинтересует императора.

— Так, может, отдать ему Золотого? — спросил герцог. — Ты уверен, что один человек стоит таких жертв?

— Не человек, — поправил Арис. — Мне плевать на Золотого. Мне нужно то, что он умеет делать лучше всех. Его аномальное везение. Если ради этого нужно пожертвовать одной двумя сотнями проверенных бойцов — я сделаю это без колебаний. Я сделаю всё, чтобы детали инцидента не дошли до императора.

— И какую байку ты ему решил скормить? — спросил герцог.

— Неразумные действия учёных привели к потере контроля над сердцевиками, и ксорхи вернули контроль над своими кораблями, — тут же ответил Арис. — Началась паника, а безрассудные действия адмирала, управляющего флотом той системы, привели к полному уничтожению самого флота. Только финальная самоубийственная атака тяжёлого крейсера, протаранившего сердцевик, принесла свои плоды. Корабль ксорхов взорвался. Ты сумел сбежать с линкора благодаря нашим агентам. Никто никакими ксорхами не управлял. Что касается жертв — сделай их героями. Вручи какую-нибудь медальку за твоё спасение, отсыпь их семьям денег. Они воины и знали, на что идут.

— То есть в то, что все будут молчать, ты не веришь? — мрачно уточнил герцог Элиас. Ему не нравились слова Ариса, но он давно привык ему доверять.

— Одно неосторожное слово и оно разлетится по всей империи, — жёстко ответил Арис. — Отец, я редко тебя о чём-то прошу, но сейчас именно такой случай. Не отдавай Золотого императору. Прикрой того, кто тебя спас. Дай мне осуществить мечту, в конце концов!

— Сколько тебе нужно времени, чтобы всё организовать? — герцог думал недолго.

— Нисколько, — ответил Арис, нажимая на планшет. — Всё уже было подготовлено, оставалось только согласовать детали с тобой. Мы всё сделаем тихо и осторожно, никто не узнает. Готовь медали героически павшим в неравном бою.

— Что планируешь делать с Маркусом? — спросил герцог, как только вопрос со всеми свидетелями был решён, похоронен и забыт.

— На всякий случай напомню — главой нашей ветки великого дома Соларионов является герцог Элиас, — без единой толики эмоций произнёс Арис. — Я отдам тебе того, кто решил сдать тебя герцогу Альмиру, и что ты с ним сделаешь — полностью твоё решение. Я бы этого придурка осушил и выкинул на помойку, но кто я такой, чтобы указывать герцогу, что ему делать с одним из сотни своих внуков? Тем более если это сын такого великого героя, как Леонидас Соларион! Настоящая драма получается. Пойду я, отец. У меня ещё много дел.