Глава 4
Был я на Беркте – это была удивительная планета!
Жуткий мир, где животное население был предельно бедно, а растительности хоть отбавляй. Разве что в океане, свободно омывавшим обширные острова-континенты, часто разбросанные по поверхности планеты, обитали какие-то ужасные исполинские существа. Мне однажды «повезло» полюбоваться на них.
…хватило на всю жизнь. Больше не желаю.
Там, на Беркте, в тяжелом пахучем воздухе сказывалась какая-то ущербность, присущая этой планете, где два раза в год грохотали невообразимой силы ураганы, и чтобы выжить, удержаться на свету, каждой былинке необходимо было обзавестись колючками, укрепить стебель, накрепко вцепиться в бурую, обильную солями железа почву. Все равно после сезона бурь растительность и верхний плодородный слой срывало на миллионах квадратных гектарах и уносило в океан, который тысячелетиями переваривал эту несытную пищу.
Там и свет был иной, чем на Фигуркарии или на Земле. Давящий, голубоватый, пронизывающий… В нем ощущалась нехватка чего-то бодрого, веселого, увлекающего…
Местное светило громадных размеров висело ощутимо близко. Казалось, до него можно достать рукой. Также надоедлив был шум прибоя. В воздухе никаких запахов вкусной мясной живности – резкий запах моря перебивал все другие ароматы.
…я долго не мог привыкнуть к Беркте, откуда отправился в эту нелепую внеплановую командировку к Фигуркарию, нарушавшему все изученные особенности нарождавшихся цивилизаций, относящихся к четвертому поколению зарождавшейся жизни.
Самое удивительное, что Фигуркарий относился к третьему поколению созидавшегося во вселенной разума – то есть к той же ступени, что и Земля, только наше светило уже было на закате. Солнце обогнало этот нелепый мир на много тысячелетий, и гибель земной цивилизации была не за горами. Наше светило, расширившееся до пределов красного гиганта, скоро должно взорваться и превратиться в белого карлика.
Но в тот момент меня менее всего волновали судьбы родных краев или обители галактических хранителей, сложившейся на Беркте. Куда важнее разгадать ход мыслей местных монахов, вполне привычных по земным понятиям защитников веры, назвавших меня «посланцем». В ряду нелепых Дон Кихотов, Санчо Пансов, скабрезных частушек и упоминаний о знаменитом Гавриле, служившим то хлебопеком, то бюрократом, подобное несуразное галактическое знание вызвало пристальный интерес.
…тут как раз обитающим во Млечном Пути хранителям я подвернулся под руку. Мудрые старцы решили – хватит ему прохлаждаться на Беркте. Пусть разведает – что где творится. Пусть осознанно заглянет в самый дальний сектор Млечного Пути, пусть разведает, кого схоронившаяся там раса имеет в виду под «Гаврилами»?
Мне был понятен интерес тысячелетних старцев, оберегавших вектор развития Вселенной и сохранявших в ней верность разумному началу, к этим «запоздалым» и «отбившимся от рук» обитателям галактики. Другое дело – почему бы им самим не проверить степень опасности?
…слетали бы, переместились в пространстве и навели порядок, а то все Мишаня, Мишаня.
…так звали моего далекого – очень далекого! – легендарного предка, которого когда-то называли «рукой космического Разума», включенного в изначальную историю с поступательным развитием вселенной «от простого к сложному».
По своему природному предназначению мой предок был награжден особым геномом, сотворившим из него планетарного хранителя и земного оберегателя всего, что у нас в допотопные времена называлось «чернокнижьем». Это была страна, известная нам из поверий и легенд, как обитель духов гор и степей, лесов и пустынь, морей и озер – то есть существ, относящихся к смутному параллельному миру. Под опекой предка были ведьмы и кудесники, обитавшие на таинственных островах, самый главный из которых назывался Буяном и на котором рос дуб, по которому разгуливал говорящий кот, сочинявший бесконечные сказки о том, насколько широк мир, насколько беспредельна глубина и необъятна высота, и судивший о том, что было и что будет.
…в тот момент дела давно минувших дней, преданья старины далекой мало занимали меня, но долг потомка, раздумья о скорой гибели нашей древней родины, планеты Земля, нелепый взбрык какой-то задрипанной цивилизации, каким-то образом сумевшей прикоснуться к наследству моих предков, требовал ответа. Если память о Земле сохранится в виде того безумия, с которым я столкнулся на Фигуркарии, не надо мне такой памяти, тем более что никакой реально-духовной и неоспоримо-материальной связи между нашими мирами не было и быть не могло.
Местные застряли на уровне прямоходящих ящеров, пусть даже и освоивших некоторые причудливые духовные способности, но до земных homo sapiens sapiens им было далеко.
…на этой мысли я споткнулся.
Так ли уж далеко?
Глядя на этих фанатичных «инквизиторов», трудно было отрешиться от ощущения беды, вытекающей из катастрофической ошибки галактических хранителей. Они пренебрегли самым главным, чем награждает рождающийся во Вселенной Разум мыслящее существо – осторожности, являющейся «двигателем прогресса» и «опорой дерзких».
В чем-то они промахнулись!
Но в чем?!
В какого бога верят таинственные обитатели Фигуркария?
Кстати, о Боге…
В какое высшее существо верят аборигены, и верят ли они вообще?
С этого следовало начинать.
…если я посланец нечистой силы, кого же они почитают как силу святую? От этого вопроса они не смогут отвертеться, а если смогут, тогда я не знаю…
В любом случае мне нельзя полагаться на грубую силу, а грубости и силы мне было не занимать. Мне придется с осторожностью пользоваться всякого рода техническими прибамбасами, что однозначно обернется моим поражением, а ведь я был послан, чтобы развеять туман тайны, скрывающий этих странных человекоящеров, сумевших ловко спрятаться в этом секторе вселенной.
Что у них за душой? Зачем они поют срамные частушки и критикуют некоего Гаврилу за ненасытную страсть к размножению? Они отлично подготовились к появлению существа, обладающего сверхмогуществом и создали отличные барьеры. Нарыли окопы, подземные убежища. Они надеются отсидеться и хитростью овладеть секретами таких боевиков как галактические сталкеры.
Это было неспроста и непросто. Таких извращенных рас в нашей вселенной еще не встречалось – в этом меня убедил галактический совет хранителей. Мне предлагалось ухватить суть этой странной цивилизации, чего добиться, размахивая кибернетическим кулаком, нельзя, тем более размахивая обоими энергетическими кулаками направо и налево.
…мне очень хотелось стукнуть главного на этом нелепом судилище злобного старикашку.
Кстати, как его зовут?..
Глядишь, завизжит, бросится в угол, чтобы спастись по-крысиному, а может, обернется волком или начнет ссылаться на древние заповеди, на необходимость сохранять уровень секретности, на защиту национальных интересов.
В условиях Земли это был обычный сценарий спасения, и если они сумели выучить частушки, то до этих отживших и прискорбных дешевых приемов они тоже сумели добраться.
Я, не совладав с собой, уж совсем было собрался подойти поближе к столу и легонько стукнуть председателя по голове, как вдруг тот взвизгнул и тоненьким голосочком заверещал.
– Не подходи!.. Не подходи!
Я с трудом унял желание и согласился.
– Ладно, не подойду. Только ты, в свою очередь, представься, объясни смысл этого нелепого спектакля, которым вы встречаете гостей.
Старик, несколько успокоившись, откликнулся тенорочком.
