Мастер Мортис (СИ) - Восточный Сергей

Древко этого лука сделано из дерева, что росло на холме у старой дороги, где когда-то шумела роща — три сотни высоких и крепких стволов. Однажды на холм пало проклятие, и каждую ночь в него начинали бить молнии. Десять, двадцать, тридцать ударов за ночь — небо грохотало так, что дрожала земля в соседних деревнях. За месяц все три сотни деревьев сгорели дотла. Все, кроме одного.

Одинокое дерево стояло посреди выжженной земли, и молнии били в сантиметрах от его ствола, оставляя оплавленные борозды, но ни разу не попали в цель. Местные прозвали его Счастливчиком и приходили посмотреть на чудо — дерево, которое невозможно поразить. Частенько, ночами, они стояли у подножья холма, наблюдая, как десятки разрядов вонзаются в землю вокруг, не нанося тонкому и гибкому стволу никакого вреда, и качали головами.

Но однажды ночью, когда местные вновь собрались у холма, дерева уже не было. Неизвестный безумец срубил Счастливчика под корень, унёс его ветви и исчез.

Тетива сплетена из верёвки осуждённого на смерть через повешение. Десять раз ему затягивали петлю на шее, и десять раз верёвка обрывалась. После десятой попытки судья сдался — то ли поверил в невиновность, то ли испугался гнева богов. Верёвку сохранили и поместили на склад, откуда она впоследствии была украдена.

Так, во всяком случае, утверждал мастер, её изготовивший. Выглядит лук неказисто: тусклое дерево, грубая работа, никаких украшений. Но в нём скрыта странная, непредсказуемая сила.

Характеристики: Урон: 10–15. Ловкость: +2. Скорость атаки: −20%.

Требования:

Уровень 10.

Ловкость: 20.

Навык «Владение луком. Уровень 1».

Эффекты:

«Роковой выстрел» — пассивное, даёт 0.4% шанс мгновенного убийства цели.

Примечание: «Один выстрел. Одна судьба. Тысяча промахов».

Я смотрел на эти луки и не мог понять, зачем Вайшрави их прислала. Урон — всего десять-пятнадцать единиц. Скорость атаки — на двадцать процентов ниже обычной. Даже самые слабые луки, что у меня были до этого, били ощутимо сильнее. Если стрелять из таких постоянно, ДПС будет невероятно мелким — в разы меньше, чем у моих текущих лучников. С такими луками я не то что игрока в тяжёлой броне, я даже мага поддержки не пробью.

Но… Шанс мгновенного убийства. 0.4 процента. Это означало, что в среднем одна из двухсот пятидесяти стрел могла ваншотнуть, то есть мгновенно убить любую цель. Абсолютно любую. Мага восемьдесят плюс уровня с полным баффом, танка в редком сете, командира с легендарным щитом — неважно. Игнорирует броню, игнорирует баффы, игнорирует уровень. Просто — смерть.

Правда, с учётом разницы в уровнях, баффов и снаряжения цели этот шанс становился ещё меньше. Сотые доли процента. Тысячные. Шансы такого расклада примерно равны нулю. А поскольку у моих лучников не было навыков убийцы, которые могли бы этот шанс увеличить, рассчитывать на «Роковой выстрел» как на основную тактику было просто глупо.

Интересно, о чём думала Вайшрави, когда поставляла мне эти луки? На что она рассчитывала? Стрелять и спамить во врага, молясь на микроскопический шанс? Смешно. Это всё равно что пытаться выиграть в лотерею, покупая билеты на последние деньги. Но с другой стороны — даже один такой выстрел, если он сработает, может перевернуть ход боя. Убрать командира. Вырубить главного мага поддержки. Посеять панику. Но шанс…

Я покачал головой и убрал луки в инвентарь. Я не привык рассчитывать на удачу. Скорее на трезвый расчёт. Спасибо ей, конечно, но пусть пока полежат. Может, когда-нибудь пригодятся. Ладно, что там ещё…

Почти четыре дюжины проклятых свитков, как со старыми баффами, так и с новыми, более сильными, и редкие пять «Камней Безмолвия» — артефактов-расходников, при активации которых в определённом, небольшом радиусе запрещалось использование умений. Запрещалось всем — и врагам, и тем, кто камень использовал.Связку зачарованных стрел на различные стихии.

Увидев, что я закончил собирать лут, Бублик, как обычно, вытащил из-за пазухи мятый свиток и принялся читать вслух:

— От главы клана «Серебряные Клинки» Вайшрави. Уважаемый союзник. Ситуация изменилась. Основные силы «Золотого Легиона» переброшены на другое направление — у них возникли проблемы с кланом, владеющим соседними землями. Если без подробностей — попытались отжать территории, но наткнулись на засаду. Теперь там нужен каждый клинок. У входа в подземелье осталось восемь игроков: семеро магов поддержки, каждый восемьдесят плюс, и один командир, воин восемьдесят второго. А также штурмовая группа, что отдыхает в лагере и готовится к следующему заходу. Мы предлагаем ударить вместе. Если всё пройдёт удачно, Легион спишет потери на «взбесившееся подземелье» и не станет объявлять нам войну. Ответь через Бублика.

Я задумался. Теперь выбор луков стал понятен. Она рассчитывает, что я смогу убить Ланцелота… С одной стороны — огромный риск. С другой — Вайшрави права: если ударить сейчас, пока основные силы Легиона на фронте, можно переломить ситуацию. И убрать охрану, которая держит меня взаперти.

Вот только по поводу списания всего на «взбесившееся подземелье»… Она очень ошибается, если считает, что Легион оставит подобное без ответа. И дело тут даже не в финансовых потерях или срыве планов. Для большого и сильного клана подобное направление — лишь один из нескольких десятков одновременно разрабатываемых проектов. Нет. Это имиджевый удар. И на него Легион ответит, чего бы это ему ни стоило. Ведь иначе они покажут, что с ними можно так обращаться, и тогда им несдобровать. Ответка будет быстрой и максимально жестокой. Странно, что Вайшрави этого не понимает… Или понимает, и у неё есть план?

Интерлюдия. Деревня Гнилой Луг. Лидер клана «Серебряные Клинки».

Вайшрави сидела в своём кабинете на втором этаже таверны и грызла ногти. Когда-то это была просто плохая привычка, от которой она избавилась ещё в детстве. Теперь — вернулась. Вместе с бессонницей, головной болью и противным холодком в груди, который не проходил уже которую ночь.

Всё началось незаметно. Когда «Золотой Легион» только появился в Гнилом Луге, он не создавал проблем. Да, эти ребята держались нагло и смотрели на всех свысока, но деньги у них водились. Они скупали расходники, заказывали еду и выпивку в таверне, платили за ночлег. Первые несколько дней казна клана пополнялась так, как не пополнялась уже давно. Алина даже позволила себе помечтать: может, обойдётся? Может, они просто постоят у входа в подземелье, сделают свои дела и уйдут?

Не обошлось.

Сперва они отжали все споты для фарма в окрестностях. Просто выставили патрули и объявили, что теперь это их территории. Местных игроков, которые годами качались на этих полях и в этих лесах, попросили на выход. Вежливо, но твёрдо. Тех, кто возмущался, быстро поставили на место — парой показательных драк и десятком насмешливых комментариев в общий чат. Квесты, которые держались на этих спотах, застопорились. Игроки, которым негде стало качаться, начали уезжать из Гнилого Луга.

Потом Легион наладил свои поставки. Зачем покупать зелья в местной лавке, если можно привезти свои из столицы? Зачем платить за комнату в таверне, если можно разбить лагерь прямо у входа в подземелье? Магазины, которые Алина наполнила товарами в ожидании наплыва игроков, стояли пустыми. Часть скоропортящихся товаров и вовсе пропала. Торговцы жаловались. Ремесленники уезжали. Деревня вымирала.

Алина пыталась что-то делать. Разговаривала с Легионерами. Пыталась использовать административный ресурс NPC, проживающих в деревне. У неё было влияние на старосту и уважаемых жителей деревни, а их власть была весьма существенна. Но всё это оказалось практически бесполезно и не стоило затраченных усилий.

А вчера в кабинет к ней завалился один из них. Ник Болгарин. Молодой, холёный, смуглый, в дорогом костюме столичного торговца, который здесь, в деревне, смотрелся нелепо и вызывающе. Он представился советником по экономическим вопросам — звучало как издёвка. Уселся напротив Алины, закинул ногу на ногу и выложил на стол тонкую папку.