Очень странный Новый год - Твенти Стаси и Элен

Дверь ее кабинета — единственного со стеклянными стенами, но с надежным замком — была в конце зала. Лена влетела внутрь, с грохотом захлопнула дверь и дрожащими руками повернула защелку. Потом, спохватившись, опустила жалюзи, отрезая себя от внешнего мира.

Сердце колотилось где-то в горле, грозя сломать ребра. Лена сползла по стене на пол, под стол, обхватив колени руками.

Тишина вернулась. Но теперь это была другая тишина. Не сонная и пустая, а выжидающая. Плотная. Злая.

За тонкой перегородкой двери, там, в оупен-спейсе, что-то изменилось. Воздух стал тяжелым, пахнущим озоном и холодом, как перед грозой. Лена зажмурилась, молясь всем известным богам, чтобы это оказалось галлюцинацией, переутомлением, сном.

Но тут по низу двери, в узкой щели между полотном и полом, скользнула тень. Тень, у которой не было хозяина. Она задержалась на мгновение, будто принюхиваясь, и двинулась дальше.

Лена зажала рот рукой, чувствуя, как по щекам текут горячие слезы. Ей предстояло сидеть здесь, под столом, сжимая в руке бесполезный канцелярский нож, до самого рассвета. И надеяться, что эта жидкая тьма не умеет просачиваться сквозь замочные скважины.

Декабрь не так давно начался. И он обещал быть бесконечным.

____________

От авторов:

Добро пожаловать в этот безумный декабрь.

Вы только что шагнули в мир нашей новой истории. Пристегнитесь: дальше будет только круче. Мы замешали для вас ядерный коктейль из офисной «жести», черного юмора, искрящей романтики и таких сюжетных поворотов, от которых закружится голова.

Главная фишка книги — полный синхрон с реальностью. Мы проживаем этот месяц вместе с вами. Каждая новая глава — это новый день на вашем календаре.

Чтобы не пропустить свежую порцию приключений, обязательно добавляйте книгу в библиотеку. И, пожалуйста, поставьте лайк! Нам с сестрой очень важно видеть вашу обратную связь. Ваши сердечки — наш главный мотиватор писать дальше, пока герои спасают мир (и годовой отчет).

Погнали!

P.S. Если вы присоединились к нам позже — без паники! Скорее догоняйте нас, читайте запоем, а потом вливайтесь в общий ритм: одна глава — один день настоящего календаря.

Глава 2. Синдром самозванца

15 декабря. 08:15

Утро ворвалось в кабинет с настойчивым гулом, похожим на жужжание рассерженного улья. Офис ожил. Звуки шагов, телефонные трели, хлопанье дверей и приглушенный смех сливались в единую симфонию будничной суеты, от которой хотелось завыть.

Лена разлепила глаза. Тело отозвалось протестующим хрустом: ночевка под столом на жестком ковролине не прошла бесследно. Шея затекла, во рту пересохло так, словно она жевала песок, а в руке она по-прежнему сжимала канцелярский нож с выдвинутым лезвием. Жалкое, нелепое оружие против того, чему нет названия.

Она выбралась из своего укрытия, чувствуя себя самозванкой в этом царстве отглаженных рубашек и свежего кофе. Платье измялось, волосы напоминали воронье гнездо.

Дверь распахнулась без стука.

На пороге возник Игорь Сергеевич. Начальник отдела аналитики выглядел, как всегда, безупречно: костюм сидел идеально, очки сверкали, а взгляд выражал смесь брезгливости и вежливого недоумения. Так смотрят на пролитый соус на дорогой скатерти.

— Волкова? — Его голос скрипел, как несмазанная петля. — Ты что, ночевала здесь?

Лена пошатнулась, опираясь о край стола. Реальность плыла.

— Игорь Сергеевич... Там... Внизу... — слова давались с трудом, язык казался распухшим. — Охранник. Дядя Витя. Его убили.

Брови начальника поползли вверх, скрываясь за оправой очков.

— Убили? Волкова, ты в своем уме? Или корпоратив начала отмечать заранее?

— Я видела! — голос Лены сорвался на визг, заставив пару голов в оупен-спейсе повернуться в их сторону. Игорь Сергеевич поморщился и прикрыл дверь, отрезая их от лишних ушей. — Коробка... черная жижа... она его растворила! Нужно вызвать полицию, оцепить здание!

— Так, стоп, — холодно оборвал он, поднимая ладонь. — Прекрати истерику. Виктор Павлович уволился.

Лена замерла, хватая ртом воздух.

— Что?..

— Уволился. Прислал смс начальнику охраны полчаса назад. «Срочные семейные обстоятельства, уехал в деревню». Ключи оставил на стойке. Все. Инцидент исчерпан.

— Это невозможно, — прошептала Лена. Мир вокруг накренился. Газлайтинг реальности был совершенным. — Я видела, как он умер. Его больше нет. Это не семейные обстоятельства, это...

— Это переутомление, Волкова, — жестко припечатал Игорь Сергеевич. — Или алкоголь. Я не знаю и знать не хочу. У нас тендер через неделю, горит три проекта. Если ты сейчас же не приведешь себя в порядок и не сядешь за отчет, я буду вынужден искать тебе замену. Иди умойся.

Он развернулся и вышел, оставив за собой шлейф дорогого парфюма, который никак не вязался с запахом страха, пропитавшим Лену.

Ей нужно было проверить. Убедиться, что она не сошла с ума.

Лена вышла в коридор. Люди вокруг жили своей жизнью: обсуждали скидки на авиабилеты, спорили, кто будет собирать деньги на подарок главбуху. Никто не замечал, что мир дал трещину.

Лифтовый холл сиял стерильной чистотой. Уборщица тетя Зина уже прошлась здесь со своей шваброй, наполнив воздух запахом хлорки и химического лимона.

Лена подошла к тому самому месту.

Ничего. Идеально чистый пол. Ни пятнышка сажи, ни капли слизи. Даже запах озона исчез. Только ровный гул кондиционеров и холодный свет ламп.

— Ищешь вчерашний день? — раздался насмешливый голос.

Лена вздрогнула и резко обернулась.

Возле стены, там, где располагался щиток коммуникаций, на корточках сидел парень. На вид — ее ровесник, может, чуть старше. Темные волосы в творческом беспорядке, джинсы с потертостями на коленях, футболка с логотипом какой-то старой рок-группы и пояс с инструментами, который смотрелся на нем удивительно органично. Он возился с проводкой, вскрыв декоративную панель.

— Что? — глухо спросила она.

Парень поднял голову. Серые, цепкие глаза с прищуром наглого кота скользнули по ее фигуре, задержавшись на растрепанной прическе и помятом платье.

— Видок у тебя, принцесса, будто ты всю ночь дралась с ксероксом. И ксерокс победил нокаутом, — хмыкнул он, возвращаясь к отвертке. — Я Марк, кстати. Местный повелитель розеток и спаситель вай-фая. Не стой над душой, тут напряжение.

Злость горячей волной ударила в голову, на секунду вытесняя страх. Этот паяц был единственным живым пятном в царстве офисных зомби, но его ирония сейчас была некстати.

— Иди к черту, Марк, — огрызнулась она. — Тут... тут проводка горела?

Марк даже не обернулся, продолжая ковыряться в недрах стены.

— Скачок напряжения. Предохранители вылетели, половина холла обесточена. Обычное дело перед праздниками, все врубают свои гирлянды и чайники. А что, ты хотела погреться у костра?

— А следы? — настойчиво спросила Лена, игнорируя его сарказм. — Было что-то странное? Запах, пятна?

Он наконец перестал работать и посмотрел на нее через плечо. В его взгляде читалось откровенное недоумение.

— Слушай, если ты из отдела аудита и ищешь, к чему прикопаться, то не по адресу. Тут чисто технический сбой. Иди, проспись, серьезно. У тебя глаза, как у лемура в период миграции.

Лена сжала кулаки.

— Идиот, — бросила она и быстрым шагом направилась к лифтам, чувствуя спиной его насмешливый взгляд. Ей нужно было выбраться отсюда, хотя бы на улицу, вдохнуть холодный декабрьский воздух.

Марк проводил ее взглядом, пока двери лифта не сомкнулись, отрезая нервную девицу от холла. Он покачал головой.

— И тебе доброго утречка, — пробормотал он.

Убедившись, что в холле никого нет, Марк перестал улыбаться. Он снова повернулся к вскрытому щитку и посветил фонариком вглубь шахты, туда, куда обычный взгляд не проникал.

— Обычный скачок, как же, — прошептал он себе под нос.

В глубине ниши, на толстом медном кабеле, виднелось нечто, что заставило бы любого электрика поседеть. Медь была покрыта странным, матово-черным налетом, напоминающим иней, только цвета нефти. И этот «иней» медленно пульсировал, словно дышал.