- Что ж, - сказала Сантос-Бака, помолчала, а затем: - Такого я не ожидала.
- Вот что, - сказала Драммер, глядя в широко раскрытые глаза Сантос-Бака. - Эмили, собери мне всех.
Космический город Народный Дом вращался на устойчивой марсианской орбите недалеко от Земли и Солнца, но в чёртовой дали от лун Юпитера и Сатурна. На то, чтобы услышать мнение всех экспертов союза, ушло десять часов, и ещё пять потребовалось системе, чтобы просмотреть всё это и составить сводный отчёт. Каждый вопрос, каждое уточнение, каждый новый нюанс или условие займут примерно столько же времени. Драммер придётся потратить большую часть из этих ста двадцати часов до нового открытия Лаконии на ожидание ответов на вопросы. Сообщения летали между планетами, лунами, космическими городами и станциями со скоростью света в вакууме, и это всё равно было чертовски медленно.
Голос в сообщении совпадал с голосом Антона Трехо, лейтенанта МВКФ, который в составе отколовшейся части флота ушёл в Лаконию после бомбардировки Земли. Да, голос мог быть подделкой, но техническая служба склонялась к мнению, что он подлинный. Станция Медина сообщала о зарегистрированном во вратах Лаконии световом и радиационном излучении, которое говорило о том, что к вратам на тормозной тяге приближается группа кораблей. И полученной информации недостаточно, чтобы сделать выводы об их количестве и типе.
Когда Свободный Флот так ненадолго и так бесславно захватил власть, Марс потерял почти треть своих кораблей. Часть потерь составляли корабли, которые вошли в состав Свободного Флота в Солнечной системе, часть - корабли флота сепаратистов, ушедшего в Лаконию. В те десятилетия, что прошли с тех пор, Земля и Марс медленно восстанавливали свои флоты. Технологические прорывы, основанные на изучении артефактов чужих с помощью реверсивной инженерии - обшивка с плетёной структурой, самонастраивающиеся сопла, ОТО с компенсацией инерции - сейчас были уже стандартом. Даже если людям на кораблях с той стороны врат Лаконии и удалось накопать какие-то подробности о том, как устроены эти технологические процессы, им в любом случае ещё надо было построить верфи и производственные базы, прежде чем использовать эти сведения. И тридцать лет без ремонта - это большой срок.
Самый вероятный сценарий был такой: в личной банановой республике Дуарте что-то наконец пошло настолько не так, что им пришлось снова выйти на контакт, чтобы угрожать, умолять или торговаться насчёт чего-то, что ему - или кто там сейчас стоял у руля - было нужно, чтобы всё исправить.
В отчётах разведки уделялось внимание и предположениям о судьбе активного образца протомолекулы, который Свободный Флот выкрал со станции Тихо во время войны, и сердце Драммер пропустило пару ударов, когда она это увидела. Она вспомнила тот день. Битву в родных коридорах станции, которую она считала своей. Даже сейчас она помнила холодную ярость, которая поднялась в ней, когда вскрылось предательство в их рядах. Помнила она и то, каким лидером показал себя в этих обстоятельствах Фред Джонсон.
Она всё ещё скучала по Фреду. И сейчас, сидя в амортизаторе перед монитором, на котором терпеливо ждали её внимания отчёты разведки, она задумалась, а как он справился бы с этим всем. Не конкретно с Дуарте и Лаконией, а вообще со всем.
Её монитор звякнул и на нём появился оранжевый значок временно приоритетного сообщения. Пришёл новый доклад с Медины с обновлённым анализом сигнатур двигателей с той стороны врат Лаконии. Она выдохнула и открыла его. Определяющие факторы были всё ещё неясны, но двигатели либо не были зарегистрированы, либо были настолько переделаны, что соответствия в базах уже не находились. Она вела пальцем по тексту с пояснениями, чтобы не дать глазам потеряться в нём. В составе угнанного Дуарте флота был по крайней мере один линкор класса «доннаджер». Судя по размерам одного из приближающихся шлейфов, это вполне мог быть и он. Да, устаревший. Изношенный. Но не утративший мощи.
Она встала, потянулась. Спина болела от лопаток до затылка. Она тратит слишком много времени на чтение отчётов, которые надо бы отдавать Вону. Усваивать информацию и выдавать ее в виде критически важных деталей - это, в конце концов, одна из его обязанностей. Но было время, когда эта обязанность лежала на ней. А себе она доверяла больше, чем ему.
Она отыскала, в какой части корабля находится Сантос-Бака. Было поздно, но эта женщина так и не ушла в свою каюту. Система указывала на кафе для администрации. От мысли о еде живот подал голос, и в нём пламенем расцвёл голод, который Драммер не замечала до сей поры. Она отправила сообщение с просьбой подождать её там пару минут. Выключила монитор, запустила протокол безопасности и направилась прочь из комнаты.
В коридорах Народного Дома всё ещё чувствовалась новизна. На установленных в стены поручнях и захватах для ног не было видно потёртостей, которые обязательно появляются на них в обжитых кораблях и станциях. Все лампы горели ярким светом, мягким и ровным, и это говорило о том, что установлены они недавно. Прошло ещё недостаточно времени, чтобы что-нибудь устарело или сломалось. В их великом дрейфующем городе со временем всё это проявится, но сейчас он, как и подобные ему города, в своём возрасте был ярок и прекрасен, как какой-нибудь Сингапур. Город, идеально отрегулированный. И если отлететь подальше, то он сиял среди звёзд, как чудный сувенир.
Она обнаружила Сантос-Бака сидящей рядом с немолодым мужчиной в сером комбинезоне. Он кивнул Драммер, когда та подошла. Как только она села, он ушёл. Сантос-Бака улыбнулась.
- Судя по твоему виду, тебе неплохо было бы перекусить.
- Обед был давненько. Через минуту я над этим плотно поработаю. Ты отчёты видела?
- Углублялась не особенно. Но вообще да.
- И где совет по этому поводу?
Женщина ушла в себя, задумалась, закрылась словно покерный игрок. Когда она заговорила, голос её звучал осторожно.
- Слишком это сложно - всерьёз воспринимать угрозу от флота из давно устаревших марсианских кораблей, которыми рулят пережитки случившегося десятилетия назад переворота. Если честно, меня вообще удивляет, что там нашёлся хоть кто-то живой.
- Согласна.-
- Во входящих сообщениях не выделено никаких голосовых паттернов, позволяющих выявить повышенный уровень стресса. И никаких просьб, по крайней мере на данный момент.
- Я знаю, Эмили. Я прочитала отчеты. Я спрашиваю, что ты о них думаешь.
Сантос-Бака развела руки в жесте, который на языке астеров старой школы значил: «у тебя всё перед носом».
- Думаю, скоро мы увидим кучку зацикленных на себе мудил, которые поняли, что их великая независимость в изоляции не срабатывает. Если мы дадим им сохранить лицо, то может, у нас и получится найти путь к реинтеграции, который устроит всех. Но проблемой будет Марс. Они захотят, чтобы всех их бегом доставили на Гору Олимп и там повесили как предателей.
- Вот и я так думаю. Есть идеи, как к ним с этим подъехать?
- Я перекинулась парой сообщений с адмиралом Ху. Она землянка, но у неё есть друзья в марсианском высшем командовании, - сказала Сантос-Бака. - Ничего официального. И ещё с МакКэхиллом из безопасности.
- Конечно.-
- Ещё одна возможность - они попробуют применить силу.
- С кораблями, которые не получали припасов и не видели доков несколько десятилетий, - сказала Драммер, - и с учётом того, что наши рельсовые пушки на месте, на взводе, и готовы наделать дырок в любом, кто будет слишком много выступать. Ты думаешь, такая возможность и правда реальна?
- Очень сомнительно. Даже когда их флот был новым, захват позиций рельсовых пушек и тогда стал бы для них чрезвычайно трудной задачей.
- Мы можем взять пару кораблей для прикрытия, просто на всякий случай, - подытожила Драммер. - Если окажется, что Лаконии требуется пинок под зад, наши корабли в их врата я отправлять не буду. Но в их присутствии нам, возможно, будет проще вести свою линию. Дадим Марсу нюхнуть крови возмездия, и посмотрим, будет ли коалиция Земля-Марс и дальше так заинтересована в соблюдении правопорядка, как и раньше.
