«Аромат любви» от сударыни-попаданки (СИ) - Росса Ольга Геннадьевна

Сын скривил недовольную гримасу, услышав о гувернантке.

— Выпрямись и не куксись, — строго напомнил я отпрыску о поведении за столом и покинул столовую.

— Доброе утро, сударыня, — я вошёл в комнату, с интересом разглядывая соискательницу.

— Здравствуйте, сударь, — склонила светловолосую голову девушка в скромном сером платье. — Меня зовут Забельская Анна Викторовна. Это же вам требуется гувернантка? — её взгляд на секунду задержался на моём лбе, но барышня тактично не подала вида.

— Всё верно. Я Островский Александр Митрофанович.

Однако она милая и слишком молодо выглядит. Справится ли с Гришей?

— Какое образование вы получили?

— Сначала домашнее, — она скромно потупила глаза, сжимая папку в руках. — Потом я обучалась семь лет в Мариинском училище. Год назад окончила с отличием.

— Замечательно. Опыт у вас имеется?

— Конечно, — сдержанно вздохнула она. — Я проработала одиннадцать месяцев в доме помещика Хлыстова, занималась их восьмилетней дочерью, пока они не переехали в Петербург. Я отказалась ехать, так как у меня мама в Москве, не хочу оставлять её.

— Понятно. Рекомендательное письмо, надеюсь вам дали?

— Да, — она поспешно кивнула.

— Остальные документы при вас? Хотелось бы взглянуть. — Хотя сомневаюсь, что барышня подойдёт. Она имела дело только с воспитанницей, а девочки более покладистые и послушные. Но всё же не хочу сразу разочаровывать юную прелестницу отказом. — Сколько вам лет?

— В апреле исполнилось двадцать, — она протянула мне папку. Да, ровесница Варвары. Только я подумал о невесте, как дверь в гостиную отворилась и на пороге появилась она. За спиной Варвары маячил Гриша, выглядывая из своего укрытия.

— Аннушка? Ты ли это? — всплеснула руками моя невеста, удивлённо разглядывая гостью.

— Варя? Глазам своим не верю! — ахнула в свою очередь Забельская. — Ты… Ты что тут делаешь?

Девушки радостно кинулись друг другу в объятия.

Глава 19. Подруга

Варя

Войдя в гостиную, я едва поверила своим глазам. Анна Забельская собственной персоной! Я кинулась к подруге, крепко обняв её. Год не виделись!

— Как же рада видеть тебя, Варя, — она широко улыбалась, смотря на меня.

— Аннушка, какими судьбами? — задала я вопрос, а потом сообразила, что она тут делает. Всё же вместе учились в Мариинке. — Ты пришла устраиваться гувернанткой?

— Да, прочитала объявление и сразу сюда. Я, между прочим, писала тебе, как обещала, но ответа так и не получила, — она сдвинула брови к переносице и наигранно надула губы.

— Аннушка, я не получала ничего, — покачала я головой. — Видимо, Щедрина твои письма перехватывала.

— Ух, вот же… нехорошая женщина твоя родственница, — она удержалась от более крепких слов и покосилась на Островского, который недоуменно наблюдал за нами, но в разговор не вмешивался. — А ты что тут делаешь? — повторила девушка вопрос и подозрительно прищурилась.

— Варвара Михайловна моя невеста, — подал голос мой жених, опередив меня.

— Невеста? — выпучила глаза Анна. — Однако неожиданно. Поздравляю. И когда свадьба?

— Уже в эту пятницу, — я взяла подругу за руку. — Хочу, чтобы ты была на венчании в качестве моей подруги.

Я знаю Анну с тех пор, как оказалась в училище. После выпускного мы не виделись до этого момента. Она дружила с Варей до моего появления в её теле. Отказываться от общения с Забельской я не стала, ведь она мне здорово помогла, когда я ссылалась на амнезию после тяжёлой болезни. Именно Анна рассказала всё о моей предшественнице. А ещё помогала мне с французским и с латинским, сама я знала только английский, да и то на твёрдую троечку. Хорошо, что Варя и раньше не блистала в языках, поэтому Анна охотно продолжала тянуть подругу по этим предметам. Конечно, Аннушка не знает, что теперь в теле Бахметевой другая душа — я не решилась признаться. Это моя тайна, которую свято храню.

— Ты приглашаешь меня? — ахнула Забельская.

— Я так понимаю, вы учились вместе? — а вот Островский был не в восторге от этого факта. Он строго смотрел на нас, заложив руки за спину.

— Да, Анна моя подруга, — я не выпускала руки девушки. — И хочу, чтобы она присутствовала на венчании. Хоть одна близкая душа будет рядом со мной в этот знаменательный день.

— А как же тётушка и кузина? — Анна недоуменно округлила глаза. — Их разве не будет?

— Нет. Они даже не в курсе, — понизила я голос, помня о том, что где-то рядом маячит Гриша. — Я тебе позже расскажу, наедине.

— Поняла, — подруга заговорщицки подмигнула.

— Александр Митрофанович, возьмите Анну Викторовну гувернанткой, — я требовательно посмотрела на жениха. — Я хорошо знаю её. Она исполнительная, ответственная, любит детей. Уверена, Анна справится с воспитанием Гриши. Тем более мы с ней подруги, если что, помогу ей.

— Что ж, ваши рекомендации приняты, Варвара Михайловна, — Островский задумчиво посмотрел сначала на меня, потом перевёл взгляд на Анну. — Но всё же желаю взглянуть на документы вашей подруги, — он подошёл к чайному столику и положил папку, открыв её.

— Григорий, знакомься, — я развернулась к будущему пасынку. — Это Анна Викторовна Забельская, твоя гувернантка.

— Я ещё не решил, взять вашу подругу на работу или нет, — недовольно подал голос Островский, шурша бумагами. Строит из себя строго барина.

— Анна, это твой воспитанник, Григорий Александрович Островский, — продолжала я знакомство и указала на мальчика, который смотрел на нас исподлобья с подозрением и недоверием. Губы поджаты, руки за спиной — маленькая копия своего отца.

— Bonjour, mademoiselle, — пробубнил Гриша, склонив голову.

— Bonjour. J'espère que nous pourrons devenir amis, — воодушевилась Анна. — Уже не терпится приступить к занятиям.

Будущий воспитанник её порыва не оценил и скорчил недовольную рожицу. Чую, придётся Аннушку первое время спасать от проделок этого сорванца.

— Григорий, не кривляйся, — строго сделал замечание отец сыну. — Хорошо, Варвара Михайловна, я приму Анну Викторовну гувернанткой. Документы в порядке, рекомендации хорошие. Жалование в тринадцать рублей. Устроит?

— Конечно устроит. Благодарю, — выпалила Анна.

— Надеюсь, я не пожалею о своём решении, послушав вас, Варвара.

— Уверяю, Александр Митрофанович, вы не пожалеете, — я обняла подругу за плечи. Будет хоть с кем пошушукаться за чашкой чая. — Как же ты, Аннушка, удачно прочла это объявление в газете. Пойдём, я покажу тебе дом. Григорий, не отставай, — скомандовала я, уводя девушку из гостиной. Чувствую себя уже настоящей хозяйкой особняка.

Сначала мы прошлись по первому этажу. Я представила Анну кухарке и горничной, которые как раз крутились в столовой, убирая посуду после завтрака. В хозяйский кабинет и лабораторию мы, конечно, не стали входить без разрешения Островского. Я просто указала на святую святых будущего мужа и строго наказала Анне не входить туда без спроса. Гриша плёлся за нами, тихо вздыхая. Понял проказник, что теперь у меня есть помощница и все его проделки будут пресечены на корню.

Потом мы отправились на второй этаж. Я показала детскую классную комнату, и там мы оставили мальчика играть, наказав никуда не уходить. Из детской смежная дверь вела в небольшую комнату с кроватью, тумбочкой и платяным шкафом. Помещение предназначалась для гувернантки.

— Здесь, конечно, тесновато, — разглядывала я полупустую комнату, — но зато у тебя будет свой уголок.

— Не страшно, главное, что я нашла работу, — вздохнула девушка. — Год-два поживу у вас, пока Григорий маленький. Потом он подрастёт, и ему потребуется гувернёр, более опытный и образованный наставник, чем женщина. А я пока опыта наберусь. Спасибо тебе большое, Варя, что замолвила за меня слово перед Островским. Я ведь уже отчаялась найти работу. Месяц сижу на шее у матери, а её вдовьей пенсии не хватает, опять мы в долгах, — вымолвила она с грустью.

— Знаю, тяжело молодой и красивой девушке устроиться гувернанткой, — я искренне сочувствовала подруге. — Ревнивые жёны предпочитают брать в дом страшненьких или пожилых матрон, а лучше сразу оба качества.