— Давайте расположимся здесь, — наконец решил он, указывая на небольшую поляну под раскидистым деревом.
Я расстелила на траве плед, который нашла в корзинке, а герцог начал доставать еду. Миссис Уилсон постаралась на славу — в корзине обнаружились пирожки с мясом, холодная курица, сыр, фрукты и бутылка яблочного сидра.
— Позвольте, — герцог взял бутылку и ловко откупорил ее. Наполнив два стакана, он протянул один мне.
Я потянулась за пирожком и случайно коснулась его пальцев. По руке пробежала волна тепла, и я поспешно отвела взгляд, надеясь, что он не заметил моего смущения.
Некоторое время мы ели молча. Пирожки оказались восхитительными — с хрустящей корочкой и сочной начинкой. Я невольно облизнула пальцы, забыв о манерах, и поймала на себе взгляд герцога, но он тут же отвернулся.
— Здесь очень красиво, — сказала я, нарушая молчание.
— Да, — согласился он, оглядывая реку. — Я люблю это место. Мы всегда останавливались здесь, когда ездили в столицу всей семьей.
Его взгляд стал задумчивым, словно он видел не реку и деревья, а что-то из прошлого.
— Однажды мы с братом подрались прямо на этом месте, — неожиданно произнес он с легкой улыбкой. — Из-за пирожного.
— Пирожного? — я не смогла скрыть удивления.
— Да, — он усмехнулся. — Мне было двенадцать, и я был ужасным сладкоежкой. Пухлым мальчишкой со вспыльчивым характером. Филиппсъел последнее пирожное с кремом, которое я считал своим, и я набросился на него с кулаками.
Я невольно окинула взглядом его стройную фигуру. Герцог заметил это и приподнял бровь.
— Не могу в это поверить, — призналась я.
— Во что именно? — спросил он с легкой насмешкой.
Я почувствовала, как краска заливает щеки. Мысль о том, что я разглядывала его тело, смутила меня.
— Что вы могли вспылить из-за пирожного, — поспешно ответила я. — Вы всегда такой… сдержанный.
Он отвел взгляд, глядя на реку.
— Я не всегда был главой семьи, — задумчиво произнес он. — Когда-то меня вполне устраивала роль второго сына. Она давала много свободы. — Он помолчал, а потом добавил: — Но судьба сложилась иначе, чем я рассчитывал. Пришлось многому научиться.
В его голосе прозвучала горечь, и мне захотелось сказать что-то ободряющее, но я не находила подходящих слов.
— А чем закончилась история с пирожным? — спросила я, желая вернуть более легкую ноту в разговор.
Он слегка улыбнулся.
— Отец окунул нас обоих в реку, чтобы мы остыли. Прямо в одежде. Сказал, что настоящие джентльмены не дерутся из-за сладостей.
Я не смогла сдержать смех, представив эту картину.
— Вы смеетесь надо мной? — спросил он, но в его голосе не было недовольства, скорее, легкое удивление.
— Нет, — покачала я головой. — Просто представила, как ваш отец тащит двух мальчишек к реке. Должно быть, это было забавное зрелище.
— Для нас — не очень, — ответил он, но тоже улыбнулся. — Зато мы больше никогда не ссорились из-за еды.
Я заметила, что его лицо смягчилось, когда он говорил об отце. Кажется, мне еще не доводилось видеть герцога таким по-настоящему расслабленным.
Мы провели на поляне около часа, после герцог аккуратно собрал остатки еды обратно в корзинку, а я сложила плед. Этот неожиданный пикник подарил мне больше, чем просто отдых — я впервые увидела настоящего Родерика, скрывающегося за маской холодного герцога.
— Нам туда, — он указал на утоптанную тропинку, вьющуюся вдоль берега реки. — Миддлтон примерно в двух милях отсюда.
Мы пошли рядом. Тропинка была достаточно широкой, чтобы идти вдвоем, но иногда сужалась, и тогда наши руки случайно соприкасались. Каждый раз я чувствовала, как по коже пробегают мурашки.
— Будьте аккуратны, — герцог взял меня за локоть, когда мы проходили особенно крутой участок тропы.
Его прикосновение было легким, но уверенным. Когда опасный участок остался позади, он не сразу отпустил мою руку, а я не спешила ее отнимать.
Впереди показались первые дома городка, и я почувствовала странное сожаление. Мне хотелось, чтобы эта прогулка длилась дольше.
Глава 23. Вечер в Миддлтоне
Миддлтон оказался уютным городком с мощеными улицами и аккуратными двух- и трехэтажными домами. Когда мы вошли в город, солнце уже клонилось к закату, окрашивая черепичные крыши в теплые оранжевые тона.
— Город основан почти триста лет назад, — рассказывал герцог, пока мы шли по главной улице. — Изначально здесь была просто переправа через реку, но постепенно поселение разрослось.
Я с интересом разглядывала витрины магазинов и прохожих, которые почтительно кланялись, узнавая герцога. Некоторые бросали на меня любопытные взгляды — видимо, новость о женитьбе герцога Бельмонта дошла и до этих мест.
— Вон там, — герцог указал на красивое здание с колоннами, — городская ратуша. А рядом — библиотека, основанная еще моим дедом.
— Вы хорошо знаете город, — заметила я.
— В детстве мы часто были в разъездах, — ответил он. — Отец считал своим долгом лично узнавать о проблемах в собственных землях, а не полагаться только на отчеты управляющих. А нас с братом брал с собой, чтобы мы набирались опыта.
В его глазах промелькнула та же тень, что я видела раньше. Я понимала, что управление этими землями должно было достаться его старшему брату, а не ему.
Мы свернули на боковую улицу, и перед нами появилось трехэтажное здание из светлого камня с вывеской «Королевский олень».
— Лучшая гостиница в городе, — сказал герцог. — Мы остановимся здесь на ночь.
Внутри нас встретил хозяин — полный мужчина с аккуратно подстриженными усами. Увидев герцога, он расплылся в улыбке.
— Ваша светлость! Мы уже подготовили ваши комнаты, — воскликнул он, низко кланяясь. — Надеюсь, прогулка была приятной?
— Добрый день, мистер Томпсон, — кивнул герцог. — Да, погода сегодня благоприятствует прогулкам.
Герцог представил меня, и мистер Томпсон снова поклонился, на этот раз еще ниже.
— Миледи, для меня большая честь приветствовать вас в моей скромной гостинице, — произнес он. — Позвольте проводить вас в ваши комнаты.
Мы поднялись по широкой лестнице на второй этаж. Мистер Томпсон открыл дверь в просторную комнату с большим окном, выходящим на главную улицу.
— Для герцогини, — сказал он с поклоном.
Комната была обставлена со вкусом: большая кровать с балдахином, туалетный столик с зеркалом, комод и пара кресел у камина. На столе стояла ваза с свежими цветами.
— Ваша комната рядом, ваша светлость, — мистер Томпсон указал на соседнюю дверь.
Герцог кивнул и повернулся ко мне.
— Отдохните после дороги, — сказал он. — Я пришлю горничную, чтобы помочь вам с ванной. Встретимся за ужином в семь часов.
Я кивнула, внезапно почувствовав усталость от долгого дня.
— Благодарю вас, — ответила я.
Когда он ушел, я подошла к окну и посмотрела на улицу. Город готовился к вечеру: в домах зажигались огни, прохожих становилось меньше. Я стояла у окна, глядя на затихающий городок, и мысленно возвращалась к событиям прошедшего дня. Они казались чем-то нереальным, словно сценой из чужой жизни, и в то же время оставляли в душе приятное тепло. Впервые с момента первой встречи с герцогом я чувствовала себя рядом с ним легко и свободно.
Стук в дверь прервал мои размышления. Вошла молодая горничная с полотенцами в руках.
— Миледи, я пришла помочь вам с ванной, — сказала она с реверансом.
Следующий час я провела, наслаждаясь горячей ванной и смывая с себя дорожную пыль. Горничная помогла мне вымыть волосы и подготовить платье для ужина. К моему удивлению, среди нашего багажа обнаружился целый гардероб нарядов для различных случаев. Очевидно, герцог позаботился о том, чтобы я была подобающе одета в любой ситуации. Я выбрала элегантное вечернее платье, более подходящее для ужина в гостинице, чем мой дорожный костюм.
Когда часы пробили семь, я спустилась в обеденный зал. Герцог уже ждал меня, стоя у камина. Он переоделся в темный костюм, который подчеркивал его статную фигуру. Увидев меня, он слегка поклонился.
