«Аромат любви» от сударыни-попаданки (СИ) - Росса Ольга Геннадьевна

— Что вы делаете? — ахнула она, округлив глаза. Но я не дал ей произнести и слова, запечатав её губы жадным поцелуем. Как давно я хотел сделать это!

Варвара сначала замычала, упираясь ладонями в мою грудь, но через мгновение её сопротивление ослабло, и супруга начала отвечать на мой жадный поцелуй, обняв меня за шею. Я с трудом соображал, что делаю, поддавшись искушению. От этой близости в брюках стало совсем тесно и до невозможности горячо. Нельзя! Надо остановиться, пока я в состоянии сделать это.

— Вот вам доказательство, дорогая супруга, — процедил я, с трудом оторвавшись от её сочных губ, — что у меня нет никакой любовницы. И желаю я только одну женщину — собственную жену, чего делать мне категорически нельзя.

— Зачем же вы меня тогда целуете? — Варвара сглотнула, посмотрев на мои губы.

— Это всё отвар Авдотьи виноват, — признался я, горько ухмыльнувшись, и усилием воли выпустил супругу из объятий, отступив назад. — Побочный эффект, так сказать. Мне лучше заночевать в кабинете, подальше от вас. Если сейчас не уйдёте, я за себя не ручаюсь.

Варвара опустила взгляд, уставившись на мой выпирающий пах. Её брови удивлённо поползли вверх.

— Простите, — тихо ахнула она, спрыгнув со стола, и попятилась от меня в сторону. — Значит, это из-за того самого отвара от храпа?

— Именно, — я отвернулся, чувствуя себя полным дураком, и тихо рыкнул на жену: — Идите уже, Варвара! Ваша подруга уволена, можете так ей и передать. В понедельник рассчитаю её.

— Я уже сказала ей, — в голосе супруги снова послышались гневные нотки. — Признаю свою ошибку — пригрела змею на груди.

За спиной раздались торопливые шаги, а потом хлопнула дверь, оставив звенящую тишину. Я потёр виски пальцами, пытаясь вернуть себе ясность ума. Так и не понял, поверила мне Варвара или нет, что у меня ничего не было с гувернанткой. По моей вине разговор ушёл совсем не в ту сторону.

Значит, кто-то видел, как Анна приходила ко мне в баню. Жаль, если супруга поверит чужим словам, а не мне. Нельзя допускать того, чтобы хрупкое доверие между нами рухнуло. Иначе ни о каком совместном будущем, даже в деловом плане, не может быть и речи. Надеюсь, завтра отвар Авдотьи уже не будет на меня действовать, и я смогу спокойно поговорить с Варварой о произошедшем.

Я снял пиджак, бросив его на спинку стула. Придётся как-то устраиваться на софе.

Ночь прошла в муках. Мне не давал покоя будоражащий эффект отвара, перед глазами постоянно стоял образ Варвары, потом мне снились её губы со вкусом персика. К тому же спать, скрючившись на софе, было жутко неудобно.

Утром меня разбудил Егор, тихо пробравшись в кабинет.

— Барин, просыпайтесь, пора, — толкнул он меня в плечо. — У меня всё готово, снасти в телеге лежат.

Я распахнул веки и непонимающе уставился на мужика, но потом вспомнил про рыбалку.

— Хорошо, иду, — я сел на софе, потягиваясь. Тело ныло от неудобной позы.

— Александр Митрофанович, а вы чего это в кабинете ночевали? Али перед супругой провинились? — прищурился он хитро. — Видал я, как из баньки от вас гувернантка вышла. Но, ей-богу, никому не говорил, я ведь догадался, что вы её прогнали, иначе…

— Хватит болтать, Егор. Ступай во двор и жди нас, — недовольно буркнул я, перебив его.

— Понял, не дурак, — слуга поспешил удалиться.

Я ещё раз потянулся и ощутил, что действие отвара завершилось. Можно подняться в спальню, переодеться и привести себя в порядок.

В доме было тихо, слишком рано ещё для подъёма. За окном небо светлело, обещая хорошую погоду. Поднявшись на второй этаж, я осторожно вошёл в комнату да так и застыл на месте. На белоснежной постели спала Варвара. Рыжие локоны разметались по подушке, словно языки огня. Одеяло прикрывало только бёдра супруги, являя тонкую батистовую сорочку, которая едва скрывала упругую женскую грудь.

В горле встал ком, сердце снова зачастило, разгоняя кровь по венам. Кажется, действие отвара так и не прошло. Переоденусь и отправлюсь на рыбалку. Не буду будить лихо, пока оно тихо. Пусть лучше Варвара дома останется.

Поглядывая одним глазом на спящую супругу, я юркнул в гардеробную комнату. Быстро нашёл простую одежду, подходящую для рыбалки: хлопковая рубаха, кафтан, кальсоны, штаны, на голову натянул картуз, надел сапоги. Пойду Григория теперь будить.

— И куда вы собрались, Александр Митрофанович? — раздался до боли знакомый голос супруги, когда я очутился в спальне. — Решили без меня на рыбалку отправиться?

Глава 39. Рыбалка

Варя

— Решили без меня на рыбалку отправиться? — Вовремя я проснулась. Смотрю, муж уже собрался уходить.

— Что вы, Варвара, как раз хотел будить вас, — улыбнулся этот шельмец. — Одевайтесь, я пойду Григория подниму. Жду в столовой, Авдотья должна чай подать с блинами.

Супруг исчез за дверью. Если бы не моё чутьё, точно проспала бы и ни на какую рыбалку не попала. Я подскочила с кровати и начала собираться. В голове так некстати всплыл наш вчерашний поцелуй. Не знаю, верить или нет словам мужа, что ничего у него с Анной не было. Но поцелуй вышел очень убедительным, ещё чуть-чуть, и я бы сама отдалась супругу прямо на столе — и наш брак перестал бы быть фиктивным. А всё отвар Авдотьи виноват. У Александра штаны чуть ли не дымились от желания, которое было заметно невооружённым глазом.

В гардеробе я нашла старенькое серое платье с широкой юбкой. Из него я немного выросла, зато подол не волочился по земле. Надела бриджи, на случай если придётся поднимать край платья. На плечи — жакет в тон, на голову соломенную шляпку. Авдотья вчера раздобыла для меня высокие прорезиненные женские сапоги, которые принадлежат Марье. Какая красота!

Спустилась в столовую, где меня ждали муж и заспанный Гриша. Они вовсю пили чай, уплетая горячие блинчики с клубничным вареньем.

— Варвара, у вас пять минут, — указал Александр на часы. — Егор с Вадимом уже заждались нас. Самый клёв начинается.

— Успею, — буркнула я, торопливо жуя. М-м-м, давно не ела таких вкусных блинов.

Когда с завтраком было покончено, я вышла во двор. Рыжая лошадка стояла возле крыльца, нетерпеливо помахивая длинным хвостом. Мужчины сидели в телеге и ждали только меня. Супруг помог мне взобраться в неудобный транспорт, усадив на мешок с соломой рядом с Гришей. Мальчик сонно зевнул, прикрывая глаза.

— Можешь навалиться на меня и подремать, пока едем до речки, — обняла я пасынка, прижав к своему боку.

— Угу, — только вымолвил он, удобно устроившись, и правда уснул.

Я заметила улыбку на губах мужа, сидящего напротив нас. Чуть было не улыбнулась ему в ответ, но вовремя вспомнила вчерашний разговор. Я его ещё не простила. Пусть заслужит сначала мою улыбку.

Лошадь тронулась в путь. Небо светлело быстро, но до восхода солнца было ещё далеко. До речки мы ехали где-то полчаса по грунтовой дороге по ухабам. Крестьяне тоже вышли на луга — пока роса, мужики начали сенокос.

Телега остановилась на пологом берегу реки. Кто-то старательно выкосил эту часть берега, значит, комаров будет меньше. Подальше от воды чернело кострище, а рядом стоял небольшой навес виде полушалаша из веток и сена. Наверное, крестьяне оставили, когда косили здешние луга.

— Тпру-у-у, родимая! — Егор натянул вожжи, и лошадь остановилась. — Приехали, барин. Место тут хорошее, прикормленное. Вадимка мой с весны старается, раз в месяц мешок в кашицей оставляет вон там на заводи, — махнул он в сторону реки.

— Молодец, Вадим, — похвалил Александр паренька.

— Ура! Лодка! — проснулся Гриша, протёр глаза, подскочил с мешка, ловко спрыгнув с телеги, и помчался к лодке.

— Можете удочки закидывать, а я пока костёр разведу, — продолжил наш провожатый. — Прихватил с собой котелок, лук да картошку. Ежели повезёт, сварю вам ушицы вкусной. Вы такой отродясь не едали.

— Спасибо, Егор, уже не терпится попробовать, — супруг вылез из телеги и посмотрел на меня, протянув руку. — Прошу, Варвара Михайловна.