Долг человечества. Том 3 (СИ) - Попов Михаил Михайлович

— А теперь ответь честно. — Не стесняясь присутствующих, Варя матом поинтересовалась у меня о причинах моих поступков. — Какого органа ты молчал о том, что собираешься сделать?

— Варь, — я нахмурился, — именно по этой причине. Это был риск, но необходимый.

— И чего ты добился⁈ — Стала девушка закипать, а Лиза глазами металась между нами.

— Я обезоружил Барона, продемонстрировал собственную силу и способность убивать его людей, подложил ему утку в виде фальшивого рецепта, который он непременно попробует использовать, спас кучу людей из рабства и избежал полномасштабного нападения на нашу базу. — Перечислил я, чеканя каждый факт, доказывая свою правоту.

— И тем самым чуть не угробил себя, а вслед за собой и всех нас! — В ее голосе сочился не только гнев, но и страх. — А если бы у тебя не получилось? Если бы ты потерял сознание и истек кровью? Если бы тебя не просто ослепили, а еще и что-то другое сделали? Марк, это верх безрассудства! Ты не супергерой, ты мешок с костями и мускулами, точно такой же, как и все остальные здесь! Нельзя так!

— История не терпит сослагательного наклонения. — Удрученно ответил я на череду претензий. — Я и сам понимаю, что поступал опрометчиво. Но мне нужно было предотвратить неизбежное.

— Не ругайтесь… — Негромко протянула Лиза.

— Мы не ругаемся, малявка. — Перевела на девочку взгляд Варя. — Просто Марк — большой дядя с мозгами ребенка, который решил, что набор юного химика из союзпечати сделал его всемогущим богом.

Я сконфуженно почесал затылок.

Следующие два часа я приходил в себя. Со слов Вари, лучшим, что я мог бы сейчас сделать для себя и всего лагеря — это пойти смыть с себя кровь и грязь, отдать поврежденный доспех на ремонт, переодеться в одну из чистых и сухих мантий и лечь спать. Не забыть поесть, конечно же. Вылазка к врагам еще долго будет мне аукаться, и я сам это понимал, специально объяснять мне очевидное не было нужды.

Но то, что уже несколько часов как я в лагере, а группа Кати с Женей и горсткой невольников еще не прибыли меня напрягало. Я решил обратиться за услугой к Ренгу, и я знал, чем ей платить.

— Пернатая, поди сюда. — Махнул я рукой, подзывая к себе странное существо, сидящее на карнизе над паром сероводородной ванны. Наблюдает, как я откисаю в горячей воде?

— М-а-а-рк. — Прокряхтела она мое имя.

— Ты молодец. — Со всей добротой, что у меня была, я похвалил эту находчивую птицу. — Но давай ты не будешь экспериментировать с тем звуком, что ты выучила из подземелий?

— Р-р-ренгу — отличается у-умом и сообраз-зительностью! Не будет больше шуток, Марк велел. — Распушила она перья и отставила в стороны руки.

— Можешь помочь мне еще кое с чем? Всем нам. — Обратился я с просьбой.

— Помогу. — Птица резко стала серьезнее и прекратила дурачиться.

— Лети отсюда на восток, поищи Катю. Она будет с большой группой мужчин и женщин, и если найдешь, узнай у них, как скоро они прибудут. Возможно, они остановились где-то на стоянку, чтобы поесть и залатать раны, но это не точно. — Я предположил причину их задержки, но все это вилами по воде.

— Ренгу посмотрит! — Четко, без заиканий и западаний согласных отрапортавала птица, махнула крыльями и улетела четко по заданному направлению. Неужели стороны света успела выучить? Действительно, умное существо.

Больше я действительно ничего не мог сделать. И что-то внутри мне подсказывало, что все с этими людьми в порядке, просто продвигаются они медленно из-за общей усталости и со скоростью наверняка самого медленного члена спасательной экспедиции. Оттого и задерживаются.

Вскорости меня одолел Морфей. Я всего лишь на минутку присел погреться у огня и поесть, как сам не заметил, что уронил свою челюсть себе на грудь. Помню только чьи-то нежные руки, касающиеся меня, но возможно мне это всего лишь приснилось.

Проснулся я от гвалта голосов и громких разговоров. На дворе глубокая ночь, я все так же сидел в кресле, укрытый меховой накидкой, как одеялом. Нет, этот сон не позволил мне полностью восстановиться, но чувствовал я себя сейчас хотя бы не как ходячий труп, как это было утром и ближе к полудню.

Быстро оценив ситуацию, я увидел, что Катя с Женей вернулись, а с ними — переодевшиеся в купленные мной ранее кожаные комплекты обмундирования бывшие невольники. Только их, почему-то, на двоих больше, чем я думал. Вроде девять человек я оставлял позади, когда спешил на помощь, а тут целых одиннадцать. Может быть, Катя по пути наткнулась еще на беглецов и точно так же решила и их с собой забрать?

Мда уж, не предполагал, что эта, с какой стороны ни погляди, маньячка-социопатка, станет настолько уж сердобольной. Впрочем, чего это я о ней плохо думаю — всегда, сколько мы тут времени провели, ее важнейшим приоритетом было общее выживание и благополучие группы. А тот инцидент с раненной Варей — предполагаю, помутнение. От страха и ответственности за необходимость принимать решения.

Причиной громких перекрикиваний стало то, что для бесконечно измученных рабов вид нашей долины предстал раем в этом богом забытом краю. Как вишенка на торте, как награда после длительных страданий. Ну-с, пора вставать, поприветствовать гостей, как следует с ними познакомиться, провести фильтрацию и отсев, если придется. Процедура обкатана, просто теперь будет сложнее все контролировать.

Глава 19

Мысль, пробежавшая ненароком, что контроль усложняется, оказалась пророческой. Рано или поздно любому главе или руководителю нужно начинать всеми силами избегать микроконтроля, отдаваясь больше в стратегию и планирование, чем копошиться в грязном исподнем внизу. Для этого и существует прекрасное со всех сторон слово — делегирование.

Собственно я, как кто-то, выступающий в роли ментора и идейного вдохновителя, остался сидеть в своем кресле. Хотел, честно хотел встать и начать отдавать распоряжения, но прямо спросил у самого себя — а что, они без меня там не справятся, что ли?

Смалодушничал. Мне было лениво, и я не желал погружаться сейчас в выяснение обстановки. На первый взгляд все спокойно, а значит, чего тревожиться о том, что мне неподвластно? Тем более, я тут так пригрелся, сшитая подстилка под пятую точку Лизой отлично грела мне спину и зад, а наброшенная сверху мантия не позволяла теплу отходить. Ноги мои как-то безвольно валялись у пышущего жаром очага, да и в целом схватив эти несколько часов дремучего, даже не глубокого, сна, я не был готов прямо сейчас подорваться и начать активно действовать.

В конце-концов, я тут рвусь на британский флаг, неужели я не могу выделить себе пять минут покоя? Понаблюдаю заодно, что к чему, намотаю так сказать на ус. Но то, что мне придется поучаствовать, не секрет, конечно, избежать этой ответственности в полной мере мне не удастся.

Тем временем:

— Я что-то не вдупляю, — с нажимом обращалась к Кате Варя, — что тут происходит? Кто это?

— Как — кто? — Искренне удивилась кинжальщица, с видом взъерошенным и усталым. — Люди. Варь, не тормози, а, давайте как-то рассядемся, что ли.

— Погоди-погоди, а Марк в курсе? — То, что я уже не спал, но этот факт остался незамеченным, мне только на руку. Я прикрыл глаза и вслушался в разговор, все еще сетуя на боль в голове, но так, фоном.

— Ну разумеется в курсе! Он мне поручил доставить сюда рабов, ой, — она смутилась, когда поняла, что ляпнула нехорошее слово вслух, — этих бедных пострадавших от тирании в безопасность нашего лагеря.

— Ты прости, — обратился к ней один из мужчин, — но твоя фраза звучит охренеть как плохо. Как будто мы из огня сходу в полымя лезем. Тоже нас в клетки посадите?

— Да! Мы не допустим этого вновь! — Осклабился народ и нестройно запротестовал.

Но я понимал, что Катя не хотела кого-то пленить, и уж тем более эксплуатировать. Вообще, все немного криво пошло, наверное мне стоило бы вмешаться. И я бы, правда, вмешался, не будь мне так лень. Ничего ведь страшного не происходит? А коль начнет, я успею вмешаться.