Идеальный танк для «попаданцев» (СИ) - Савицкий Георгий

Удар в борт башни оказался сокрушительным — 75 миллиметров брони оказались весьма слабой преградой для немецкого бронебойно-трассирующего снаряда, летящего на скорости более 800 метров в секунду. Мало кто знает, но в каморных бронебойных снарядах дополнительно находится заряд взрывчатки. В этом он был — 117 грамм тротила. Не так уж и много, но бронебойный снаряд проломил левый бортовой бронелист башни, и поток раскаленных от чудовищного удара осколков смертоносным снопом ударил внутрь боевого отделения. Наводчик и командир танка — лейтенант Крюков, погибли мгновенно. Деформированный от удара снаряд продолжил движение и ударил в казенник 76-миллиметровой пушки. Вслед за этим и сдетонировали те самые 117 грамм тротила… Взорвались оставшиеся снаряды в боеукладке КВ-1 — яростное ярко-рыжее пламя вырвалось из проемов башенных люков. Внутри танк меньше чем за мгновение превратился в филиал ада на земле, а снаружи его охватило огненное сияние, которое рванулось вверх раскаленными протуберанцами и почти мгновенно опало, вознеся к небесам жирный столб черного дыма.

Из экипажа лейтенанта Крюкова не выжил никто.

Уж небо осенью дышало…

Совсем незаметно началась осень, сперва она была такой же жаркой, как и лето 1951 года, но буквально после недели более-менее летней погоды уже потянули холода, в воздухе запахло сыростью, а там и нудные затяжные дожди пожаловали. Все в экипаже модернизированного Т-55 знали своей уникальной «памятью попаданцев», что зима 1941 — 1942 годов станет особенно лютой. И по суровым морозам, и по огромному накалу боевых действий.

В середине августа 1941 года танковая группа Эвальда фон Клейста успела захватить переправу через Днепр в районе Днепропетровска, создав угрозу Донбассу. До того, как ее в полном составе перекинули севернее — под Кременчуг.

Там наступали подразделения 17-й армии Вермахта, но довольно неудачно. Гитлеровцы завязли в позиционных боях с закрепившимися на оборонительных рубежах частями Красной Армии. Изрядно побитая здесь 17-я немецкая армия форсировала Днепр у Кременчуга, но дальше продвинуться не смогла из-за ожесточенного сопротивления советских войск.

А тут еще неведомый русский танк, который появляется, как призрак и в одиночку уничтожает практически полностью целые гарнизоны, взрывает железнодорожные станции с боеприпасами и другой амуницией и давит «Мессершмитты» и «Юнкерсы» прямо на аэродроме. В общем, танкисты-попаданцы наделали дел в тылу врага. В том числе, их стараниями пробуксовывало гитлеровское наступление на Киев.

А тут еще смертельный бой «Клима Ворошилова» под командованием лейтенанта Крюкова — об который, в буквальном смысле, разбились передовые подразделения 1-й танковой группы Эвальда фон Клейста. Тяжелый советский танк гитлеровцы все же кое-как уничтожили, но и темпы ввода в бой новых сил окончательно сорвались. Обычно сдержанный фон Клейст осыпал подчиненных самыми черными ругательствами, но вот поделать ничего не мог. После того, как один «Клим Ворошилов» в одиночку уничтожил целую танковую роту «Панцеров» и без счета — бронетранспортеров, грузовиков, пехоты, пришлось срочно менять планы.

Пришлось всей 1-й танковой группе Клейста становиться на постой и перегруппировку в самом Кременчуге. Оттаскивать с поля боя разбитую технику, организовывать ремонт и подвоз новых припасов, эвакуировать раненых. Высылать разведку, организовывать патрули и гарнизонно-караульную службу.

Кроме того, аэродром на окраине Кременчуга оказался полностью разрушен, сгорели почти все истребители, бомбардировщики и — что немаловажно, боеприпасы и горючее. Так, что наступающие танки Клейста лишились авиационной поддержки.

Артиллерии тоже не хватало для по-немецки методичной «обработки» переднего края советских войск перед решительной атакой «панцеров».

— Сколько мы уже тут, месяца два с половиной?.. — поинтересовался наводчик Егор «Вежливый».

Он сидел на башне танка Т-55, свесив ноги в проем люка. В лесу пели птицы, а дальше — фоном, слышался отдаленный грохот — это продолжались бои в районе КиУРа — Киевского укрепрайона. Там продолжались ожесточенные затяжные бои защитников столицы Советской Украины с гитлеровцами. Сражение за укрепрайон уже шло в его третьей — и последней — полосе, по западным окраинам города. Но все же защитники держались, буквально, изо всех сил.

— Точно так, — ответил майор Рыков.

Экипаж занимался плановым обслуживанием танка. Прочистили, пробанили, ствол 76-миллиметровой пушки, разобрали и сказали клин затвора, проверили пулеметы, двигатель, трансмиссию, «ходовку»… Егор отъюстировал прицелы. Теперь Паша-мехвод и Лешка-заряжающий готовили обед из трофейных немецких концентратов.

Вокруг раскинулась «партизанская деревня»: замаскированные блиндажи и землянки, объединенные ходами сообщения. Отдельно в капонирах стояла на обслуживании бронетехника. Она

для отряда оставалась — на вес золота. Особенно — после гибели в бою гусеничного тягача «Комсомолец». В строю находился легкий плавающий танк Т-40 со страшным крупнокалиберным пулеметом ДШК и пушечный броневик БА-10, тоже отнюдь не подарок для вражеской пехоты… По совету танкистов-попаданцев, броневик дополнительно экранировали, нарастив защиту. «Партизанскую броню» удавалось поддерживать в более-менее приличном техническом состоянии. Запчасти находили путем «каннибализма» с разбитой и брошенной техники — ее в окрестностях хватало. А горюче-смазочные материалы «заимствовали» у противника.

Но самое главное — люди.

Люди в партизанском отряде приободрились, набрались боевого опыта, заматерели и поверили в собственные силы. Да и сам партизанский отряд разросся. Из концлагерей Кременчуга бежали военнопленные и гражданские, да и по окрестным лесам хватало и местных, и до сих пор выходящих к своим «окруженцев». Понемногу они стекались в отряд. Но его командир и комиссар, предупрежденные майором Рыковым о провокаторах и шпионах, оставались начеку. Всем новоприбывшим устраивали довольно жесткую проверку.

Были и такие, кто подобную проверку и не проходил. Двоих предателей расстреляли перед строем.

Соответственно, и более дерзкими становились атаки на гарнизоны гитлеровских оккупантов и их прихвостней.

Недавно они устроили как раз такой молниеносный рейд. Что немаловажно, бронетехника ведь и существенно расширяла радиус действия диверсионных групп.

По данным радиоперехвата, который выполнил заряжающий Леша Бугров, в небольшом селе со смешным названием Малый Кобелячок, что в Новосанжарском районе Полтавской области, остановился штаб танковой дивизии из группы Клейста. Определяющим стало то, что рядом с селом пролегает довольно широкая дорога. Причем, не какая-то там грунтовка, а почти шоссе, как минимум, гравием она точно отсыпана.

Заинтересовавшись, майор Рыков приказал выдвинуться вместе с танком Т-55 гусеничному тягачу «Комсомолец» и легкому Т-40. Естественно, на броню взяли десант: всего два десятка партизан с винтовками и пулеметами. На Т-55 поехали, разумеется, пограничники лейтенанта Акимова при двух пулеметах на десятерых, с автоматами ППШ и гранатами. Своеобразный ударный отряд.

Майор не опасался выдать себя лязгом гусениц или ревом дизеля: по дороге у села Малый Кобелячок днем и ночью шла немецкая техника для решающего удара по защитникам Киева. Так что шум стоял несусветный. Скрытно, ночью, выдвинувшись на позицию, майор Рыков поднял квадрокоптер, чтобы разведать обстановку.

Местных «фрицы» загнали в подвалы и сараи, а сами вольготно расположились в хатах. В центре села стоял большой штабной автобус и пара радиофицированных полугусеничных бронетранспортеров. Взвод автоматчиков охраны усиливали не только броневики разведроты, но и пара танков «Панцер-III». Тяжелых 88-миллиметровых зениток замечено не было, но все же майор Рыков опасался, что поблизости могут оказаться те крупнокалиберные штурмовые самоходки и полугусеничные бронированные тягачи — Sd.Kfz-8, как раз с 88-миллиметровыми пушками в кузове.