Измена. Попаданка в законе (СИ) - Нильская Тереза

— Она же еще и целительница, наша Лара, — продолжает Рочестер, — помогает при операциях голубой магией.

Что? Голубая магия? Моя хрупкая девочка, моя Ларика, была обладательницей редчайшей голубой магии. Ее голубые ладони ложились мне на грудь, согревая душу и наполняя радостью сердце.

Но этого же не может быть, не может быть! И имя, как он ее назвал, Лара?

— Еще раз, Рочи, как она выглядит?

— Она очень, очень похудела, Маркус, кожа да кости. Похоже, ей очень тяжело дается беременность, она даже в обморок упала на операции. Похоже, дракончик твой выпивает все ее силы. В общем, прилетай давай, немедленно! А то при родах умрет!

Переговорный камень все-таки не выдержал, превратился в крошки.

Я только собирался настроить портальный камень на Север, как вдруг ясно понял, что дракон очнулся и расправляет крылья.

Еле успел выскочить на площадку для полета.

Мой черный дракон очнулся, со стоном и хрипом закричал и пошел на круг над королевским дворцом, расправляя и проверяя крылья.

Все во мне внутри дрожало. Неужели это возможно? Голубая магия… Лара… беременность…. драконенок… Это она, она!

Но что же тогда произошло на озере? Там же тоже была она, и сын меня звал!

Мой черный дракон, сделав круг, выпрямился в струну и рванул с огромной скоростью в сторону Севера. Мы не будем делать остановок, мы будем все время лететь!

И тут же из-за башни вылетела и пристроилась к нему яркая рыжая драконица.

— Синтия, твою же мать!

Глава 39

Рыжая драконица

Летим без остановки уже целый день, у меня скоро крылья отвалятся. Черный дракон Маркуса несется вперед, а я уже давно заметно отстаю. Использую волны ветра для отдыха.

Ну чего Маркус так рванул, не понимаю. Чего так на войну торопиться? Туда уже куча драконов улетела.

Вот как так получилось, что я, Синтия из рода драконов Дакли, взрослая, умная, красивая и своего не упускающая драконица, из самых что ни на есть высших драконов, оказалась опять незамужней.

Это что такое, в самом деле!

А все истинные, черт бы их подрал. Мешают нам, чистокровным драконицам, бороться за свое счастье!

Как жаль, что в своё время не получилось с Арчи. Было время, я из его постели не вылезала, и стала бы королевой, конечно бы стала. Но тут его метка у одной сельчанки нарисовалась. И откуда только эта Мэлли появилась! По мне так, пеструшка обычная, но вот надо же как его скрутило этой истинностью. Про все забыл, чуть короны не лишился.

Да, жаль, в постели уж больно хорош был. Хорошо покувыркались, было время, а теперь король Арчибальд Харлоу всегда лишь строго смотрит на меня. Ну, ни следа от прежних чувств, обидно даже. Я так старалась, всех дракониц свободных от него отшила, во дворец перебралась, отцовский замок ведь совсем в упадке. Так рассчитывала стать супругой нового короля!

А тут метка, истинность с простой человечкой, будь она неладна! Теперь приходится вот в придворных королевы ходить.

То же мне, нашли королеву! Да она как корова-пеструшка рядом с моей драконицей. Еще и беременна все время. Обидно, да. И где только глаза у этих драконов!

О, у меня уже крылья болят, нельзя без остановок. Давно я так много не летала, и тренировки свои регулярные, как к королю приехали гости, совсем забросила.

Маркус что, решил мчаться без остановки? Нам бы и поесть не мешало, уже живот противно урчит. Поесть надо, хоть овцу слопать в образе дракона, хоть ужин в образе дамы.

Стараюсь поймать потоки воздуха, чтобы покататься на них, облегчить дорогу. Уже давно их ловлю, иначе не удержалась бы за Маркусом, слишком быстро летит.

Мысли мои снова настраиваются на анализ претендентов на мою руку. Но выбирать мне надо только из числа состоятельных. Сокровищница отца совсем оскудела, мне поэтому абы кто не нужен.

Нас, дракониц, вообще рождается мало, мы можем выбирать. Хоть из зрелых свободных драконов, их, правда, немного осталось, война прошлая много драконов унесла, хоть из драконьего молодняка.

С Джеральдом Харлоу вообще все было непонятно. А все его метания, чтобы у него тоже была истинная, на брата глядя. Хотел очень заиметь истинную. Ну, с истинностью, не всем ведь дано.

Джеральд ещё сам весь такой дракон чести, жесткий и принципиальный, беспощадный к врагам, особенно к врагам короны. Ну, не зря же генерал драконий. Поэтому у него в постели я не долго задержалась. И не от меня это зависело. Слишком много думает о чести, о репутации, о долге.

Вот теперь всех драконов взбаламутил на Север лететь. Зажёг пламенными речами. Все теперь героями хотят быть, на пункте мобилизации не протолкнуться было.

А мне то что останется? Я все-таки девушка зрелая, в самом соку, только первую сотню разменяла, да и красавица редкостная, с роскошным телом. Знаю про себя все, не льщу.

Ну, не с молодняком же мне при таких достоинствах связываться. У них, конечно, слюни по драконьей морде текут, глядя на мои прелести.

Но они кандидаты несерьезные, у них вообще один секс на уме. Нет, это иногда даже неплохо, да, но не все время же долбёжка должна быть. Не умеют они еще красиво страстью зажечь, когда надо и помягче, и до постели развлечь, и в страсти не думать только о себе, своем удовольствии, помнить про желания дамы.

Потому я Маркуса никуда не отпущу. Он и пьяный то хорош, а уж в обычном состоянии, мммм, да… Хорош, в общем. И моложе Арчибальда и Джеральда, этой королевской семейки, этих братьев Харлоу, и старше драконьих юнцов.

Как раз для моего возраста и темперамента. И истинная у него, к моему счастью, погибла. А чтобы его дракон не зачах от тоски, а он от пьянства не загнулся, нужна очень даже яркая и симпатичная драконица. Моя вторая ипостась, она самая, вместе со мной, безумно красивой.

Мне только с драконом Марка надо поладить, а то весь этот месяц зверюга не показывался. Я уже даже беспокоиться стала. А теперь вижу, какой красавец. О, хорош, дракон великолепен.

Надо поладить, да, привлечь его. О бока его черные, блестящие потереться, запахом его страстным, животным, напитаться! Дать ноздрями моей драконице своего настоящего самца почувствовать, возбудиться до слюней с морды от слияния черного и золотого!

Слияния прямо в воздухе, это особенно будоражит. Мы еще даже дракончиков наплодим. Чёрненьких таких и рыже-золотых, да, да. Надеюсь, что у меня все получится.

Мои приятные мысли прерывает ощутимая мышечная боль.

…Ой, не могу больше. Сколько можно лететь. Надо остановиться, придумать что-нибудь, чтобы Маркус остановился. Летит на свою войну, вот ведь честолюбец еще один.

Так, все, надо как-то криком его привлечь. Мы на половине пути, тут озеро есть большое, и в горах село есть. И водопадик красивый. Можно поесть, я думаю.

Чуть не охрипла, зовя, но он все же услышал. Оглянулся, хотя был уже почти точкой в небе. Так, теперь надо штопором вниз, резко. Будто я падаю.

Ага, вижу, летит, возвращается. Молодец ты, моя драконица. Вся в меня, все правильно делаешь.

Вижу лавку вблизи водопада, оборачиваюсь. Все хорошо, подожду Маркуса. Впереди полуобгоревший, ранее двухэтажный дом. Остался только первый этаж, крышу, то есть потолок первого этажа после пожара кое-как ветками и соломой закрыли.

Да уж, это не замок, совсем, сарай. Где тут поесть можно?

У дома копошатся две женщины неопределенного возраста, в грязной одежде. Волосы неопрятные, всклокоченные. Взгляды какие неприятные у них! И драконицы моей не побоялись! Не нравятся им красивые женщины, явно не нравятся.

С шумом и грохотом на поляну резко садится Маркус, сразу оборачивается. Хорошо, что мы оба в одежде. А то если из постели оборачиваться в дракона, то потом на людях можно и голышом оказаться. А тут какие-никакие, но все же люди, надо быть в одежде.

Маркус идет не ко мне, почему-то, а сразу к ним. И лицо у него при этом… я таким его не видела ни разу… угрожающее, что ли.

Он что, знает этих непривлекательных теток?