Говорящая с лесом. Дилогия (СИ) - Снежная Марина

Сегодня утром я получила приглашение от Клотильды дар Фирайс посетить ее дом. Некоторое время раздумывала над тем, стоит или нет, это делать. После тягостного и болезненного объяснения с ее братом было неловко посещать этот дом.

Вспомнила, как на следующий день после памятного ужина, на котором гатан высказал желание сделать меня своей женой, явился Атлий. Вопреки обыкновению, я не спустилась в гостиную, когда мне доложили о приходе гостя, а предоставила отцу разбираться с тем, что он там наобещал парню и его отцу. Только вот Атлий воспринял отказ весьма бурно и настоял на том, чтобы лично меня увидеть. Почему-то считал, что я сама прямо-таки жажду быть его женой, а отец вздумал запретить. Умолял уйти с ним, сказав, что я не почувствую недостатка ни в чем, что придется бросить в доме Томиана.

Я поразилась тому, что отец не пытался вступать в перепалку, что-то объяснять. Устроившись в любимом кресле у камина, с невозмутимым лицом наблюдал за разгневанным пылким парнем и предоставлял теперь мне с ним объясняться. А я чувствовала себя хуже некуда. Пусть я никогда не любила Атлия, но он был хорошим человеком и ничего плохого мне не сделал. Не его вина, что так сильно влюбился. Впрочем, и не моя. Только почему-то чувство вины все равно ощущала. Пыталась найти деликатные слова, чтобы смягчить удар, но видела, что все равно причиняю ему боль.

— Атлий, послушай, ты замечательный человек, настоящий мужчина, порядочный, благородный. О таком муже может мечтать каждая женщина. Но сердцу ведь не прикажешь. Я думала, что со временем смогу тебя полюбить, или хотя бы смириться с мыслью о браке. Но этого не случилось. Я…

— У тебя появился другой? — прервал Атлий.

Его лицо было бледным, как полотно, глаза лихорадочно сверкали. Сейчас он настолько был не похож на себя прежнего — цветущего, уверенного в себе, жизнерадостного, что острое чувство жалости снова полоснуло по сердцу. Ну почему он так привязался ко мне? Ведь я ничуть не лукавила, когда говорила о том, что любая женщина — ну, почти любая — была бы счастлива его вниманию.

— Дело не в этом, — лгать было так стыдно, что я ощутила, как щеки залил румянец. — Просто я хочу заняться собственным делом. И этим буду себя обеспечивать в дальнейшем. Без помощи мужа.

— Я не такой дурак, как ты думаешь, — его губы тронула кривая улыбка. — Значит, правда то, что говорят в городе о тебе и гатане?

Мои щеки вспыхнули еще сильнее. Пришлось опустить голову, чтобы скрыть смущение.

— Ты ведь понимаешь, что он поиграет с тобой и бросит? — звенящим от сдерживаемых эмоций голосом спросил Атлий. — Ничего больше временной интрижки гатан предложить тебе не сможет. Я же предлагаю устойчивое положение в обществе, защиту, всеобщее уважение.

— Прости… — только и смогла выдавить, по-прежнему не глядя на него.

— Вам лучше уйти, молодой человек, — вмешался в разговор Томиан. — Мне жаль, что так вышло. Я и правда желал того, чтобы моя дочь и сын моего хорошего друга соединили свою жизнь. Но неволить дочь я не стану. Это ее решение. А правильное оно или нет, лишь Дарун ведает.

Атлий некоторое время еще буравил меня пристальным взглядом. Стоило больших усилий не поднимать головы — не знаю, как бы выдержала этот обвиняющий, полный боли и тоски взгляд. Но я чувствовала почти физически эти его эмоции. Наконец, он двинулся к выходу тяжелым неровным шагом. Так, словно его огрели мешком по голове, и он никак не может восстановить привычную координацию движений.

— Жаль парня, — протянул отец, когда мы остались наедине.

— Хоть ты не трави душу, — вздохнула я.

— Осмелюсь напомнить, что это и правда твое решение. Точно не пожалеешь об этом потом? Пока все еще можно вернуть.

— Нельзя, — хрипло сказала, устало опускаясь в кресло. — Да и считаю, что Атлий заслуживает большего, чем жить с женщиной, которая никогда не сможет его полюбить, всегда будет думать о другом мужчине. Он со временем забудет меня. Найдет хорошую девушку, которая будет только рада стать его женой.

— На все воля Даруна, — привычно откликнулся Томиан. — Но ты должна быть готова и к не слишком-то приятному развитию событий. Тебе не приходило в голову, что потерпеть поражение в борьбе может Бедмар, а не Кристан? И что тогда мы с тобой окажемся в весьма шатком положении. Думаешь, почему я настаивал на твоем скорейшем браке с Атлием? Да потому что у его отца достаточно влияния, чтобы позаботиться о твоей безопасности даже когда меня не станет. У семьи сирна дар Фирайс хорошие связи при дворе Аласара. Вы бы уехали из волчьих земель и могли бы избежать нападок Кристана. Я-то покинуть пост не имею права. Сам выбрал свою судьбу. Но у тебя был бы шанс спастись.

У меня все похолодело в груди от его слов. Неужели для отца поражение Бедмара и правда станет концом? Не только блистательной карьеры, но и самой жизни? И то, что он желал устроить мою судьбу даже против воли — всего лишь попытка обезопасить, подстраховать? Только вот могу ли я отказаться от Бедмара? Теперь, когда поняла, что так сильно люблю? Моя жизнь неразрывно связана с его жизнью. И я не знаю, стоит ли жить, если не станет его. Тоскливая, какая-то выворачивающая душу на части мысль. Но я внезапно осознала, что и правда так чувствую.

— Я свой выбор сделала, отец, — глухо проговорила, вскидывая голову и внимательно вглядываясь в его глаза.

Не знаю, что он прочел в моем взгляде, но с тяжелым вздохом кивнул.

— Что ж, не мне бороться с волей Даруна.

Оторвавшись от мыслей о том неприятном дне, я посмотрела на послание от Клотильды, исписанное красивым крупноватым почерком. От письма пахло любимыми духами девушки, и я чуть поморщилась. Слишком тяжелые, на мой вкус. Пыталась понять, что скрывается за безукоризненно вежливыми фразами, но не получалось. Обычное приглашение нанести дружеский визит. Правда, внизу постскриптумом стояла фраза: «Мне нужно сообщить тебе кое-что важное, поэтому, пожалуйста, не отказывайся». Что это могло означать?

Не мог ли Атлий попросить сестру послать мне приглашение, чтобы снова попытаться наладить отношения? Такое вполне вероятно. И наверное, я бы ответила вежливым отказом, сославшись на неотложные дела. Но вот эта последняя фраза прямо-таки интриговала. Зная себя, я не сомневалась, что сломаю себе мозг, пытаясь понять, что же такого важного хотела сообщить Клотильда. В итоге весь день буду терзаться любопытством, а потом так или иначе все равно поеду к Фирайсам.

И я приняла приглашение. Написала ответное послание и передала с ожидавшим слугой, который принес письмо Клотильды. В нем сообщала, что явлюсь к двум часам дня, сразу после занятий в сиротском приюте. Придется немного нарушить планы и перенести встречу с поставщиком редких трав, о которой я договорилась. Ну да ладно. В конце концов, встреча эта только ознакомительная. Я решила навестить всех, кто подобным занимается в городе, чтобы выяснить, кто может предложить самые выгодные условия. Пока не приобрела здание для лавки, смысла закупать травы нет. Этим, кстати, я и собиралась заняться в ближайшее время. Поездить в сопровождении капитана Мерна по городским окраинам и присмотреть подходящее помещение.

Порог дома дар Фирайсов переступала с вполне понятной настороженностью. Так и казалось, что из-за спины дворецкого, впустившего в дом, выскочит Атлий, потащит куда-то и начнет убеждать вернуться к нему. Но к счастью, обошлось. Дворецкий провел в гостиную, где за накрытым угощением столиком уже ждала Клотильда. Я попыталась по ее лицу определить, как она теперь настроена по отношению ко мне. Вполне нормально, что раз я обидела ее брата, то есть какая-то неприязнь. Но девушка улыбалась так же открыто, как раньше, и в ее движениях не ощущалось скованности или холодности.

— Рада, что ты все-таки пришла, дорогая, — она приветливо кивнула и указала на свободное кресло. — Присаживайся. А то совсем о подругах позабыла.

— Сюда что еще и Катрина с другими девушками должны прийти? — настороженно спросила я, не придя в восторг от подобной перспективы.