Танец С Врагом. Эхо потерянных воспоминаний (СИ) - Корр Алекса

Надеюсь, Грэм хорошо справился со своей частью и открыл черный ход заговорщикам. Разочарованно вздохнул. Какие меры предосторожности я не предпринимал, но умудрился просмотреть под своей крышей предателя. А то, что это именно он ─ сомнений больше не было. Тэйн, которого посоветовала Даша, оказался смышленым малым и обладал способностью быть незамеченным, внимательно следя за всеми обитателями замка последние несколько дней. И он же и передал мне недавно сообщение, что Грэм подал кому-то сигнал. Он даже не подозревал, что открывает дверь не для победы, а для собственного конца. Его жизнь я не обещал Даше сохранить, да и она не просила.

Я остановился у входа в сокровищницу. Именно здесь, по словам Даши, в прошлом витке меня настигла смерть. Именно здесь Сергио решил, что он герой.

Спустился вниз и постоял немного среди своих богатств, выжидая время. Взгляд упал на старинный перстень с голубым топазом. Если я правильно помню, то он принадлежал моей бабке. Покрутил его в руках, рассматривая со всех сторон, а потом сунул в карман, даже не подумав, зачем я это делаю.

Поднялся и посмотрел в сторону закрытой двери в лабораторию. Надеюсь, непрошенные гости уже успели расположиться с удобствами? Пора выходить и разыгрывать следующий акт спектакля. Взялся за ручку двери и шагнул в полутемную лабораторию.

— Выходите, — сказал я в пустоту. Голос звучал хрипло, устало, но в тишине лаборатории он прозвучал как удар грома. — Я знаю, что вы здесь. Хватит прятаться в тенях.

Тени в дальнем углу зашевелились. Сначала едва заметно, словно дым на ветру, а затем сгустились, обретая форму.

Из темноты выступили фигуры. Шесть человек в черных дистихах, скрывающие лица. И он — Сергио, бывший жених Даши и единственный, кто не прятал свое лицо. В руках он сжимал кинжал с красным рубином. Тот самый, который я зачаровал. Тот самый, который должен был стать моим приговором, а стал их ловушкой.

— Кровавый Жнец, — голос Сергио дрожал, но в нем была фанатичная уверенность. Он сделал шаг вперед, и сталь его сапога звякнула о камень. — Твое время пришло.

Я медленно повернулся к ним. Лицо должно было выражать обреченность. Я надеялся, что играю хорошо.

— Ты действительно веришь, что сможешь убить меня? — спросил я спокойно, хотя внутри каждый мускул был напряжен, как струна.

— У тебя нет магии, — Сергио выхватил из-за пояса короткий меч, лезвие блеснуло в свете кристаллов. — Ты ранен и в наручниках. А у меня в руке то, что пробьет твою хваленую защиту. Сегодня люди освободятся от вашего ига.

— Ига, — повторил я, словно пробуя слово на вкус. Уголок губ дрогнул в подобии усмешки. — Да. Ига.

Он не понял иронии. Не понял, что клетка захлопнулась не вокруг меня, а вокруг них.

— Взять его! — скомандовал Сергио.

Двое драконоборцев, одним из которых был брат Даши, метнулись вперед, разбрасывая антимагические сети, Тяжелые петли взмыли в воздух, сверкнув тусклым серебром. Будь я действительно ослаблен, будь на мне реальные антимагические наручники, это было бы серьезной проверкой на прочность.

Сейчас я позволил сетям упасть на плечи. Они обожгли кожу, подавляя магию, тяжелые, как свинец. Я зарычал, сделав шаг назад, будто теряя равновесие. Это был сигнал.

Несостоявшийся жених не стал ждать. Выхватив свой меч, он ринулся в атаку, вкладывая в удар всю свою силу, всю свою ненависть.

Я ушел от первого удара лишь чудом, будто случайно поскользнувшись. Лезвие чиркнуло по моей рубашке, рассекая ткань. Второй удар я принял на предплечье. Боль была реальной. Я не блокировал его магией, только физической силой, отводя клинок в сторону.

— Тебе все равно не спастись, чудовище! — кричал Сергио, нанося удар за ударом.

Он двигался быстро — гораздо быстрее, чем я ожидал. Его учили хорошо. Удар пришелся сверху, клинок описал широкую дугу, стремясь рассечь плечо.

Я едва успел уклониться, позволив лезвию лишь вспороть ткань рубашки. Следующий удар был направлен в живот. Я перехватил его запястье и отвёл клинок в сторону, чувствуя, как металл скользит по коже предплечья, оставляя неглубокий порез.

Маркус выстрелил из арбалета. Болт ударил в мою грудь и бессильно отскочил от магического поля, скрытого под кожей.

Другой драконоборец попытался зайти сбоку, метя копьем в шею. Я развернулся и плечом сбил древко, заставив его потерять равновесие, но не атаковал в ответ.

Игра должна была продолжаться.

Я отступал. Шаг за шагом. К стене. К той точке, где свет кристаллов падал наиболее ярко, позволяя Сергио думать, что он загоняет меня в ловушку. Я видел в его глазах безумие решимости. Он не был злодеем. Он был инструментом. Ослепленным, опасным инструментом. Фанатиком, которому долго промывали мозги, вкладывая ненависть к моей расе. Но в его взгляде было не только это… Была и личная ненависть.

— Ревность ─ плохой советчик, Сергио, — сказал я, уклоняясь от колющего удара в живот. — Боюсь, Даша не оценит твоего порыва.

— Я спасаю ее от тебя! — он выкрикнул это с такой болью, что мне стало тошно.

Он сделал выпад, открывая защиту. Я мог бы убить его здесь. Одним движением когтей, одним всплеском тьмы. Но я лишь отбил его меч предплечьем, заставляя его отшатнуться.

— Теперь! — крикнул он своим людям.

Остальные драконоборцы разом накинули еще сети, стягивая мои руки. Антимагические цепи защелкнулись на браслетах, усиливая блок. Я опустился на одно колено, тяжело дыша. Игра должна была быть убедительной до самого конца.

Сергио подошел вплотную. Его грудь тяжело вздымалась, пот заливал лицо. Теперь в руках он сжимал кинжал. Рубин на рукояти пульсировал в ритме его сердца.

— Ты снова будешь свободна, Дайри, — прошептал он, поднимая оружие. — Я делаю это ради тебя.

Лезвие блеснуло. Он нанес удар. Быстро. Точно. В сердце.

Если бы меня на предупредила Даша и я сделал кинжал таким, как планировал изначально, сталь прошла бы сквозь плоть. И моя тьма пропустила бы удар, обманутая зачарованием.

Но сейчас я переписал правила.

Когда острие коснулось моей груди, моя тьма не отступила. Она ждала этого момента. Она взревела внутри, чувствуя прикосновение своего же «родственника» — той самой энергии, что была вплетена в клинок.

Кинжал не вошел. Он застрял, будто уперся в монолитную скалу.

Рубин на рукояти вспыхнул ослепительно ярко, но не красным, а фиолетовым светом — цветом парализующей магии. Волна удара прошла не через меня, а обратно, через клинок, через руку, держащую его.

Сергио замер. Его глаза расширились от ужаса. Он попытался отдернуть руку, но пальцы окаменели. Волна паралича побежала вверх по руке, сковывая плечо, шею, тело. Меч выпал из его второй окаменевшей руки и звякнул о камень. Кинжал остался торчать в моей груди, но лезвие лишь коснулось кожи, оставив царапину, и тут же было отброшено магическим импульсом в сторону и остался лежать на полу, светясь зловещим фиолетовым.

— Что... что ты сделал? — прохрипел Сергио, падая на колени. Его тело было живым памятником собственной ошибки.

Остальные драконоборцы застыли в недоумении. Сети на моих плечах начали тлеть. Моя магия, которую они считали заблокированной, рвала ткань пут, словно паутину. Я выпрямился. Сети упали на пол обугленными лохмотьями.

Воздух в лаборатории сгустился, став тяжелым от высвобожденной силы. Мои глаза вспыхнули пламенем, освещая их искаженные страхом лица. Бросил в их стороны парализующее заклинание.

— Я дал слово, — сказал я, и мой голос теперь звучал не как у уставшего человека, а как у дракона. — Я обещал ей, что вы останетесь живы. Но видит Праотец, как мне хочется нарушить это обещание. Другой ударил мечом.

В этот момент из теней вышел Тэйн.

Он двигался быстро и бесшумно, словно тень, сорвавшаяся со стены. Его клинок вспыхнул в воздухе. Через несколько мгновений последний из драконоборцев, чудом не попавший под мое заклятие, уже лежал на полу, обезоруженный и связанный магическими путами.