Глава 13
Вестник
Рассвет сочился сквозь грязные стёкла, окрашивая кухню в унылые серо-стальные тона. Но для меня мир сиял. Он сиял мягким, голубоватым светом, исходящим от трёхмерной голограммы, висевшей прямо над кухонным столом. «Тигель Инженера» гудел ровно и успокаивающе. В его виртуальном нутре плавился металл, за которым пришлось сходить во двор, прихватив с собой едва проснувшегося Женьку.
Температура: 1550 °C
Состав сплава: Железо 99,8%, Углерод 0,2%
Объём: 500 г.
Форма для литья: Корпус для мины (2 шт.), нажимная пластина (2 шт).
Я мысленно отдал команду, и расплавленный металл послушно хлынул в иллюзорную форму. Вскоре передо мной на столе материализовалось два корпуса для нажимной мины и столько же пластин. Готовые, остывшие, без единого изъяна.
Изготовлен компонент: «Корпус для мины» (2 шт.)
Изготовлен компонент: «Нажимная пластина» (2 шт.)
Получено опыта: 40
Перед деталями лежали тускло мерцающие шарики системной взрывчатки, которые я создал ещё в пожарном депо. Мой боезапас пополнялся. Каждая новая мина — это ещё один аргумент в нашем споре с этим проклятым миром. Ещё один шанс выжить. Хотя времени для полноценной работы у меня нет. По идее, желательно остаться здесь, в этой квартире, пока я не создам столько оружия, что наши инвентари будут заполнены им хотя бы наполовину. Эх, мечты.
Я перебросил детали на «Верстак» и запустил процесс совмещения.
Изготовлен предмет: «Мина нажимная».
Количество: 2
Получено опыта: 120
Закончив с минами, принялся за другую работу. Рядом на столе лежала рация, которую я модифицировал некоторое время назад. Пришлось поработать над контроллером, чтобы снять заводские ограничения и включить режим свободного сканирования по всему доступному диапазону приёмника. Возле рации валялась россыпь деталей: динамик от портативной колонки, несколько генераторов звука, выпаянных из старой техники, датчик-растяжка и одна из моих малых энергетических батарей.
Активирован чертёж «Акустическая ловушка».
Желаете запустить Верстак?
Да/Нет
Я мысленно нажал «Да» и начал загружать компоненты в появившийся интерфейс.
Статус: Начат процесс совмещения.
Время ожидания: 15 мин.
Я устало откинулся на спинку стула, прислушиваясь к тишине. И в этой тишине рация внезапно ожила. Она не зашипела, как от случайной помехи, а издала короткий, резкий щелчок — сканер зацепился за несущую частоту. Секундное шипение, и сквозь треск статики прорвался обрывок фразы:
— … кхх… повторяю, группа «Ястреб»… шшшш… квадрат семь… кхх… приём…
Я дёрнулся вперёд, инстинктивно хватаясь за рацию, чтобы зафиксировать частоту. Но было поздно. Сканер, не найдя стабильного сигнала, уже сорвался и снова побежал по диапазону, оставив после себя лишь ровное, безнадёжное шипение. Я пытался запустить поиск заново, вручную прогоняя эфир, но тщетно. Сигнал исчез так же внезапно, как и появился.
Группа «Ястреб»? Выжившие? Военные? Кто бы это ни был, они где-то там, и у них есть связь. А это уже много значит. Но прямо сейчас мы до них вряд ли доберёмся, так что не стоит отвлекаться.
Пока ловушка изготавливалась, я принялся за другую работу. Буду мастерить новый ультразвуковой отпугиватель. Первый погиб во время нападения стада мутантов. Уже понятно, что он может отпугнуть далеко не любую тварь. Но всё же он отгоняет таких опасных хищников, как Шипохвосты, Мутировавшие Псы, Костогрызы и Крикуны. Правда, у нас теперь тоже есть котики, так что использовать устройство придётся осмотрительно.
Я взял паяльник и склонился над платой. Запах канифоли, привычный и родной, наполнил лёгкие. В этом запахе было что-то из прошлой, мирной жизни. Что-то настоящее.
Изготовлен предмет: «Акустическая ловушка».
Описание: При срабатывании издаёт оглушительно громкий, дезориентирующий звук, привлекающий внимание всех в радиусе слышимости. Идеально для отвлечения монстров или создания паники.
Получено опыта: 80
Готовое устройство выглядело неплохо: небольшая коробочка с динамиком и датчиком. Ещё один козырь в нашем рукаве.
— Лёша, ты чего так рано встал?
Тихий, с хрипотцой после сна, голос Искры заставил меня вздрогнуть. Я так увлёкся, что не услышал, как она вошла. Девушка стояла, прислонившись плечом к дверному косяку, в той же футболке, которую я вчера содрал с неё, когда мы… Надеюсь, она не простыла, всё же на балконе было прохладно. Но мы очень старались согреться…
Так, всё! Лишние мысли прочь, не до них!
Растрёпанные рыжие волосы падали на лицо девушки, а в глазах, ещё сонных, плясали смешинки.
— Некоторым из нас нужно работать, чтобы остальные могли спать спокойно, — буркнул я, возвращаясь к пайке. — Хотя сейчас покой — это вообще роскошь для всех.
Она подошла, бесшумно, как кошка. Я почувствовал тепло её тела за спиной. Она обняла меня, положила подбородок мне на плечо и принюхалась.
— М-м-м, пахнет гарью и гениальностью, — промурлыкала она мне на ухо. — Моё любимое сочетание. Ты хоть спал?
— Пару часов.
— Врёшь.
Она мягко чмокнула меня в щёку и продолжила:
— Не ври. У тебя под глазами такие круги, что тебя можно перепутать с пандой. Ты всю ночь тут просидел, да?
— Нужно пополнить запасы. Мины, батареи… — я кивнул на россыпь деталей на столе. — И вот, новый отпугиватель для наших зубастых и хвостатых друзей.
Искра с любопытством посмотрела на мою самоделку, потом на висящий в воздухе Тигель.
— Лёха, ты иногда меня пугаешь, — сказала она совершенно серьёзно. — Все нормальные люди после того, что ты получил от Бесформенного, напились бы, подрались или забились в угол и плакали. А ты… ты сидишь и паяешь. Будто не апокалипсис на дворе, а сессия на носу и курсач горит.
— У каждого свои способы справляться со стрессом, — пожал я плечами. — Мой — создавать то, что поможет нам пережить следующий трындец.
— Ты неисправим, — она вздохнула, но без упрёка. Наоборот, с тёплой, немного усталой нежностью. Затем прижалась ко мне теснее. — Спасибо.
— За что? — не въехал я.
— За вчера. На балконе. И… за всё остальное. За то, что не отдал меня Гвоздю. За то, что вытащил из психушки. За то, что терпишь мой характер.
Я промолчал, аккуратно припаивая очередной проводок. Её слова, такие простые и искренние, были для меня большей наградой, чем любой системный артефакт.
— В начале, когда мы только встретились, я думала, что ты просто холодный, расчётливый сухарь, — продолжала она, понизив голос. — А ты… оказался настоящим. Живым. Просто прячешь это за своими формулами и чертежами.
— В этом мире лучше быть ходячим калькулятором, чем сгустком эмоций, — ответил я. — Эмоции убивают, а расчёт спасает.
— Не-а, — она покачала головой, её волосы щекотнули мне шею. — Эмоции заставляют жить. А расчёт без эмоций превращает жизнь в простое выживание. Скучное и бессмысленное.
Она помолчала, а потом добавила, совсем тихо:
— И на балконе это был не расчёт, Иванов. Не ври хоть себе.
Я замер, паяльник завис в воздухе. Да, это так. Вчера на балконе не было места расчёту. Только инстинкту, отчаянию и… чему-то ещё, чему я пока не готов давать определение. Чему-то, что заставило меня чувствовать себя живым в этом мёртвом мире.
Я медленно отложил паяльник, повернулся к Искре и кивнул:
— Не расчёт.
А затем моя рука скользнула под рыжие волосы и притянула лицо девушки ближе. Наши губы соединились. Этот поцелуй был не таким отчаянным, как вчерашний, зато куда более осознанным. В нём не было паники, спешки, только подтверждение того, что в этом хаосе есть вещи, которые не поддаются никаким расчётам. И это… прекрасно.
