Коста I (СИ) - Клеванский Кирилл Сергеевич "Дрой"

Рысь встряхнулась, вновь обретая форму, и с её дыбом вставшей «шерсти» во все стороны полетели острые, как бритвы, сосульки. Десятки ледяных кинжалов устремились к цели.

Но Жан двигался все так же быстро и легко, как и прежде. Он уходил от снарядов по траектории, недоступной обычному человеку, скованному такими пустяковыми вещами, как предел возможностей тела. Аура Воплощения словно делала его легче, быстрее, резче. Он нырнул под летящую сосульку, пропуская её в миллиметре от уха, перекатился через плечо и, оказавшись сбоку от зверя, нанес серию быстрых, дробящих ударов по «ребрам» Духа.

Бах! Бах! Бах!

Каждый удар сопровождался ослепительной вспышкой и облаками перегретого пара. Рысь не успевала восстанавливаться. Огонь Жана оказался быстрее, чем вода Маркуса.

— Он просто избивает её! — восторженно ревела толпа, требуя зрелищ. — Давай, Жан! Сделай из этой кошки суп! Добей её!

Коста смотрел на происходящее с таким удивлением, что попросту забыл закрыть рот. Его воровской ум лихорадочно разбирал увиденное на составляющие.

«Вот оно что…» — думал он, вцепившись в канаты. — « Аура Воплощения. Никто не увидит ни Духа, ни Заклинания!».

Для всех вокруг, включая азартно вопящего Зака, саркастично ухмыляющегося Чона и даже сдержанного Олега, это было просто зрелище. Крутое, редкое для дешевых подпольных боев, но понятное. Они учили то, что сейчас видели, в теории и отрабатывали на практике. Они знали, что начиная с третьей ступени Спира Спиритуалист может сливаться с Духом в Ауре Воплощения.

Но для Косты это стало откровением, перевернувшим его картину мира.

Выпустить Темного Духа на глазах у всех — значит подписать себе смертный приговор. Его сразу узнают.

Но если… если не выпускать своего клятого пассажира наружу?

Мысль ударила в голову крепче, чем тот дешевый эль в таверне «Зеленый Клевер».

Если использовать принцип Ауры Воплощения? Заставить темную тварь не выходить из тела, а обернуть свою силу вокруг тела Косты? Не создавать монстра рядом, а просто усилить собственные мышцы, ускорить реакцию, покрыть кулаки… ну, пусть не огнем, а плотной тенью?

Можно ли выдать это за какой-нибудь редкий вид Духа? В конце концов, Духов в мире ведь бесчисленное множество!

— Жан теснит выдру, пробиваясь сквозь её ледяной покров! — кричал комментатор, возвращая Косту в реальность. — Еще немного, и он достанет самого Маркуса! По правилам нельзя бить Спиритуалиста, но кто же его осудит, если он в пылу схватки «случайно» заденет этого хлюпика⁈

Жан действительно вошел в раж. Он упивался своей силой. Здоровяк загнал Рысь в самый угол ринга. Аккурат перед Маркусом. Дух уже едва держал форму, то и дело растекаясь лужей и собираясь вновь, но каждый раз — с заметно большим усилием.

Жан занес правый кулак для финального, сокрушительного удара, который должен был окончательно развеять Духа и, возможно, сломать пару ребер самому Маркусу.

— Сдавайся, парень! — рыкнул Жан, уже празднуя свою победу. Пламя на его руках взревело, разгораясь ярче.

— Моя ставка! — простонал рядом Зак. — Я поставил на него сорок назов! Я богат! Я куплю себе новый шарф!

— Не спеши, — тихо, сквозь зубы процедил Чон. Его глаза внимательно следили не за руками Жана, а за его ногами. — Смотрите на пол, парни.

Коста опустил взгляд.

Пока Жан красовался, упивался мощью и гонял несчастную Рысь по рингу, он не заметил одной маленькой, но фатальной детали. Та вода, которая выплескивалась из ран зверя при каждом ударе… Та вода, которая оставалась от растаявших ледяных игл… Она никуда не делась. И совсем не спешила испаряться.

Прозрачная жидкость растеклась тонким, едва заметным слоем по всему рингу. И сейчас Жан стоял обеими ногами прямо посреди огромной, блестящей в свете прожекторов лужи.

Маркус, трясущийся, бледный, с капельками пота на лбу, вдруг криво, зло усмехнулся. Его пальцы сложились в сложную, ломаную фигуру.

— Отдыхай, Жанчик, — прошептал он одними губами.

Вода под ногами Жана мгновенно, в одну сотую долю секунды, замерзла. Но не просто превратилась в гладкий лед. Она вздыбилась острыми, зазубренными капканами, намертво сковывая лодыжки огненного бойца белесыми кандалами.

Жан дернулся, пытаясь приблизиться для удара, но его ноги остались приклеенными к полу. Инерция, прежде выступавшая с ним в паре, теперь сыграла с Жаном злую шутку — тело все еще двигалось вперед, а вот ноги остались на месте. Спиритуалист потерял равновесие, взмахнув руками, как мельница. Аура огня на руках вспыхнула ярче, будто пытаясь растопить лед внизу, но это все равно требовало времени. Секунды. Может, двух.

И выигранной форы Маркусу хватило.

Вновь засияли тонкие пальцы, оставляя за собой едва различимые символы.

Рысь, которая, казалось, была уже при смерти, вдруг то ли распалась, то ли разлетелась на мощный поток воды. Тот не стал атаковать Жана в лоб. Водяная масса взмыла вверх, описала дугу и с тяжелым плеском обрушилась огненному бойцу прямо на голову.

Хотя, получается — все же в лоб…

Вода мгновенно, повинуясь воле хозяина, сформировала вокруг черепа Жана плотный, вращающийся водяной пузырь.

Жан захрипел. Огонь на его руках погас. Аура Воплощения развеялась, оставляя на обезображенном полу ринга простого человека. Тот упал на колени, судорожно вцепившись руками в водяной пузырь на своей голове.

Простая истина. Человек не может дышать водой. Даже Спиритуалист. И особенно Спиритуалист, который только что потратил уйму Спира.

Жан бился в конвульсиях, его лицо начало синеть.

— И… это нокаут! — разочарованно протянул комментатор, пока половина зала выла от ярости и рвала билеты, а вторая визжала от восторга. — Жан теряет сознание! Победа за Маркусом! Какая драма! Какая трагедия для кошельков! Вода снова тушит огонь, господа!

Маркус, шатаясь, щелкнул пальцами, и водяной пузырь лопнул, окатив бессознательного Жана потоком. Тот рухнул лицом в ледяную кашу, жадно, с хрипом втягивая воздух.

— Нет! — взвыл Зак, хватаясь за голову обеими руками. — Мои назы! Мой новый шарф! Мои пирожные! Я банкрот! Я нищий!

Чон лишь молча, с каменным лицом достал из кармана смятую купюру — свою ставку. Он посмотрел на неё с грустью, как смотрят на уходящую любовь или на последний корабль, уплывающий на родину, и швырнул на заплеванный пол.

— Никогда больше, — мрачно произнес он. — Никогда больше я не буду слушать твои советы, Зак. «Огонь всегда побеждает воду». « Это верняк, Жан опытный боец». Тьфу. И так каждый раз… ну вот почему я всегда тебя слушаю, Шонси.

— Но он почти победил! — оправдывался Зак, чуть не плача. — Это было нечестно! Это был грязный трюк!

Коста смотрел на то, как с лежащего Жана снимают остатки льда и приводят в чувство нашатырем, и в его голове окончательно, как последний пазл в сложной мозаике, оформилась идея.

Аран бы не одобрил, но… Коста редко когда прислушивался к своему брату.

* * *

Обратный путь прошел в траурном молчании, нарушаемом лишь тяжелыми вздохами Зака. Компания пробиралась через ночной город, который теперь казался не таким уж гостеприимным. Зак подсчитывал убытки и вслух прикидывал, на сколько дней ему придется забыть о кабаках и пабах, пока не придут деньги от семьи. Чон был зол на свою доверчивость и пинал каждый попадающийся камешек.

Барон Замской сохранял аристократическую невозмутимость. Как выяснилось позже, он вообще не делал ставок, предпочтя просто наблюдать.

— Азарт — удел бедных духом, Алекс, — философски заметил Олег, стряхивая невидимую пылинку с лацкана своего пиджака. — Или просто бедных. Я предпочитаю инвестировать в себя, а не в удачу другого человека.

Пробравшись в комнату и нырнув под плотный полог своей кровати, Коста долго не мог уснуть. Адреналин все еще бурлил в крови. Он лежал, глядя в темноту, и слушал ровное сопение соседей.

Аура Воплощения…