Витязь 2 (СИ) - Мамаев Максим

— Я в достаточной форме, — сказала она. Голос — уже ровнее, увереннее. Тело адаптировалось — третье поколение, ускоренное восстановление. — Дай мне меч, и я покажу, в какой я форме.

Сергей посмотрел на меня. Я пожал плечами.

— Дай ей меч.

Сергей отстегнул запасной — короткий, лёгкий, из тех, что мы взяли про запас. Ирина приняла его, взвесила в руке. Сделала два пробных взмаха — быстрых, точных, с характерным свистом рассекаемого воздуха. Кивнула сама себе — годится.

Мы поднялись на поверхность. Свет — серый, тусклый, зимний — ударил по глазам после темноты бункера. Скверна — 2.3 — навалилась, давящая, тяжёлая. Ирина поморщилась — для неё, только что проснувшейся, это было как удар в лицо. Но устояла. Витязь.

Позицию я выбрал на гребне холма — над входом в бункер, с обзором на юго-запад, откуда шла группа. Три валуна — естественное укрытие, позволяющее бить сверху вниз и контролировать подходы.

— Серёга — слева, за крайним валуном. Контролируешь фланг. Бей по готовности, не жди команды.

— Понял.

— Ирина — справа. Ты — разведчик, верно? Диверсант?

Она кивнула.

— Тогда — не здесь. Обойди с фланга, зайди им в тыл. Когда начнётся бой — бей из тени. Тихо, точно, без предупреждения. Адепт — твой, если сможешь подобраться.

— Смогу, — сказала она. И исчезла. Буквально — чары неприметности, активированные мгновенно, без подготовки, инстинктивно. Её аура сжалась до нитки, силуэт размылся — и через секунду на том месте, где она стояла, не было никого. Даже мой Гримуар потерял её на три секунды, прежде чем пересчитал параметры сканирования.

«Тень». Теперь я понимал, почему.

— Впечатляет, — тихо сказал Сергей.

— Угу, — согласился я. — Двадцать минут после криосна.

Мы заняли позиции. Ждали. Десять минут. Пятнадцать.

На восемнадцатой — я увидел их.

Шестеро всадников вышли из леса на поляну у подножия холма. Растянутой цепочкой, дистанция — метров десять между конями. Впереди — двое Учеников, разведка: крутили головами, сканировали. За ними — три Подмастерья, вооружённые, собранные. И в центре, чуть позади — Адепт.

Адепт был заметен сразу — не по одежде, не по оружию, а по ауре. Даже приглушённая маскирующим амулетом, она выделялась среди остальных как факел среди свечей. Мужчина, лет сорок на вид, в тёмном кожаном доспехе с нашитыми рунными пластинами. Меч на поясе — длинный, тяжёлый, явно зачарованный. На шее — амулет, мерцающий знакомым багровым: связной? Или ещё одна «мёртвая рука»?

Они увидели сдвинутую плиту. Открытый вход в бункер. Всадники остановились — разом, как по команде. Адепт поднял руку — стоп. Огляделся. Развернул сканирование — я почувствовал, как его аура расширилась, прощупывая окрестности.

Мы были за валунами — ауры приглушены, чары неприметности активны. Адепт сканировал — и не находил. Для мага четвёртого ранга два Витязя с маскировкой были невидимы. Ирину — он и подавно не мог засечь.

Адепт опустил руку. Расслабился — не полностью, но достаточно, чтобы я понял: не обнаружил. Жестом отправил одного Ученика к входу — проверить. Тот спешился, подошёл к плите, заглянул внутрь. Крикнул:

— Открыто! Кто-то уже вскрыл!

Адепт нахмурился. Повернулся к Подмастерьям — начал отдавать команды, тихо, быстро. Развернуться. Оцепить. Прочесать.

Поздно.

Я ударил первым. С гребня холма — сверху вниз, с расстояния в тридцать метров. Воздушный кулак, Мастерской плотности, — в коней. Не в людей — в коней: живые, незащищённые, испуганные. Кулак врезался в землю перед ними, выбив фонтан грязи и камней, и кони взбесились. Все шесть — одновременно. Заржали, взвились на дыбы, понесли. Три Подмастерья полетели с сёдел, один Ученик — тоже. Адепт удержался — наездник опытный, — но его конь метнулся в сторону, унося от группы.

Хаос. Именно то, что нужно: разбить строй, разделить, лишить координации.

Сергей рванул с фланга — из-за валуна, вниз по склону, быстро, бесшумно. Один Подмастерье, поднимавшийся с земли, — не успел понять, что произошло: Сергей врезался в него на полном бегу, ударом плеча сбил обратно на землю, и клинок прошёл по руке — глубоко, до кости. Подмастерье заорал, выронил оружие. Сергей — уже мимо, ко второму. Тот успел поднять щит — стандартный, Подмастерьев — и Сергей ударил по нему кулаком, усиленным физикой 2М. Щит треснул. Второй удар — мечом, по ногам. Подмастерье рухнул.

Третий Подмастерье — самый быстрый, самый опытный — откатился в сторону, вскочил на ноги и метнул огненный шар. В Сергея — с пяти метров. Сергей ушёл поворотом, шар прошёл мимо и ударил в камень за его спиной, рассыпавшись искрами. Подмастерье потянулся за вторым — и замер.

Меч у горла. Сзади. Из ниоткуда.

Ирина. «Тень». Она материализовалась за его спиной — молча, без звука, без предупреждения — и приставила клинок к его шее. Подмастерье — замер, как каменный. Рука с формирующимся шаром — опустилась.

— Не двигайся, — сказала она. Голос — тихий, ровный, абсолютно спокойный. Как будто не двадцать пять минут назад была заморожена.

Двое Учеников — бежали. Один — тот, что у входа — юркнул обратно в бункер, в темноту. Глупо: там тупик, мы его достанем. Второй — в лес, верхом, прочь. Пусть бежит? Нет — доложит.

Телекинетический захват — на пределе дистанции, тридцать метров. Я поймал его коня за уздечку, дёрнул — конь встал, наездник перелетел через голову и покатился по земле. Живой, но оглушённый.

Оставался Адепт.

Он спешился — сам, контролируемо. Стоял в двадцати метрах от общей свалки, меч в руке, щит — активирован. Оценивал ситуацию: четверо его людей — выведены из строя за двенадцать секунд. Два Подмастерья — ранены, один — с мечом у горла, двое Учеников — один в бункере, другой на земле. Он — один. Против троих. И один из троих фонит аурой Мастера.

Арифметика проста. Даже для упрямого.

— Сдавайся, — сказал я, спускаясь с холма. Ровно, без угрозы. — Твои люди — живы. Все. Я не убиваю тех, кто сдаётся.

Адепт смотрел на меня. Просчитывал. Я видел это по его глазам — метались, оценивали расстояния, углы, шансы. Меч в руке — чуть повёрнут, готов к удару. Щит — плотный, Адептовский. Амулет на шее — пульсирует.

Три секунды.

Он принял решение. Неправильное.

Удар — земляной: пол поляны взорвался под моими ногами, каменные шипы рванулись вверх, как пальцы мертвеца из могилы. Одновременно — огненный шар, мощный, Адептовской плотности, прямо в грудь.

Я ждал этого. Прыжок — вверх и вперёд, через шипы. Шар — перехвачен левой рукой, погашен, рассеян. Три шага — и я внутри его дистанции. Меч — рубящий, сверху. Адепт поставил блок — клинок о клинок, звон, искры. Крепкий. Но — не крепче Мастера.

Второй удар — левой рукой, воздушный кулак, в щит. Щит — лопнул. Не треснул — лопнул, разлетелся осколками. Адепт отлетел на метр, удержался на ногах. Глаза — расширенные, белые.

Он понял. Поздно — но понял.

Меч выпал из его руки. Руки — вверх.

— Сдаюсь, — сказал он. Хрипло. Сквозь стиснутые зубы — но сказал.

Двадцать секунд. Шестеро — нейтрализованы. Три Витязя. Даже двадцать пять минут после криосна — это три Витязя.

Мы связали пленных — всех шестерых. Быстро, профессионально: руки за спиной, путы с рунными печатями, которые я наложил на верёвки, — блокировка магии на уровне Ученика, для Подмастерьев этого хватит. Адепту — дополнительно: два слоя блокировки, рунная цепь на обе руки, амулеты — изъяты все.

Ирина допросила Адепта. Быстро, жёстко, без церемоний — три вопроса, три ответа. Она не угрожала — просто смотрела. Глаза Витязя-3М, двадцать минут назад проснувшегося из трёхсотлетнего сна, смотрели на Адепта с выражением, от которого бывалый боец начал заикаться.

Факты: экспедиция из Новомосковска. Шесть человек — минимальная группа, разведка с полномочиями на захват. Знали координаты бункера — из архива проекта «Витязь», который «Наследие» хранило пятьдесят лет. Не знали, что бункер уже вскрыт — ехали вскрывать сами. Подкрепление — основная группа, двадцать человек, два Мастера — выходит завтра, будет через три дня.