Корпорация Santa (СИ) - Деев Денис

— Знаете, Стелла, — тихо произнес он, понизив голос до той бархатной тональности, которой обычно закрывал сделки с капризными инвесторами. — У этого места есть один существенный недостаток.

— Какой? — Стелла мгновенно напряглась, ожидая жалобы на вентиляцию или метраж. — Уровень O2 в норме, влажность...

— Освещение, — мягко перебил её Максим. — Эти лампы дневного света ужасно искажают цвета.

— Это стандартный спектр 4000К, он стимулирует производительность... — начала было она цитировать инструкцию, но запнулась под его взглядом.

— Он преступно крадет глубину ваших глаз. В типографии мне показалось, что они цвета жидкого азота. Холодные, опасные. Но здесь... здесь я вижу оттенок северного сияния. Очень редкий, глубокий цвет. И совсем не холодный.

Стелла замерла. Её рот чуть приоткрылся. Она была готова к бунту, к хамству, к попытке побега. Но к комплименту? В SantaCorp комплименты считались неэффективной тратой речевого ресурса.

— Это... это просто пигментация радужной оболочки, — пробормотала она, и Максим с удовольствием заметил, как на её бледных, точеных скулах проступает румянец. — Генетический код серии Альфа, доминантный аллель...

— К черту генетику, — Максим сделал маленький шаг к ней. Он не нарушал личное пространство агрессивно, но был достаточно близко, чтобы она почувствовала запах... нет, не пота, а уверенности, который исходил от этого странного зеленого эльфа.

— Вы красивая женщина, Стелла. И этот алый цвет мундира вам безумно идет. Но я бы хотел увидеть вас без этой брони. В чем-то легком. Где-нибудь на веранде ресторана, с бокалом белого сухого, а не с отчетом о выработке.

Стелла отступила на полшага. Её рука рефлекторно дернулась к поясу, где висел кнут. Она чувствовала себя безоружной перед этой атакой, которая не вписывалась ни в один регламент.

— Ты... ты нарушаешь субординацию, Ж-313, — её голос дрогнул. В нем больше не было металла, только растерянность. — Я — Старший Мотиватор. Ты — биоресурс. Между нами пропасть из грейдов…

— Грейды придумали те, у кого нет харизмы, чтобы управлять людьми иначе, — парировал Максим.

Он протянул руку и — дерзость неслыханная! — аккуратно, кончиками пальцев поправил выбившуюся из её идеального пучка прядь пепельных волос. Стелла вздрогнула, словно от удара током. Её зрачки расширились. Она должна была сломать ему руку. Она должна была вызвать охрану. Но она стояла и смотрела на него, как кролик на удава, который вдруг предложил ему морковку.

— Спокойной ночи, Стелла, — прошептал Максим. — Спасибо за экскурсию. И за подушку.

— Спокойной... ночи, — эхом отозвалась она.

Она резко развернулась, словно очнувшись от гипноза. И почти побежала прочь по коридору, гулко цокая каблуками. Её спина была прямой, как струна, но Максим готов был поспорить на свой будущий годовой бонус, что её сердце сейчас колотилось не по Правилам.

Максим усмехнулся, глядя ей вслед, пока алый мундир не скрылся за поворотом.

— А она ничего, — сказал он самому себе. — Если отмыть от корпоративного бреда — будет бриллиант.

Он нырнул в капсулу 911. Лег на матрас, закинул руки за голову.

«Завтра аттестация, — подумал он, улыбаясь потолку. — А послезавтра я приглашу её на свидание. И плевать, что в меню только оленина».

С этими мыслями, абсолютно довольный собой и своим мастер-классом по соблазнению в условиях корпоративного ада, Максим Вавилов провалился в сон.

Глава 5

— Не отставай, Максимус, — бросила Стелла, ускоряя шаг. Её каблуки выбивали по полу нервный ритм. — Мы выиграли битву, но война только началась.

Они шли по желтому коридору. Макс на ходу застегивал новый комбинезон. Ткань была жесткой, но на груди красовалась нашивка «Специалист». Это грело душу лучше, чем термобелье.

— Изольда не успокоится, — продолжала Стелла, не оборачиваясь. — Она затаилась, как гадюка под корягой. Ей нужен повод, чтобы закрыть Тринадцатый цех. Твои открытки... это неплохо. Это дало нам передышку на пару дней. Но нам нужно больше!

Она резко остановилась и развернулась к нему.

— Нам нужен прорыв, Макс. Не просто выполнение плана. Нам нужен продукт, который заставит Совет Директоров визжать от восторга. У тебя есть идеи?

Макс поправил воротник.

— Обижаете, Стелла. Я же Магистр Бумажной Магии. У меня в голове не идеи, у меня там целая Силиконовая Долина.

— Силиконовая… что?

— Неважно! — выпалил Макс с самой уверенной улыбкой, на которую был способен. — Есть план. Грандиозный. Революционный. Мы... эмм... масштабируем Радость!

На самом деле в голове у него было пусто, как в офисе в воскресенье утром. Перекати-поле. Звенящая тишина. Он лихорадочно оглядывался по сторонам, ища вдохновение. Взгляд упал на собственные ботинки. На подошвах все еще блестела разноцветная пыльца — останки несчастного эльфа У-77, которого Изольда расщепила на атомы. Синий, золотой, зеленый... Красиво. И очень прилипчиво. Он попытался оттереть ногу об ногу — бесполезно. Эта дрянь въедалась намертво.

«Мусор, — подумал Макс. — Они просто сметают это в пакеты и выбрасывают. Тонны блесток. Бесплатный ресурс...»

В мозгу щелкнуло. Это был звук, с которым закрывается сейф с первым миллионом.

— Отходы, — прошептал он.

— Что? — не поняла Стелла. — Ты предлагаешь выпускать отходы?

— Я предлагаю оптимизировать утилизацию, Стелла! — Глаза Макса загорелись фанатичным блеском. — Вспомни Угольную Яму. Что там происходит каждый день? Дисциплинарные взыскания. Сколько эльфов Изольда пускает на блестки в месяц?

— Ну... десятка два, — Стелла поморщилась. — Плюс отходы от производства игрушек. Стружка, пластик. Это всё сжигается.

— Это преступная расточительность! — Макс поднял палец вверх. — Мы превратим это в фичу.

Он схватил Стеллу за плечи. И на этот раз она даже не дернулась.

— Представь. Ребенок получает посылку от Санты. Обычную коробку. Скучно, правда? Но когда он её открывает... БАХ! Макс развел руками, изображая взрыв. — Из коробки вылетает облако волшебной, сияющей пыли! Оно покрывает всё: ковер, кота, родителей, самого ребенка. И даже древних бабушку с дедушкой, превращая их в часть праздника. Всё сверкает! Это же магия!

— Это... — Стелла представила себе картину. — Это же кошмар для уборки. Родители нас проклянут.

— Родители — не наша целевая аудитория, — отмахнулся Макс. — Наша цель — дети. Ребенок счастлив? Да. Эмоция яркая? Безумно. А то, что эта пыль не отмывается неделю... так это «эффект длительного присутствия бренда в жизни потребителя»!

Он наклонился к ней ближе, понизив голос до заговорщического шепота.

— Мы назовем это «Звездная Пыль Санты». Мы будем фасовать отходы Изольды в двойное дно открыток и коробок. При вскрытии срабатывает пружина — и вуаля! Безотходное производство. Мы решаем проблему утилизации и создаем вау-эффект. Изольда лопнет от злости, когда узнает, что мы продаем её «расстрельные списки» как элитный декор.

Стелла смотрела на него несколько секунд. Потом уголок её губ дрогнул и пополз вверх.

— Продавать отходы под видом волшебства... — задумчиво произнесла она. — Макс, ты чудовище.

— Я эффективный менеджер, — поправил он. — Ну так что? Запускаем проект «Блестящий Праздник»?

Стелла решительно кивнула.

— Идем. Покажешь Гриндару, как нужно переоборудовать станки под загрузку... отходов.

Типография встретила их тишиной, нарушаемой лишь мерным, уютным храпом.

Гриндар спал. Он устроил себе гнездо из обрезков картона, свернувшись калачиком прямо под приемным лотком Резчика. Его щека покоилась на пачке бракованных открыток, а изо рта тянулась тонкая ниточка слюны, капающая на пол.

— Саботаж, — ледяным тоном констатировала Стелла.

В ее руке с сухим щелчком материализовалась рукоять кнута. Карамельный наконечник, словно чувствуя настроение хозяйки, начал наливаться алым жаром.

Свист!