Зодчий. Книга IX (СИ) - Погуляй Юрий Александрович

Я почувствовал касание, повернул голову, почти не видя ничего. Тень. Бывшая охотница помогла мне подняться.

— Не ожидал тебя увидеть, — устало признался я, не имея сил удивляться, и улыбнулся. — Приятный сюрприз.

— Госпожа Князева попросила лично проконтролировать всё ли с вами в порядке, — сухо ответила та, старательно пряча заботу в голосе. Хотя каждый её жест был наполнен мягкостью. Снегов смотрел на статую поверженного Рабума. Поза генерала Скверны выражала страх. Рука поднята, в попытке защититься от неведомого противника. Древко кувалды упирается в землю, каменные крылья расправлены, и в них видны зияющие дыры.

— Было сложно добраться до госпожи Князевой без связи с вами, Хозяин, но я сумел! — гордо заявил Черномор.

Интересно, как он это провернул.

— Простите, что меня не было рядом, — глухо сказал Снегов. — Мы стояли у Константина. Как ваш виртуальный помощник дал знать о происходящем, так и выступил… Мне должно было быть рядом с вами.

Я помотал головой:

— Станислав Сергеевич. Вы были там, где были нужнее всего. Как видите, мы справились. Что с Капелюшем? — вяло спросил я.

— Отправлен в Хрипск, на попечение Магистра Буревого, — отчитался Черномор. — Также мной получены рекомендации обеспечить и ваш визит в госпиталь. Вы же съездите, да?

Он стал фиолетового цвета:

— Съездите? Ну пожалуйста, Хозяин.

— Состояние Юры?

— Людишка будет жить! — торжественно объявил виртуальный помощник. — Сроки жизни прогнозу не поддаются.

— Михаил Иванович, вам бы в госпиталь, — сказала бывшая охотница, так и придерживая меня. Вы сговорились, что ли? Чего вам так неймётся меня к докторам запихать.

Но вместо этого я снова улыбнулся девушке:

— Не представляешь, как я рад тебя видеть.

Тень нахмурилась, явно не ожидая такого внимания. Ладно не стоит её смущать лишний раз. Она ведь грозный воин, а не нежная барышня. Хотя даже сейчас была при полном макияже. Не то что в старые-добрые времена.

— Где Люций? — обернулся я по сторонам. — Его порвали где-то возле «Метеора».

С неохотой отстранившись от Тени, я побрёл к убитому автомобилю. Голова кружилась, зубы лязгали. По дороге я проверил состояние обороны. Сканеры Тринадцатого Отдела молчали, как ближнего, так и дальнего обнаружения. «Граф Александров» дополз до полей к северу от Томашовки и теперь ждал ремонта. Вокруг импровизированного лагеря небесного тихохода уже выросли укрепления, возведённые Карелиной.

— Михаил Иванович, вы в порядке? — раздался голос Уварова на общем канале Зодчих. Ох да, они видели слишком много. Ну и пусть. Рано или поздно всё тайное становится явным.

— Да, Николай Борисович. Но поспать бы не помешало… Как, впрочем, и всем нам. Если у кого-то остались дела, то заканчивайте их, а потом всеобщий отбой. Заслужили.

Я встал над телом Люция, после чего огляделся в поисках головы вечного.

— Не это ищешь, — раздался голос за спиной. О как…

Я медленно повернулся, опустил взгляд на протянутую мне голову Люция. Вечный пучил глаза и разевал рот, но слов разобрать было невозможно. Нет лёгких — нет голоса. Однако бессмертный косил взгляд на своё тело и водил бровями. Здесь двух смыслов не было.

Олег Кожин со стоном присел, прижав оторванную голову к шее мертвеца, а затем медленно опустился на асфальт. Лицо хрономанта было серым от потери крови.

— У тебя тут было весело, — сказал неожиданный гость. Запрокинул голову и выдохнул. — Гораздо веселее.

— Что с тобой? Как ты здесь оказался?

Кожин не ответил и медленно повалился набок.

Глава 5

— Что же, любезный граф, на первый взгляд всё в порядке, — проговорил Магистр Буревой. Емельян Олегович был в белом костюме с чёрным галстуком. — Есть признаки истощения, но я бы не рекомендовал прибегать к каким-либо сторонним средствам. Обильное тёплое питьё, приятная пища, удобная кровать и пару дней постельного режима. Отдохните, посмотрите что-нибудь лёгкое. Вы же смотрите лёгкое?

— Я и тяжёлое не особо, — признался я. Биомант вернулся за стол, а я принялся застёгивать рубашку после осмотра. Буревой долго исследовал как мой энергетический контур, так и физическое состояние, но, видимо, остался доволен. И теперь, расположившись на удобном ортопедическом стуле личного кабинета, продолжил:

— Очень зря, Михаил Иванович. Наша жизнь есть продукт терзаний и суеты. Если нет другого наполнения, то человек превращается в бульон из кортизола. А это никого до добра не доводит.

— Спасибо, Емельян Олегович. Непременно учту.

— Обычно я рекомендую сериал Гердова, — добавил Буревой и нахмурился. — Совсем вылетело из головы название… Но это история шестерых друзей, живущих в Ростове и каждый день встречающихся в кофейне «Центральный Сад». Разные характеры, но все красивые, обаятельные и без сложных проблем. Очень уморительная и жизнеутверждающая история. Самое то для желающих убежать от реальности. Чёрт побери, дорогой граф, никак не могу вспомнить название!

— Как состояние Уильяма Дигриаза, Емельян Олегович? — я мягко отошёл от темы рекомендаций.

— Эм… Дигриаз — это который с отбитыми внутренними органами или с тремя огнестрельными ранениями? — флегматично уточнил Буревой и посмотрел на часы. За окном поднялась метель, скрывающая вид на соседний корпус госпиталя.

— С ранениями. Про Юрия Капелюша я уже всё знаю, и мы уже общались.

А вот Олег, как потерял сознание у машины, так в себя и не пришёл. Выдернутый из Злобека армейский биомант стабилизировал его состояние, но о лечении речь не шла. Так что в госпиталь Хрипска пришлось везти самостоятельно.

— Господин Дигриаз будет в порядке. Если бы он сразу обратился за помощью, то ситуация была бы не столь драматичная. Однако судя по состоянию ран — какое-то время барон занимался самолечением, — Буревой постучал по столу ручкой. — Не могу не отметить тщетность таких попыток.

— Юрий просил поинтересоваться, сколько ему ещё здесь находиться.

— Через пару дней будет в порядке, — биомант откинулся на спинку стула, глядя мне в глаза.

— Чувствую, что у вас есть вопрос, Емельян Олегович, — подбодрил его я.

— Есть, — кивнул он. — Давно есть. Хочу сказать вам, пусть это не так важно, как случившееся на границе, но всё же… Вчера днём я просмотрел свыше ста пациентов с лёгкими степенями заражения, свыше тридцати со средними и десять человек тяжёлых. Это вся моя группа наблюдения. У всех имеются признаки улучшения, и двадцать коек мы можем освободить уже сегодня.

— Это хорошие новости.

— Конечно, хорошие, Михаил Иванович. Ваша идея с иконами работает. Это идёт вразрез с моими убеждениями и отношением к религии, однако у меня нет сомнений в том, что чудесным образом пациенты идут на поправку. Даже те, кому я отвёл бы не больше недели на окончательное обращение. Стоило немыслимых трудов убедить господ из Карантинной Службы, что изоляция не потребуется.

Под изоляцией скрывался процесс крайне неприятный. Из-за которого у простых людей были понятные претензии к сомнительной организации.

— Пробы воздуха, воды, грунта не выдают ничего необычное. Всё в пределах нормы. Поставки провианта идут из Кобрина и из разных мест. Здесь тоже ничего подозрительного. Люди на самом деле поправляются, но я не верю в то, что это иконы, понимаете?

— Понимаю, — улыбнулся я. — Секрет не в божественном влиянии, Емельян Олегович. Не буду забивать вам голову физикой и…

— Прошу, Михаил Иванович, забейте мне голову, — остановил меня Буревой. — Неважно чем: физикой, химией или святым словом. Мне нужен ответ. Я жажду его.

Я хмыкнул.

— Хорошо, Емельян Олегович. Но думаю, мне проще будет показать вам этот эффект наглядно.

— Куда нагляднее, Михаил Иванович? — нахмурился Буревой. — У меня тут уже целая папка выписавшихся пациентов. За несколько дней. Для меня достаточно наглядно.

— Поверьте мне, — я подошёл к двери, накинул на себя пальто. Биомант поджал губы с явным недовольством. — Я всё вам покажу в ближайшие дни. Сейчас, кажется, опасность отступила, и у меня появится время на наш проект.