Детская площадка: Дитя развода (ЛП) - Борегар Арон

одержимость.

Джеральдина улыбнулась, оценив новые возможности, которые ей предоставили.

Фукс без труда заметил, что ей не терпится услышать больше.

- Пожалуйста, расскажи, - попросила она.

- Много месяцев мальчик болтал о своей семье, - Фукс ухмыльнулся, вспомнив мучения ребенка. - Он все плакал и рыдал, умоляя, чтобы мы воссоединили его с родителями, умоляя, чтобы мы позволили им увидеться с ним. Мы много раз говорили этому ребенку, что если он хочет воссоединения своей семьи, то, когда придет время, он должен очень внимательно прислушиваться к командам, которые ему отдают.

- Честное слово, - сказала Джеральдина, берясь за рацию.

Казалось, она почувствовала новую силу, связанную с этим.

- Я думаю, вам будет очень весело, - сказал Фукс, глядя на детей на экране. - Представьте его в роли игрушечного солдатика... и себя в роли командира. Используйте его по своему усмотрению, вмешивайтесь, как вам заблагорассудится. Или не делайте этого, а вместо этого наслаждайся его мнением. Выбор за вами.

- Боже мой, - сказала Джеральдина, слушая, как из динамика доносится голос детей. - Я не знаю, как и благодарить тебя за это, - она повернулась к Року. - И тебе тоже спасибо, Рок. В последнее время ты стал приносить больше пользы. Спасти мальчика было блестящей идеей. Это полностью меняет ситуацию... когда один из них находится внутри.

Рок кивнул вместе с Фуксом.

- И самое приятное, что другие дети даже не знают об этом, - сказала Джеральдина, продолжая изучать группу. - Боже, они все кажутся такими напуганными.

- А вы бы так не поступили? - спросил Рок.

Она оглянулась на него.

- Думаю, я бы так и поступила.

- Есть вопросы, миледи? - спросил Фукс.

- Только один, - Джеральдина почесала щеку. - Как зовут нашего мальчика?

ВЕНТИЛЯТОРЫ И КАНАТЫ

- М-М-Мэтью, - заикаясь, пробормотал мальчик.

Каждый из детей быстро представился новенькому. Хотя мальчик выглядел чудовищно, Стеф поняла, что ему просто больно. Она изо всех сил старалась вести себя нормально и успокоить сестру.

- Хорошо, Мэтью, - сказал Марко. - Как ты пострадал?

- У нас нет на это времени, - сказал Дэнни. - Как нам отсюда выбраться? Есть ли выход?

- А-а-а! - Мэтью издал душераздирающий вопль. - Я... я не знаю! Где я? Ч-что происходит?!

- Это то, что мы пытаемся выяснить, - сказал Джош. - Ты помнишь, как ты...

- Я не уверен, стоит ли нам и дальше тратить время на расспросы, - перебила его Стеф. - В любом случае, он, кажется, не готов к этому...

От одного вида ужасного Мэтью у нее заурчало в животе.

Но, тем не менее, она старалась вести себя как обычно. Стеф не могла припомнить, чтобы когда-нибудь еще от одного взгляда на человека ей становилось плохо.

"Кроме мамы и папы", - подумала Стеф.

В голове Стеф промелькнуло воспоминание о том, как костяшки пальцев ее отца врезались в губы матери.

Каждый раз, когда они начинали злиться друг на друга, она чувствовала то же неприятное ощущение в животе. Но, по крайней мере, она привыкла к их ссорам. В то время как психологические аспекты отношений оставляли глубокие шрамы, родители никогда не оставляли никаких физических шрамов ни на ней, ни на Кайле - только друг на друге.

Образ распухшей, кровоточащей губы матери не выходил у нее из головы.

Стеф изо всех сил старалась двигаться дальше и думать о более насущных проблемах.

Хотя то, что она оказалась запертой на детской площадке против своей воли, было похоже на то, что Стеф испытывала дома, опасность была совсем другой. Теперь ей приходилось заботиться о Кайле совершенно по-другому.

И ей пришлось сосредоточиться на защите жизни своей сестры, в то же время борясь за свою собственную.

- Да, и мы не знаем, насколько далеко Милдред, - сказал Джош. - Ты права. Может, нам стоит просто продолжать двигаться?

- Что это? - вопрос Марко был прерван приступом рвоты.

Перебродившее молоко все еще прилипало к его брюкам и телу. Он придерживал рубашку, стараясь не испачкать ее.

Мэтью посмотрел на него и указал на три ведра.

- Может быть, это может помочь.

Стеф осмотрела ведра: одно было наполнено водой, другое - хлопьями, а третье - отходами жизнедеятельности организма.

- Эй, это просто вода, - сказала она.

- Просто встань прямо, - сказал Джош, берясь за ведро и переворачивая его вверх дном.

- Ребята, нам действительно нужно идти, - настаивал Дэнни. - Мы не можем забыть - эта штука ждет.

Когда Марко окатили водой, с него смыло изрядное количество свернувшегося молока. Он натянул рубашку. К его волосам, коже и одежде все еще прилипали маленькие кусочки и комочки, но теперь это, по крайней мере, казалось терпимым. Стеф надеялась, что Марко не станет задерживать их очередными приступами рвоты.

- Что это за жилет на нем надет? - Марко, наконец, смог спросить, указывая на отверстия, похожие на динамики, в груди Мэтью. - Выглядит немного странно.

Марко постучал по чему-то, похожему на линзу, установленную рядом с предполагаемыми аудиовыходами.

Динь! Динь! Динь!

Раздался звук истекающих часов, совпавший с тем, как открылась металлическая дверь на другом конце комнаты. Сразу же после этого пара громоподобных шагов методично приблизилась.

- Я же говорил тебе! - воскликнул Дэнни.

- Дерьмо, - сказала Стеф. - Нам лучше уйти сейчас же.

Марко и Дэнни быстро помогли Мэтью подняться на ноги, в то время как Джош взялся за металлическую дверь на их стороне комнаты и рывком открыл ее.

- Быстро, все внутрь! - крикнул Джош.

Как только все вошли, Джош и Марко захлопнули дверь. Но как только они услышали, что она закрывается, стрелки на циферблате часов, прикрепленном к его задней стенке, пришли в движение.

- Ну вот, мы снова начинаем, - сказал Джош.

Стеф сжала руку Кайлы, наблюдая, как Марко приближается к знаку с правилами игры на детской площадке.

Мэтью вдруг начал визжать, время от времени издавая короткие стоны.

Стеф посмотрела на его изуродованную плоть. Было очевидно, что мальчик почувствовал, как она тает. Он напоминал человека-хот-дог, которого слишком долго держали на гриле. Она задалась вопросом, были ли прерывистые крики, которые он продолжал издавать, результатом того, что его тело все еще помнило фантомную боль, возникшую после того, как его поджарили на сильном огне?

- Все будет хорошо, - сказал Дэнни, подходя к Мэтью и нерешительно кладя руку ему на плечо.

Мэтью дернулся, когда к нему прикоснулись, но, казалось, оценил проявление нежности. Стеф подумала, что это было самое сильное проявление любви, которое он когда-либо получал.

- На случай, если ты не знаешь... что-то преследует нас - что-то, что хочет причинить нам сильную боль, - продолжил Дэнни. - Мы хотим помочь тебе, но единственный способ помочь - это продолжать идти вперед. Ты нам доверяешь?

Мэтью дернулся, вытирая слюну со рта, и, наконец, кивнул в знак согласия.

- П-прости, - сказал Мэтью. - Иногда я ничего не могу с собой поделать.

- Все в порядке, - сказал Джош. - Но нам нужно идти.

- Правильно, - Марко снова обратил внимание на табличку с правилами игры на детской площадке. - Думаю, сначала мне следует прочитать вот это.

- Часть первая? - спросила Кайла.

Стеф посмотрела на вывеску и заметила, что говорит ее сестра. На табличке вверху было четко написано "Часть 1".

- Это странно... Последний знак был не таким.

Марко пожал плечами.

- Может быть, эта комната больше?

- Мы можем просто прочитать правила? - нетерпеливо спросил Дэнни. - Если она больше, то нам действительно нужно пошевелить задницами.

Стеф никогда не видела Дэнни таким властным и раздраженным. Это было справедливо, учитывая то, чему они только что стали свидетелями. Она надеялась, что они смогут вернуться к нормальной жизни.

- Хорошо, - сказал Марко. - "Правила детской площадки" : канаты будут раскачиваться, а вентиляторы - дуть. Выберите только одного ребенка, чтобы справиться с потоком.