Выдержать такое молчание было выше моих сил. Я резко повернулась к чешуйчатому и, не особо подбирая слова, выпалила:
— Слушай, можешь считать меня мазохисткой, но мне не хватает твоих колких и ехидных шуточек. Когда ты вот так молчишь — это пугает. Здается, ты мне не всё рассказал о том, что узнал у провидицы. Так ведь?
Дракон поднял на меня глаза. Помолчал ещё пару секунд, а потом — тяжело вздохнул, картинно развернулся на своём сидении и, с той самой грацией, что обычно оставляют для бала, опустился на одно колено прямо на коврике у моих ног.
— Принцесса, простите мне моё недостойное молчание, — начал он торжественным тоном. — Обязуюсь впредь ежедневно поставлять три порции сарказма, два с половиной обидных замечания и один эпичный фырк.
Парень театрально прижал ладонь к груди и чуть склонил голову:
— А теперь прикажите — вернуться в лес, сгореть от стыда или, по старой рыцарской традиции, повыть на луну?
Я сначала застыла, а потом не сдержалась — фыркнула, рассмеялась, и чем дальше, тем громче.
— Ну, вот, — выдохнула, вытирая слезинку со щеки. — Уже лучше. Я даже почти поверила, что все в порядке.
— Почти? — с деланным оскорблением вскинул он бровь. — Я что, должен ещё и носить твои тапочки?
— Хомяка покорми для начала, а там посмотрим, — подмигнула в ответ.
— Понял. Один шаг от принцессы — и теперь я уже штатный слуга с манией величия. Великолепно.
Мой собеседник легко вернулся на своё место и устроился поудобнее, скрестив руки за голой спиной и вытянув ноги вперёд. Я вновь посмотрела в окно с лёгкой улыбкой на губах. Ну вот. Теперь всё стало на свои места.
Хотя бы сейчас я могу немного расслабиться и хоть на минутку перестать думать о том, что так и не получила внятной подсказки по поводу своей магии.
— «Чуть сильнее, чем у остальных...» — хмыкнула я про себя, вспоминая слова провидицы. Будто это хоть как-то объясняет, почему меня всю жизнь держали под колпаком, а на каждом занятии рядом обязательно дежурил кто-то из учителей.
А стоило мне только попробовать использовать силу самостоятельно — как в тот день после инициации — и манекен превратилсяя в уголь, а я сама чудом осталась цела. Хотя, какое там чудо… Полупрозрачное крыло моего "подарка" тогда возникло быстрее, чем я успела испугаться. И кто знает, что было бы, не вмешайся парень в мою "тренировку".
Так что спасибо, конечно, Евдокия, за анализ, он просто "сокровище". Чуть сильнее, говоришь? Очень обнадеживает.
Кристоф Драгонийский
Вернувшись обратно в предоставленную мне комнату, я прошелся из угла в угол, машинально оглядываясь, словно ожидал, что из шкафа выпрыгнет ещё один артефакт с функцией слежки. Потом вышел на балкон, прикидывая расстояние. Нет, в пределах здания нить вела себя тихо — будто и не было её вовсе. Но стоило хоть мысленно представить, как кто-то из нас выходит за пределы замка, как внутри тут же начинало неприятно тянуть, будто кто-то дергал за позвоночник изнутри.
"Охранка" сработала, вопросов нет. Но меня терзало одно "но".
Евдокия говорила, что мы с принцессой связаны. Что нить между нами. Только вот... А что, если она ошибалась? Или — ещё интереснее — не ошибалась, но кое-что недоговаривала? Ведь магистр мог и не удосужиться привязывать меня напрямую к Алисандре. Что, если вся эта связь — не с ней, а с её браслетом?
Логично же. Предмет силы, артефакт, якобы контролирующий магию. И, вполне возможно, работающий как якорь для меня. Я прислонился к перилам и усмехнулся.
— Старуха говорила, я пойму, когда придёт время. Отлично. Ждать – не мой конёк. Так почему бы мне это самое время не поторопить?
А ещё у меня появилось стойкое подозрение, что мне не понравится ни один из вариантов. Я только начал размышлять, с чего бы начать этот гениальный план по «тороплению времени», как в поле зрения что-то шевельнулось. Я резко обернулся.
Кот прыгнул на подоконник. Устроился, как у себя дома, и махнул хвостом, будто так и сидел. Но нет, я-то точно знал: когда заходил в комнату, его тут не было. Я оглянулся на дверь — всё ещё закрыта изнутри. Ни щёлочки, ни шороха, ничего.
— Ты что, сквозь стены ходишь? — пробормотал я, нахмурившись.
Кот лениво зевнул, даже не удостоив меня внятным ответом, и начал вылизывать лапу, словно его не особенно интересуют мои экзистенциальные вопросы. Я прищурился, наблюдая за хвостатым. Тот всё ещё делал вид, что занят исключительно своим шерстяным хозяйством.
— Слушай, — негромко начал я, — между нами, ты, случайно, не тот самый кот, которого мне велели кормить?
Мягкий взгляд из жёлтых глазищ был невыразительным, но уж слишком осмысленным, чтобы списать его на кошачью пустоту.
— Если да, то нам стоит как-то договориться. Ты предпочитаешь молоко? Или сразу фазан под соусом? — Я подошёл ближе и остановился в паре шагов от подоконника. — Просто уточняю… вдруг ты гурман, а мне ведь жить с тобой, похоже. А к сожительству надо подходить с уважением.
Кот остановил вылизывание лапы, медленно повернул голову и… мяукнул. Тихо, негромко, но с каким-то подозрительным оттенком согласия.
— Отлично. — Я кивнул, скрестив руки на груди. — Значит, ты меня понимаешь. Или, как минимум, наслаждаешься моей болтовнёй. Что ж, в таком случае… добро пожаловать в мой и без того весёлый мир.
Я еще немного понаблюдал за хвостатым, который теперь устроился клубочком прямо на моей подушке, будто всегда тут жил.
— Ну что ж, раз ты меня понимаешь, пушистый, перейдём к допросу с пристрастием. — Я медленно опустился в кресло напротив, сцепив пальцы в замок. — Начнем с простого. Какого славра ты связан с Евдокией?
Кот даже ухом не повёл.
— Я серьезно. Не верю, что она просто так заботится о твоём питании, так что выкладывай. Ты шпион? Надзиратель? Или личный представитель этой ведьмы в моём временном аду?
Ответа, ожидаемо, не последовало. Зато кот потянулся, зевнул — демонстративно, с издёвкой — и перевернулся на другой бок.
— Ладно. Значит, будешь молчать. Тогда пойдём по-другому. Можешь ли ты мне как-то помочь избавиться от этой... привязки? — Я слегка поморщился, озвучивая вслух то, о чём старался не думать. — Ну, ты понял. Браслет, нить, взаимная привязанность, душевные страдания. Всё вот это.
Кот, видимо, выждав драматическую паузу, поднял голову и... икнул. Или это был смешок? Вот теперь я точно не уверен.
— Ага. Очень смешно. Значит, ты считаешь, что это бред, да? Или что я сам должен до всего допереть, как взрослая умная рептилия?
Ответа не последовало. Только очень невинное умывание, как будто мне только что не ткнули лапой в больную тему.
— Что ж, пушистик... Тогда, как говорится, чем ларг не шутит, — пробормотал я, вставая. — Если ты всё-таки не просто кот, а мистический пушистый посредник, то передай своей хозяйке, что я всё понял. Почти. Ну, или делаю вид, что понял. Это же считается?
Кот снова мяукнул. И я почему-то решил, что это было «считается».
Не знаю, может, это был разговор сам с собой. Но чем славры не шутят… В конце концов, всегда приятно поболтать с умным существом. Или в моем случае… с драконом. Я усмехнулся, поднимаясь из кресла и бросив последний взгляд на пушистого наглеца, растянувшегося на моей подушке так, будто это его комната, а не моя.
— Ладно, сторожи здесь, представитель магической разведки. Я пока пойду... принцессу проведаю. Надо узнать, как там дела с обедом-завтраком. Потому что я, между прочим, голодный, — проворчал вполголоса, направляясь к двери. — И если ты к тому времени не исчезнешь — приберегу для тебе пару кусочков. Только не привыкни.
Кот не ответил. Лишь по-человечески закатил глаза. Кажется, я его немного утомил.
— Вот так всегда, — хмыкнул. — Даже коты считают, что у меня слишком длинные монологи…
И отправился искать Алисандру.
А стоило мне выбраться из комнаты и сделать буквально первый шаг в коридор, как я тут же врезался… в Алисандру. Принцесса явно стояла перед дверью уже какое-то время — топталась на месте, словно не решалась постучать. Застигнутая врасплох, она ойкнула и отступила на полшага, а я усмехнулся:
