— Для того, кто дышит свежим воздухом, уж больно он быстр, — заметила я и решила проследить за лордом.
На миг оглянулась на конюшню и, посомневавшись, решила тоже идти пешком. Вышла за ворота и, стараясь держаться деревьев, которые скрывали меня от преследуемого, поспешила догнать Эльбэрта.
Лорда Лэрлиса я обнаружила на горке, за которой начиналось озеро.
«И чего себе придумала? — иронично мыкнула я. — Может, блондин обиделся и ушёл сбросить пар?»
Развернулась, не желая тратить время на бесполезную слежку, как застыла на месте при виде чёткого отпечатка женского ботинка на влажной земле. След был не мой. Тонкий каблучок и острый носик, совсем как в комнате, где обнаружили зверей.
Сердце бухнулось о рёбра, и я метнулась к поросли молодых клёнов, где всё ещё оставалась багровая листва. Затаилась, не зная, что ожидать. Прислушалась к шороху ветра, который совершенно точно доносил до меня голоса. Их было два.
Слов было не разобрать, но один из голосов совершенно точно принадлежал Эльбэрту, а другой был женским. Что за женщина могла скрываться в лесу и противостоять хищным зверям? Сильная и опасная особь… Только драконица!
Я хотела потихоньку уйти, чтобы рассказать о встрече Кэннону, но стоило только выбраться из подлеска, как услышала насмешливый голосок:
— Уже уходишь, мама?
Спина похолодела, а перед внутренним взором мелькнули картинки первого дня моего пребывания в этом мире. Когда лишь пыталась осознать, где я, и что происходит, это слово тоже подействовало на меня, как душ из ледяной крошки.
Бриэтта⁈
Я медленно развернулась к дочери Эфдокии, которую уже считала мёртвой. Кэннон привёз гроб, и я сожгла его в заброшенном храме. В тот день на меня напали оссомы, а после опасность лишь усугублялась.
— Жаль, — миловидное лицо девушки скривилось в плаксивой гримасе. — А я так по тебе соскучилась!
Я медленно обвела её с головы до ног настороженным взглядом, подмечая лихорадочный блеск глаз, болезненный румянец на щеках, тёмные пятна засохшей крови на порванной накидке и грязные сапожки с тонким носиком. Растерянно пробормотала:
— Что происходит?
Бриэтта выглядела нездоровой, а ещё она совершенно точно не была беременной. Поймав мой взгляд, устремлённый на её плоский живот, молодая женщина дёрнула уголком губ и спросила издевательским тоном:
— Неужели не рада, что твоя дочь жива?
Мне вспомнилось чувство, которое я испытала в момент, когда гроб сгорел в храме. Тогда показалось, будто Этра приняла душу Бриэтты. Я уже ничего не понимала. Может, Кэннон решил жестоко подшутить над бывшей женой? Все его слова и извинения были ложью? Или лорд сам был обманут?
— Так скучно, — Бриэтта на миг закатила глаза, а потом посмотрела на Эльбэрта, который жадно смотрел на нас, стараясь не упустить ни слова. — Видишь, с кем мне приходилось жить? Эта женщина всегда была такой. Что бы я ни делала, она смотрела с укором, как на преступницу. Даже когда Кэнни гроб привёз, не проронила слезинки. Ты вообще мать мне или нет⁈
Она сорвалась на крик, но тут же осеклась и злорадно рассмеялась. Схватив флакончик для нюхательной соли, который висел на её шее, сковырнула пробку и прошипела змеёй:
— Может, это тебя разговорит?
Лорд Лэрлис ругнулся и торопливо достал платок. Прижав его к носу, отбежал от нас на несколько шагов. А мне вдруг стало нечем дышать, и перед глазами поплыли разноцветные круги. Ощутив в ногах слабость, я медленно осела на землю и схватилась за горло.
— Что… — прохрипела с превеликим трудом. — Что это?
— Что это? — с издёвкой копируя мой тон, повторила Бриэтта и сделала вид, что принюхивается. А потом расплылась в злорадной улыбке: — Это же сок нейпира.
Присела на корточки рядом и заглянула мне в лицо.
— Всё ещё притворяешься несведущей? Ты прекрасно знаешь, что это, мама. Уверена, ты помнишь аромат свечей, в которые я добавляла сок нейпира. И вкус воды, куда я капала его.
Мне становилось всё хуже и хуже. Глова кружилась, но в мыслях царила невероятная ясность. Бриэтта много лет пыталась отравить свою мать, но Эфдокия упрямо цеплялась за жизнь и каким-то образом сопротивлялась действию яда.
— Я искренне не понимала, почему на тебя не действует это средство? — подтверждая мои выводы, задумчиво продолжила молодая женщина и покачала в пальцах флакончик. — Читала книги, спрашивала целителей и пришла к одному выводу.
Она хитро покосилась на меня и вкрадчиво спросила:
— Ты постепенно по чуть-чуть приучила своё слабое тело к яду, верно? Твой дракон стал невосприимчив к нему!
Мне не верилось, что Эфдокия так истязала себя. А ещё казалось, что я упускаю одну чрезвычайно важную деталь. Что-то помогало этой женщине выжить. И мне срочно нужно понять, что именно! Ведь я не имела права умереть и оставить Эгора сиротой.
— Я права, — самодовольно ответила за меня Бриэтта. — Потому у тебя и забеременеть не получалось.
Судорожно пытаясь понять, какое спасение придумала Эфдокия, я шепнула:
— За что ты так с матерью?
Лицо Бриэтты исказилось, белки глаз налились кровью.
— Ты первая меня предала! — с ненавистью выплюнула молодая женщина. — Когда захотела ребёнка от Бэрнста.
Глава 36
Я машинально коснулась указательным пальцем лба: стало привычным таким способом выражать крайнюю степень изумления и одновременно мысленно обращаться к богине. Я надеялась, что Этра подскажет, как выжить после очередного нападения молодой женщины, которая из болезненной ревности готова отравить собственную мать.
А Бриэтта беспечно взмахнула флакончиком и самодовольно продолжила:
— Знаю, что ты ничего не помнишь. Только поэтому я позволила тебе уехать в Сиверию. Подумала, что нищая жизнь в этой глуши будет для тебя лучшим наказанием, чем смерть. Но ты и отсюда умудрилась испортить мне жизнь!
Она резко сунула мне под нос флакон, и перед глазами на миг потемнело. У меня не осталось сил даже отодвинуться. Всё, что могла — смотреть в болезненно-блестящие глаза дочери Эф. Бриэтта тоже не отрываясь наблюдала за мной. Кажется, молодой женщине доставляло удовольствие следить за мучениями жертвы.
«Как же Эф спасалась от жестокости дочери?» — напряжённо думала я.
— Хватит, Бри! — неожиданно вмешался Лэрлис. Прижимая к лицу платок, глухо добавил: — Она уже едва дышит.
— Да, — мечтательно улыбнулась Бриэтта и многозначительно посмотрела на мужчину снизу вверх: — Не считаешь, что это шанс одним махом избавиться от неё и от Бэрнста?
— Но план был другой, — заметно занервничал мужчина. — Будешь самовольничать, мы не получим и медянки!
— У тебя был шанс подставить Кэнни и его воинов, но ты упустил его, — отмахнулась молодая женщина. — План старика не работает.
— Твой тоже, — зло огрызнулся блондин. — Напомнить, почему мы здесь оказались? Соблазни ты Бэрнста, он бы не заговорил о разводе, и тебе не пришлось инсценировать скоропостижную смерть.
— Это не моя вина! — вскочила Бриэтта.
Мне стало чуточку легче. Мысли завертелись быстрее, и я уловила за хвостик догадку, как спастись. Идея граничила с сумасшествием, но других у меня не было. Я с трудом подняла руку, которая, казалось, стала чугунной, и попыталась непослушными пальцами вытащить из причёски шпильку.
— Я даже беременной притворялась! — выпалила молодая женщина. — Но этот высокомерный кретин за все девять месяцев так и не подпустил меня к себе.
— Говорю же — на генерала не подействовал сок нейпира, — проворчал Эльбэрт. — Он знал, что между вами ничего не было.
— Тогда почему женился? — ещё сильнее разозлилась Бриэтта.
— Чтобы скрыть твой позор? — мужчина пожал плечами. — Думал, что ты нагуляла дитя на стороне.
— Он не помнил, что произошло той ночью, я это точно знаю.
Пока они спорили, я поднесла шпильку к предплечью и повторила действия целителя, который некогда пустил мне кровь. Заметив это, Бриэтта саркастично фыркнула:
