– Вальдо-о-о-о-ор!
Оглушённый этими звуками, я не сразу сообразил, что этот кто-то целует меня в губы! Твёрдой рукой я схватил девушку за плечи и резко сдёрнул с себя. Лицо её было смутно знакомым, но черты я как будто бы даже не мог различить – словно оно расплавилось, как воск. Я нахмурился, чётко понимая одно. Это не Валента. И мой мир не обретёт чёткости, пока её не будет рядом.
– Вальдор, как же я соскучилась! – тем временем девушка снова попыталась напрыгнуть на меня, но я держал крепко. – Мы с тобой так давно не виделись! Я уже и думать забыла, как прекрасен мой жених! Ну же! Обними меня скорее! Не думай о приличиях, скоро мы поженимся!
У меня точно задёргался глаз. Где-то я раньше слышал этот неприятный высокий голос и все эти приказы им отданные... Вокруг нас шептались люди.
– Миландин?.. – всплыло в памяти давно забытое имя.
– Ну, конечно, это я! – засмеялась девушка, запрокидывая голову. – Твоя ненаглядная Миландин! Невеста принца Вальдора Скайларда!
– Свадьбы не будет, госпожа Миландин, – сухо бросил я. – Прекратите кричать об этом на каждом углу.
– Что? – глупо переспросила она. И я услужливо повторил:
– Свадьбы не будет.
Миландин открыла рот, чтобы возмутиться, но неожиданно её перебил хлёсткий, как удар плети, голос:
– Да как ты смеешь?! Я лучше знаю, что подойдёт моему сыну!
Мама. Королева Виарана. И пока все вокруг прилежно склонялись, как и подобает подданым, я остался стоять с прямой спиной. Только скрестил руки на груди. Наши взгляды встретились. Битва начинается, мама?
32. Вальдор. Взаперти
– Мы можем поговорить наедине? – строгим голосом спросил я. – Это никого не касается, кроме нас.
– Это касается всего Дартиума! – мать повысила голос до визга. Почти все, кто стоял рядом, сделали шаг назад и опустили головы. Я смотрел в глаза королеве.
– Тогда пусть весь Дартиум знает, что... – начал я, собираясь сказать, кто здесь настоящий король, но тут мне на глаза попался Сандро, который делал знаки заткнуться и исчезнуть, поэтому быстро переиграл: – Я люблю другую девушку.
Главный дознаватель закрыл лицо рукой.
– Да как ты смеешь?! – взвизгнула Миландин, вылезая впереди матери. – Мы поклялись друг другу в вечной любви!
– Это была детская игра, – устало ответил я, потирая виски. – В которую, кстати, меня заставляли играть, чтобы «маленькая принцесса не плакала». А ещё не могли бы вы не вмешиваться в наш разговор с королевой Виараной?
Голос Миландин задрожал:
– Но как же... Как же... Как же то письмо?! Ты писал, что любишь меня!
Я скрипнул зубами. Ну надо было мне вообще писать что-то матери! Дурацкая была затея объяснять причину моего отъезда из замка встречей с невестой. Я и думать забыл о Миландин, описывая свои чувства и характер своей идеальной девушки – Валенты. А мать почему-то решила, что речь о том лете, когда я гостил в дворце родителей юной болезной девочки, которая плакала и начинала задыхаться, если я не играл с ней в свадьбу. И вызвала сюда Миландин, чтобы устроить свадьбу. Даже не поговорив со мной! Пришлось срочно возвращаться в замок и разбираться с последствиями своей неосмотрительности. Надеюсь, Петюня всё так и объяснит Валенте. Не хватало ещё, чтобы она подумала, будто у меня есть невеста. Нет и не было!
– Я писал не о вас, госпожа Миландин, – сухо бросил я. – Её Высочество, мы можем наконец поговорить? – я решительно отодвинул остолбеневшую «невесту» в сторону. И снова – сухой безжизненный взгляд. Словно перед ней стоит не сын, а безликая стена. Но я был настроен пробить её хоть лбом, хоть тараном!
– Стража, – внезапно мать разлепила губы. – Уведите его в покои и заприте. Моего сына приворожили. Он сам не понимает, что несёт.
У меня задёргалось веко. Ах вот как ты играешь!
– Ты услышишь меня, наконец, или нет?! – закричал я, бросаясь вперёд и хватая королеву за плечи. Я успел только разок её тряхнуть как следует, прежде чем меня скрутили и оттащили в сторону.
– Я прощаю тебя, Вальди! – воскликнула Миландин, гладя мою грудь рукой. Я дёрнулся, как от удара, но стража держала крепко.
– Свадьбы не будет! – отрезал я.
– Заткнись, умоляю... – раздался еле слышный шёпот Сандро над ухом. Слова жгли горло, я хотел вырваться из пут, как и они, но всё же внял совету старшего товарища.
Меня увели в мою комнату, где Главный дознаватель велел страже выйти, чтобы он мог проверить, как я тут устроюсь. Когда за ними закрылась дверь, Сандро повернулся ко мне и скрестил руки на груди. От его укоризненного взгляда хотелось залезть под кровать.
– Да ну что?! – в раздражении бросил я, без сил падая в кресло. – Что мне было делать?! Если бы до Валенты дошли слухи, что принц якобы женится, как бы я в глаза ей посмотрел? Я должен был пресечь весь этот бред на корню!
Сандро приподнял бровь:
– «Валенты»? Той иномирянки? Той самой, которую уничтожит королева, если узнает о её магии? Именно про неё ты так любезно рассказал при всём дворе?
До меня дошёл смысл сказанного. Кровь схлынула с лица, мир поплыл перед глазами. Сердце замерло на месте, даже воздух перестал поступать, и я начал задыхаться.
– Что я натворил?! – вскричал я, закрывая лицо руками.
– Ладно-ладно, ничего сильно страшного не случилось, – смягчился Сандро, и я с надеждой поднял голову. – Ты только не вздумай рассказывать о ней больше ничего. Особенно, где сейчас Валента. Никто не должен знать, слышишь?
– Да... – я с трудом разлепил губы. В горле пересохло, меня начало знобить от пережитого ужаса. Я сам едва всё не испортил! Тоже мне, пришёл, защитничек...
– Вальдор, успокойся, – сурово приказал Главный дознаватель. Понизив голос, он сказал: – Раймар вернулся, он в порядке. Очень за тебя переживает. Но вам лучше не встречаться сейчас, ты и так уже под подозрением. Не хватало, чтобы Виарана начала думать, что ты на нашей стороне. Постарайся сейчас не высовываться и не злить её больше, чем ты уже сделал.
От этих слов на сердце потеплело. Я робко улыбнулся, вспоминая встречу с братом. Всё-таки, удивительно, что мы с ним были такими разными, даже разной расы, но при этом стали настолько близкими. Уверен, отец бы полюбил Раймара так же сильно, как это сделал я. Жаль только, что мать не смогла никого полюбить... Только власть...
Сандро пообещал, что постарается заглядывать почаще, и ушёл, оставив меня наедине со своими невесёлыми мыслями. Но одиночество длилось недолго – его нарушила Миландин. Я быстро выставил её за дверь и закрылся изнутри, не обращая внимания на вопли и стук снаружи. Когда она наконец оставила меня в покое, я потребовал позвать ко мне королеву, но призыв остался без ответа. От обеда я отказался, сообщив, что буду есть только в присутствии матери. Может, так подействует?..
До самого вечера я промаялся от безделья. Я загнал самого себя в состояние отупения мыслями «А что будет с Валентой, если она узнает?» и просто лежал, глядя в потолок. Мать и не подумала появиться, зато снова стучалась Миландин. И я всё никак не мог взять в толк – как можно было не понять всё с первого раза? Зачем навязывать свои чувства человеку, который прямо заявил, что любит другую? Любит Валенту...
Со вздохом я перевернулся на живот и накрыл голову подушкой. Мы виделись утром, а у меня ощущение, что это было месяц назад! Почему я себя вёл так отвратительно? Хотел держать её подальше? И чем всё обернулось? Я заперт в замке, королева в бешенстве, Раймар и Сандро просят держаться от всего подальше. Идеальное решение всех моих проблем! Лучше бы я радовался жизни и наслаждался общением, пока мог...
И тут внезапно меня осенило. Я должен заработать денег! Сам! Своим трудом! И на эти деньги купить кольцо, чтобы сделать Валенте предложение. Это будет идеальный способ извиниться... Но мысль сразу ушла в другую сторону – а если она не простит? А если откажет? А если исчезнет, пока меня нет рядом? А если вернётся в свой мир?
