Неслучайное совпадение (ЛП) - Рэй Рокси

К счастью, она не тратит время, ожидая ответа на свой вопрос. Её лозы осторожно опускают Пенелопу на балкон второго этажа, а сама она спрыгивает на пол.

— Признаю, я не большой фанат дуэлей один на один, — говорит она, складывая ладони, будто молится. — Но мне придётся попросить тебя перестать делать с моими соратниками вот это.

Соратниками? Похоже, я получил повышение, даже не стараясь.

Мда, повезло.

— Не одна!

Раздаётся рык, и к ней присоединяются ещё два волка: один с совершенно угольно-чёрной шерстью и второй, гораздо меньше, с серебристым мехом и рыжевато-коричневыми боками.

Племянница и сын из других семей!

Какой бы замкнутой временами ни была наша стая, связи между нами, тянущиеся на сотни и сотни лет назад, всё ещё оказываются настоящими. У этих двоих было полно возможностей сбежать вместе со всеми остальными гражданскими, но они решили остаться. Для меня это значит очень многое, даже если противник, которому они противостоят, по всей видимости, мой брат.

Это не может быть он, просто не может! Я не могу понять, просто ли думаю это или мой голос перевёртыша уже кричит, но разве это важно? Лютер никогда не умел колдовать, он никогда не убил бы отца, и он мёртв! Он не может быть живым или сделанным из металла!

Может, они украли его голову и прикрепили к какому-нибудь автоматону? Наверняка это правдоподобнее, чем мой брат, стоящий передо мной с металлической рукой, размахивающий серебряным мечом и способный творить заклинания!

Я цепляюсь за соломинку, но что ещё мне остаётся? Я в ситуации прямиком из мыльной оперы, только ставки вдвое выше. Потому что, в отличие от многосерийного телешоу, я понятия не имею, я — часть постоянного состава или вот-вот совершу свой эффектный финальный прыжок.

Нет.

Моя история не закончится сейчас. У меня всё ещё слишком много людей, которых нужно защитить. У меня всё ещё есть семья, за которую нужно отомстить. Потому что чем бы ни была эта тварь, это не мой брат.

Я борюсь, пытаясь подняться на лапы. Приказам альфы крайне трудно сопротивляться, но не невозможно, и я цепляюсь за это, пока ассасин сражается с Шёпот и немногими перевёртышами, которых не подавил приказ альфы.

По крайней мере, большинство гражданских уже ушли или спрятались. По нашему плану охрана должна была закрыть двери, как только все они выйдут, а потом рвануть вперёд второй волной, но я уверен, что сейчас они подавлены не меньше, чем я.

Заметка самому себе: в будущем нанимать несколько охранников без привязки к стае.

Если будущее у кого-нибудь из нас вообще будет.

Без всякого предупреждения земля под ассасином раскалывается надвое, не так уж непохоже на то, как это было, когда мы с Черри впервые убегали от Шёпот, так что я не удивляюсь, когда из разлома вырывается по-настоящему впечатляющая масса лоз, толще и шипастее тех, что она использовала, сидя на колонне.

Перевёртыши из других семей прекрасно используют этот момент, одновременно бросаясь вперёд и обходя его так, чтобы отрезать все пути к отступлению. Или, по крайней мере, я так думаю. Очевидно, у ассасина с лицом моего брата на этот счёт другие планы, потому что он поднимает металлическую руку, и вдруг его кисть выстреливает вперёд, как крюк-кошка, цепляется за тяжёлую стропилу собора и поднимает его с ног, чтобы он мог перелететь через хватающие лозы и обрушиться на дриаду.

Что за Инспектор Гаджет?

Она тяжело падает, самозванец заносит меч, будто собирается снести ей голову, но старший сын МакЭлрой врезается в него сзади, и они оба летят кубарем.

Когда они приземляются, сын (кажется, его зовут как-то традиционно по-ирландски, вроде Тадг или Ошин) пытается удержать преимущество и сомкнуть челюсти на голове ассасина, но здоровяк перекатывается и успевает всадить кинжал волку в горло.

Я бы ахнул, если бы мог, но, насколько я вижу, кинжал не серебряный, и это облегчение. Не понимаю, почему наёмник, посланный прикончить меня, моих братьев и сестру, не вооружён исключительно серебром, но я благодарен, что это не так. Может, на случай, если он столкнётся с другими сверхъестественными существами, что не такая уж притянутая за уши мысль, учитывая все связи моего отца.

Племянница Шевалье тоже не прохлаждается, потому что сразу бросается к колену ассасина, смыкает на нём челюсти и дёргает в противоположную сторону. Я слышу треск, когда ассасина рывком уводит вбок по инерции её движения, и вместе с этим из раны выходит кинжал.

На мгновение мне кажется, что это переломит ход всей схватки. Но потом он с нечеловеческой скоростью раз за разом врезает ей металлическим кулаком в челюсть, и ей приходится отступить, чтобы восстановиться.

К сожалению, не только она способна быстро исцеляться. Я вижу, как кровь перестаёт течь из дыр в его одеянии и броне, а затем его колено выравнивается само, снова с треском.

Нам пиздец.

Всё сводится к Шёпот. Тадг уже потерял волчью форму и откатился в сторону, сжимая горло, пока оно срастается обратно, но недостаточно быстро, чтобы он смог снова вступить в бой. И хотя я уверен, что племяннице Шевалье нужна, может, ещё минута, — в бою минута вполне может быть вечностью.

К чести Шёпот, она не отступает. Нет, вместо этого она дерзко встречает мужчину лицом к лицу и поднимает руки, которые теперь стали толстыми, тяжёлыми ветвями плакучей ивы, готовыми выбить из кого-нибудь всё дерьмо. Неудивительно, что она заработала себе такую репутацию на чёрном рынке.

— Кто ты такой, загадочный незнакомец? Ты не наёмник из тех, кого я раньше видела, — хотя я уверен, что все остальные в комнате мгновенно узнали лицо моего брата, логично, что Шёпот — единственная, кто понятия не имеет, почему все мы так сильно отреагировали, когда с него сорвали маску. Особенно учитывая, что я почти уверен: она не слышит язык перевёртышей. Даже Черри, которая никогда не встречала Лютера, видела фотографии в зале прощания, и я не сомневаюсь, что она знала, как он выглядит, после своих глубоких интернет-раскопок.

Он не отвечает, и если бы мы все не были так подавлены его голосом альфы, я бы подумал, что он немой. Вместо этого он рывком поднимается на ноги и на полной скорости бросается на Шёпот.

Если он правда наш альфа, он наверняка должен обратиться в волчью форму. Хотя мы способны сражаться в человеческих телах, это неестественно и далеко не так сильно, как наша животная сторона. Мы не исцеляемся так быстро, не реагируем так быстро и далеко не так сильны. Нет никакого смысла оставаться в такой смертельно опасной ситуации и не выбрать свою предельную форму. Значит, он всё-таки какой-то подделка, да? Значит, тот колдун, который захватил его голову и другие части тела, нашёл способ воспроизвести его голос альфы, но в итоге не смог подделать что-то вроде полного обращения.

Да, так и должно быть.

Металлический кулак ассасина летит прямо в голову Шёпот, но она блокирует его одной из своих огромных древесных рук и одновременно наносит апперкот, от которого тот отступает, пошатнувшись. Тем временем я продолжаю бороться, пытаясь подняться, и наконец мне удаётся поставить одну лапу на пол. Осталось ещё три.

Они продолжают биться друг с другом, время от времени он рубит мечом, а Шёпот отвечает то шипастой лозой, то потоком слепящей пыльцы. Это похоже на бой двух рукопашников, которые мультиклассировались в магов. Было бы впечатляюще, если бы я не вкладывал всё своё внимание в попытку подняться на ноги.

Две лапы. Три лапы. Племянница снова вступает в бой, на этот раз перехватывая удар, который мог застать Шёпот врасплох, только чтобы, как и я, выяснить, насколько до безумия твёрд металл его руки.

Этот короткий миг потрясения (в её случае буквально) стоит ей удержанной позиции, и ассасин опускает серебряный клинок ей на голову. К счастью, она успевает увернуться, но не полностью. Лезвие срезает большую часть её правого уха.

Звук, который она издаёт, по-настоящему ужасен, и, кажется, он что-то запускает внутри Шёпот, потому что, когда она снова бросается на ассасина, её тело продолжает меняться. У неё больше не просто гигантские руки-ветви. Нет, её ноги вытягиваются, заставляя её возвышаться над ассасином, а из спины вырастает огромный отросток, похожий на венерину мухоловку, словно пара демонических крыльев, — две половины его пасти яростно щёлкают в сторону ассасина.