Минерва Спенсер
Влюбленный капитан
Minerva Spencer
SCANDALOUS
В оформлении обложки использована работа, предоставленная агентством Fort Ross Inc.
Печатается с разрешения Kensington Publishing Corp и литературного агентства Andrew Nurnberg.
© Minerva Spencer, 2019
© Перевод. А. Дамбис, 2025
© Издание на русском языке AST Publishers, 2026
* * *
Посвящается Брентли, моему любимому мужу
Глава 1
1816 год, Золотой берег, Африка
На борту «Золотого серпа»
Мартен побарабанил пальцами по блестящему деревянному лееру, глядя на голландский корабль. Судно было с наветренной стороны и слишком далеко, чтобы унюхать вонь, но Мартен мог себе ее представить. Впрочем, жалкие крики рабов были слышны даже с такого расстояния.
С тех пор как несколько лет назад, в 1808-м, американцы и англичане запретили ввоз рабов, грязная работорговля стала прибыльной как никогда. В южных штатах хорошо платили за контрабандный живой товар, так как не могли обходиться без рабской силы, о чем Мартен, увы, знал лучше других.
Он повернулся к первому помощнику и спросил по-английски, а не на своем родном французском:
– Сколько человек команда, Бовиль?
Несколько лет назад, когда Англия пожаловала ему каперское свидетельство, которое позволяло частным образом вести торговлю на море, он задался целью лучше овладеть английским языком.
Бовиль опустил подзорную трубу:
– Не больше сорока, капитан, и, похоже, они то ли пьяны, то ли плохо обучены.
Мартен рассмеялся над сухой оценкой своего подчиненного и направился туда, где его второй помощник стоял у руля.
– Готовьте людей, Даниелс, и будьте готовы к переговорам.
Хоть у голландского корабля и была повреждена мачта, по его виду было ясно, что он в хорошем состоянии и значительно чище, чем большинство рабовладельческих судов. Корабль самого Мартена, «Золотой серп», тоже принадлежал рабовладельцам до того, как его захватил Мартен, но теперь на нем царили чистота и порядок. Он с гордостью оглядел безукоризненно надраенную палубу. С командой из семидесяти человек и четырнадцатью пушками «Серп» значительно превосходил голландский бриг и был силой, с которой приходится считаться.
Однако зазнаваться не следовало. Если «Синяя птица» нагружена до предела – пятьсот душ, речь идет о немалых деньгах. Ситуация может обостриться, если капитан голландского корабля решит сражаться за свой груз. Мартен был уверен, что выйдет из схватки победителем, но понимал, что это дорого ему обойдется.
А на голландском корабле началась бурная деятельность – матросы носились по палубе, словно стайка перепуганных куриц, с дюжину человек стояли рядом с главной мачтой и отчаянно посылали жестами сигналы друг другу, причем некоторые были вооружены мачете. Мартен покачал головой: что-то здесь не так.
Рядом с ним возник Даниелс:
– Все готово, капитан, ждем ваших приказаний.
Мартен повернулся к Дженкинсу, своему слуге, и тот показал ему два пистолета для проверки. Тщательно проверив оружие, Мартен убрал его в кобуру, которую носил на правом бедре (на левом была рапира). Он сам разработал эту портупею, так чтобы можно было выхватить любой из трех предметов оружия легко и непринужденно.
Он взглянул в большое зеркало, которое держал перед ним Дженкинс, и смахнул воображаемую пылинку с безупречного сюртука, не спеша поправил шейный платок, стараясь, чтобы его движения выглядели так, будто ему ужасно скучно и он делает то, что должен, по необходимости. Команда наблюдала за ним со смешками, но в то же время с гордостью. Мартен знал, что его репутация холодного безжалостного убийцы, которого больше волнует шейный платок, чем чья-то или его собственная жизнь, придавала им сил.
Сказать по правде, у него внутри все завязалось узлом не меньше, а может, и больше, чем у любого на его корабле. Если сегодня кто-нибудь погибнет, вина будет на нем. Хоть это и не слишком мучило его совесть – загрубевшую и измельчавшую, – его гордость была сыта и здорова, и он не мог позволить себе демонстрировать неудачные решения.
По мановению руки Мартена Дженкинс унес зеркало. Даниелс неодобрительно поджал губы. Поведение хозяина шокировало молодого человека, хоть он и прослужил у него вторым помощником почти год, а капитана забавляло его раздражение.
– Начинайте переговоры, мистер Даниелс.
– Есть, капитан!
Второй помощник развернулся, подал знак мичману, и в следующую секунду загрохотала одна из пушек «Серпа». Спустя всего пару секунд, едва дым начал рассеиваться, вверх по мачте голландского корабля пополз черный флаг.
Мартен с облегчением выдохнул: они готовы к переговорам.
– Отличный выстрел, джентльмены, и очень убедительный. Бовиль, пожалуйста, сопроводите их капитана в кают-компанию, когда он прибудет. – Мартен отстегнул портупею и, передав Дженкинсу, посоветовал, направляясь к трапу: – Пока не разряжай пистолеты.
Оказавшись у себя в каюте, он бросил шляпу на стол и рухнул в кресло с высокой спинкой, постаравшись при этом не помять полы сюртука.
Чрезмерная забота о внешнем виде не была надуманной: он действительно любил модную шикарную одежду. Будучи молодым рабом в Новом Орлеане, Мартен всегда завидовал богатым, щегольски одетым посетителям борделя мадам Шантель и поклялся, что когда-нибудь, когда у него появится такая возможность, станет одеваться еще лучше. Теперь он был достаточно богат, чтобы носить то, что ему угодно, а угодно ему было все самое лучшее.
Он в задумчивости изучал свое отражение в зеркале над столом, нахмурившись при виде человека, который смотрел на него с той стороны. Никто бы не принял его за европейца, какими бы светлыми ни были его глаза и волосы. Хоть его кожа и была светлее, чем у любого из пленников на голландском корабле, Мартена бы точно так же продавали и покупали, окажись он снова на американской земле. Больше того, если он вернется домой, ему будет грозить смерть – обычное наказание для беглого раба.
Мартен задвинул непрошеную мысль на задворки сознания и рассеянно открыл книгу, но тут же пожалел об этом. Черные закорючки плясали на странице, непонятные и издевательские. В Америке обучать раба грамоте считалось преступлением, а оказавшись на свободе, Мартен был уже слишком взрослым, чтобы учиться.
Он мог написать или прочесть лишь свое имя: Мартен Этьен Бушар, – но и оно не вполне ему принадлежало, он сам собрал его по кусочкам из разных источников.
Имя Мартен он взял из сказки о Мартене Гаратузе, легендарном плуте, которую слышал в детстве, а остальное – Этьен Бушар – добавил позже, позаимствовав имя у старика, который научил его всему, что он знал о лошадях. Почему бы и нет? Старина Бушар к тому времени уже скончался, так что имя ему было ни к чему.
Мартен шумно захлопнул книгу и вернул на полку. Бо́льшая часть книг на «Серпе» досталась ему вместе с кораблем, но кое-что подарил его наставник, Одноглазый Стендиш, который, к счастью, не знал, что он не умеет читать.
Мартен нахмурился. Мысли о позорном прошлом посещали его лишь в минуты усталости, когда не хватало сил держать воспоминания в узде, или в минуты волнения. Он по-прежнему не находил себе места, когда захватывал чужой корабль. Но скоро все закончится.
Он встал и, расстегнув золотые пуговицы суконного сюртука, снял его и повесил на спинку стула. Когда с переговорами будет покончено, он вернется во Фритаун, освободит пленников, передаст преступников властям и получит награду – иными словами, займется привычным делом, так что поводов для волнения нет.
Мартен взглянул на вычурные золотые настольные часы: до прихода капитана с вражеского судна для переговоров оставался еще по меньшей мере час. Можно отдохнуть и наконец-то вздремнуть после бессонных ночей, проведенных в погоне за работорговцем.
