Перевод выполнен на безвозмездной основе. Права
принадлежат автору.
Переводчик: Усманова Анастасия, 2026 год.
1.
Нортумберленд, Англия. Конец августа 1805 года.
— Это и есть будущий герцог Килдер? — Адам Бойс, нынешний герцог Килдер, провожал тяжелым взглядом удаляющийся экипаж кузена. Тот скрывался из виду прискорбно медленно, совсем не так быстро, как ему бы хотелось.
— Законный наследник за неимением других, Ваша Светлость, — отозвался его поверенный мистер Джозайя Джоунс.
— Этот человек — идиот, — отрезал Адам.
— Да, Ваша Светлость, — как всегда моментально согласился Джоунс.
— Полагаю, нет ни малейшей возможности лишить его права наследования?
— Никакой, Ваша Светлость, — ответил поверенный. Будучи в обычное время человеком немногословным, Джоунс становился невыносимо разговорчивым, когда дело касалось юридических вопросов. — Порядок наследования определен со всей строгостью. Жалованная грамота позволяет титулу переходить к наследнику мужского пола по женской линии, когда по мужской линии преемников больше не осталось, что мы сейчас и наблюдаем.
— Что ж, в таком случае, перед смертью я намерен сжечь замок Фалстоун дотла, — заявил Адам. — И, если повезет, лес Фалстоуна полыхнет вместе с ним, и мистер Гордон Хьюитт, тот самый выскочка по женской линии, унаследует именно то, чем он способен управлять: кучу пепла.
Адам заметил, как Джоунс побледнел. Этот человек не сомневался, что герцог исполнит свою угрозу. И он бы исполнил. У Адама не было ни малейшего желания передавать замок и земли, принадлежавшие семье Бойс более шестисот лет, такому ничтожеству, как Гордон Хьюитт, независимо от его призрачных притязаний на родственную линию.
Однако, похоже, выбора у него не было.
— А еще я планирую отправиться в город и поставить полмиллиона фунтов на кон в карточной игре, — добавил Адам. — И так несколько раз. Хьюитт будет разорен.
— Лучше не делайте этого, пока не приблизитесь к концу своего собственного земного существования, — предложил Джоунс.
Адам неодобрительно прищурился.
— Не то, чтобы я осмеливался давать вам советы, Ваша Светлость, — поспешно поправился Джоунс.
Адам перевел взгляд с быстро исчезающего экипажа на несравненный вид из окон второго этажа замка Фалстоун. Перед ним простирался лес, чья захватывающая дух красота не имела равных. Предки Адама некогда посадили эти деревья, навсегда преобразив то, что прежде было лишь бескрайней пустошью, а он, их потомок, усердно продолжал это начинание. Сразу за западным холмом покоилось кристально чистоеозеро. Дорога, ведущая от замка, быстро терялась среди деревьев, оставляя чувство мирного уединения. Его семейство жило в этих краях уже более двадцати поколений.
Сам он был пятнадцатым герцогом Килдером и семнадцатым графом Фалстоуном. Генри, третий граф Фалстоун, заслужил милость короля Эдуарда III, доблестно сражаясь в Столетней войне, и в результате получил титул маркиза Килдера. Менее чем через десять лет он стал герцогом Килдером. Род Бойсов не прерывался с того времени, то есть около 450 лет.
— Разрази меня гром! — Адам ударил кулаком по каменной стене рядом с окном, отчего древний витраж задребезжал, а мистер Джоунс подпрыгнул на месте. — Я скорее пристрелю Хьюитта, чем оставлю ему хоть дюйм земли Фалстоуна.
— Не уверен, что убийство — лучшее решение ваших проблем, Ваша Светлость.
— Я мог бы обставить это как несчастный случай.
Адам отошел от окна и зашагал длинными быстрыми шагами по коридору, мимо гобеленов и рыцарских доспехов, которые видел всю свою жизнь. Он бы заметил, если бы в замке Фалстоун хоть что-то сдвинули хотя бы на дюйм — настолько здесь всё было ему знакомо.
— Следующим в очереди будет Джордж Хьюитт, — Джоунс, очевидно, последовал за ним. — Младший брат мистера Хьюитта.
— Наверняка ненамного лучше, — проворчал Адам, направляясь в свой рабочий кабинет — святилище, куда даже Джоунсу не всегда дозволялось переступать порог. Адам распахнул дверь и проследовал прямо к письменному столу. Джоунс помедлил у дверей.
— Перестань топтаться на пороге и заходи, — нетерпеливо бросил Адам.
Джоунс на цыпочках вошел и осторожно присел на край стула по другую сторону массивного стола Адама.
— Сколько запасных наследников наплодили Хьюитты? — спросил Адам.
— Четверо сыновей, Ваша Светлость, — Поверенный выглядел по понятным причинам несчастным, точно предвидя недовольство Адама этой новостью. — Гордон, который только что уехал. Потом Джордж.
— И тоже идиот, без сомнения, — вполголоса добавил Адам.
— Гари — третий. И, наконец, Джеральд.
— Мистер и миссис Хьюитт, по всей видимости, не подозревали о существовании в алфавите других букв, кроме «Г» и «Д», — сухо заметил Адам. — Знание алфавита следовало бы сделать непременным условием для получения герцогского титула.
— Совершенно верно, Ваша Светлость.
— Хьюитт почти не скрывал того, что оценивает всё, что попадается на глаза, — Адам сжал кулак при этом воспоминании. — Интересно, во сколько он оценил мои дуэльные пистолеты?
— Он видел ваши дуэльные пистолеты, Ваша Светлость? — Джоунс занервничал.
— Их трудно не заметить.
— Вы ведь не направляли их на него, не так ли? — побледнел Джоунс.
«У него были причины для беспокойства», — молча признал Адам с тщательно скрываемой улыбкой.
За ним водилось обыкновение доставать пистолеты без малейшего предупреждения. Это весьма способствовало поддержанию страха, который он с большим старанием внушал тем, к кому не питал симпатии.
— Конечно, нет, — сказал Адам. — Я просто чистил их в его присутствии. По несколько раз в день в течение всей недели, что он был здесь.
— Неудивительно, что он сбежал.
— Идиот и трус, — подытожил Адам.
— Не тот наследник, о котором можно мечтать, — согласился Джоунс.
— Так что же мне делать?
— Я не осмелюсь давать советы, Ваша Светлость.
— Осмелься, — приказал Адам. — Или я не «осмелюсь» выплатить тебе жалование.
Джоунс откашлялся.
— Существует, по правде говоря, только один способ помешать мистеру Хьюитту унаследовать титул и земли.
— Да, но я не могу жить вечно, Джоунс, — протянул Адам. — Я удивлен, что ты веришь слухам о том, что я продал душу дьяволу.
— Я верю слухам о том, что вы и есть дьявол, — Джоунс позволил себе редкую улыбку.
Адам проигнорировал это проявление остроумия.
— Полагаю, мне всё-таки придется сжечь эту старую груду камней.
— Есть еще один вариант, Ваша Светлость.
— Выкладывай. У меня нет терпения слушать твою болтовню.
— Нет, Ваша Светлость. То есть, да, Ваша Светлость. Это...
— Джоунс.
Худой как жердь поверенный нервно откашлялся.
— Вы могли бы жениться, Ваша Светлость, — выдавил Джоунс сдавленным шепотом.
— Ты что, совсем лишился своего проклятого рассудка?!
Джоунс издал какой-то жалобный звук. Если бы этот человек не был гением в том, что касалось цифр и юридических тонкостей, Адам уволил бы его ещё десять лет назад. И в этот момент он был близок к этому как никогда.
— С чего ты взял, что я когда-либо — когда-либо! — допущу саму мысль об обзаведении супругой?
— Ради наследника, Ваша Светлость, — выдавил Джоунс, задыхаясь. — Чтобы исключить мистера Хьюитта из порядка престолонаследия.
— Похоже, вы такой же идиот, как и мистер Хьюитт. Какая леди захочет связать себя со мной?
— Это могло бы принести огромные деньги её семье, — робко предположил Джоунс.
— Хочешь сказать, купить её?
Ледяной, обманчиво спокойный голос Адама заставил Джоунса снова задрожать.
— Перестань трястись, — рявкнул Адам. — На этот раз я не собираюсь в тебя стрелять.
— Я рад это слышать, — ответил Джоунс, хотя дрожь в его голосе никуда не исчезла.
