Анна подавила гримасу недовольства. И всё же, как бы глупо это ни звучало, в глубине души она была рада, что Каро здесь.
Каро немного поёрзала, устраиваясь поудобнее, и спросила:
– С тобой всё в порядке?
Если бы Анна уловила хоть какой-то намёк на жалость или нечто подобное, ей вряд ли удалось бы сохранить самообладание. Она перевела дыхание. Несмотря на добродушные поддразнивания членов семьи, Анна была практичной и рассудительной молодой женщиной.
Что навело её на следующую мысль.
«Может, мне нужно благодарить судьбу».
– У меня идея, – приподнявшись на локте, объявила Каро. – Давай перечислим все преимущества твоего следующего приключения.
Анна не удивилась тому, что Каро точно знала, о чём она думает. Конечно, Анна выразилась бы не совсем так, но сейчас ей и это подойдёт.
– Знаешь, могло быть и хуже, – продолжила Каро.
Анна приподняла бровь.
– Как это?
– Твой будущий муж не охотник за приданым.
– Насколько нам известно, нет, – заметила Анна.
– Я в этом совершенно уверена. От приданого он отказался.
Анна не знала об этом факте.
«Весьма похвально», – неохотно признала она.
Анна всегда считала, что принятые нормы ужасны, как будто женщины – всего-навсего животные, которых можно обменять и продать тому, кто больше заплатит! Тем не менее, отказ Саймона не вызвал в Анне ни малейшего восхищения!
– Он не противный старикан, – беззаботно продолжила Каро. – И не подкладывает вату в неподходящих местах.
– Каро!
– Нет, я бы не назвала его щёголем. – Глаза Каро заблестели. – Хотя он чертовски привлекателен.
Анна с трудом удержалась, чтобы не закатить глаза.
– Да, дорогая, ты совершенно ясно высказала своё мнение на этот счет.
– Ну, представь себе, если бы он не отличался красотой! – заявила Каро в свойственной себе манере. – Ваши дети были бы похожи на гоблинов.
Уголки рта Анны дрогнули.
«Нет, – с озорством подумала она. – Скорее мой муж похож на гоблина».
– Я знала, что смогу заставить тебя улыбнуться!
Улыбка Анны, однако, вскоре померкла.
– Энни, в чём дело?
Анна отвела взгляд от Каро, не в силах скрыть свою неуверенность.
– Моя жизнь вдруг стала такой... странной, – сбивчиво проговорила она. – Всё произошло слишком быстро. Каро... – Она снова запнулась. – Я до сих пор не понимаю, как это случилось. И даже не знаю причины.
Не сводя глаз с Анны, Каро едва заметно улыбнулась.
– Иногда её просто нет.
– Что? – cпросила Анна. – Что ты имеешь в виду?
Каро посмотрела на неё, как на сумасшедшую.
– Любовь, – просто сказала она. – Энни, иногда она просто есть, и невозможно объяснить, где, как, почему и даже когда она возникла. Она просто есть.
Анна была ошеломлена.
– Каро, я... я не люблю его.
Каро покачала головой.
– Энни, я знаю, ты бы не выбрала такой способ выйти замуж. Но думаю – хотя не знаю почему, – я думаю, что всё будет хорошо. Что вы с Саймоном… О, Энни! Не знаю, как это объяснить, но я искренне верю, что вы созданы друг для друга.
Теперь уже Анна посмотрела на Каро, как на сумасшедшую. Она была наивным романтиком и не признавала очевидное.
«Но Каро ошибается», – смутно подумала Анна, ей стало неловко. В памяти безжалостно всплывали слова Саймона.
«Похоже, нам придётся пожениться». Они снова и снова звучали в голове Анны. Каро не видела полного отсутствия эмоций в глазах Саймона, равнодушия в его голосе.
Анна даже представить себе не могла, что Саймон Блэквел способен на нежные чувства.
Не могла она и сказать Каро, что любовь её никогда не настигнет. Только не к Саймону Блэквелу.
Нет, Анна не могла допустить, чтобы Каро догадалась о её страданиях.
Они с Каро долго не могли заснуть. Но всё было совсем не так, как в детстве, с досадой признала Анна. Когда глаза Каро наконец закрылись, Анна осторожно, чтобы не разбудить её, выскользнула из постели.
Опёршись бедром о подоконник, она долго и пристально вглядывалась в безоблачное ночное небо.
«Да, – снова подумала Анна. – Всё совсем не так, как раньше...»
Её душа не пела от счастья, ничто не вызывало радости в сердце. Каждый вздох становился ещё более горьким, чем предыдущий.
Ведь сегодня ночью не было видно звёзд, чтобы загадать желание.
И вовсе не волнение не давало Анне уснуть.
Ей мешал страх.
Церемония состоялась в девять утра.
Сквозь занавески в гостиной слабо пробивался солнечный свет. Саймон с неприступным видом занял своё место рядом с Анной.
Сглотнув, Анна посмотрела на священника сквозь прозрачную фату. Боже, сквозь фату матери, ведь она так хотела, чтобы Анна её надела. Сегодня утром мама внесла к ней в комнату тонкую вуаль.
И она действительно была бесценной.
Только тогда Анна поняла, что важную составляющую её свадебного наряда оставили без внимания.
– Анна, – сказала мама с нежной улыбкой, которая всегда так радовала Анну. – Ты моя единственная дочь. Я хочу, чтобы ты надела фату, которая была на мне в тот день, когда мы с твоим отцом поженились. Желаю тебе столько же счастья, сколько испытала я. И, дай бог, когда-нибудь её наденет и твоя дочь.
– Мама... – У Анны перехватило дыхание, и она не смогла вымолвить ни слова. Когда мама надевала ей на голову фату, Анне показалось, что она сама вот-вот разобьётся на сотни маленьких кусочков. Вивиан с трепетом поправила воздушную ткань.
«Мама, – сказала про себя Анна. – О, мама».
К её чести, она не расплакалась. И не дрогнула, произнося клятвы.
А потом фату подняли, открыв лицо Анны.
Она поняла, что побледнела как полотно.
Взгляд Анны метнулся вверх, и её пронзила дрожь, когда она увидела, что Саймон смотрел прямо на неё.
Время тянулось бесконечно долго... Муж стоял неподвижно.
Поцелует ли он её, отчаянно гадала Анна. А хотела ли она этого?
Саймон наклонил голову. Его губы коснулись её губ вежливо, возможно, даже почтительно, но вряд ли это можно назвать поцелуем, просто того требовали правила, с досадой решила Анна.
Боже, зачем он вообще притворяется?!
Саймон повернулся и предложил ей руку. Анне ужасно захотелось ткнуть его локтем в рёбра! Но она сдержалась, потому что того требовали правила.
Как и положено, Вивиан запланировала роскошный свадебный завтрак. Макбрайды никогда не скучали за столом, в особенности благодаря шумным Джеку и Иззи, и сегодняшний завтрак не стал исключением. На дальнем конце стола Вивиан и Летиция, тетя Саймона, оживлённо беседовали.
Анна признала, что она далеко не первая женщина, которая вышла замуж за нелюбимого человека. Это являлось скорее правилом, чем исключением. Признание хоть и причиняло боль, но при этом давало некую надежду. Несмотря ни на что, свадьба – это праздник двух людей, чьи жизни объединяются, а не похороны. Какой смысл впадать в меланхолию?
Не успели убрать посуду, как Саймон наклонился к Анне.
– Несомненно, вы захотите переодеться в подходящую одежду. У нас впереди несколько очень долгих дней путешествия.
Анна перехватила его взгляд.
– Что?
– Пора ехать домой.
«Домой, – беззвучно повторила Анна. – Домой. – Несмотря на все её прежние уверения, в душе она не была готова сдаться так легко и так скоро. – Мой дом здесь, – мрачно подумала она. – Здесь и в Гленедене».
Саймон поднялся на ноги и обратился к присутствующим.
– Надеюсь, вы простите нас за поспешный отъезд, но нам пора отправляться в путь.
«Хорошо, что горничная уже начала собирать чемоданы», – смутно подумала Анна.
Ей не хотелось уезжать. Может, через несколько дней. Самое раннее, завтра. Неужели Саймон не мог с ней посоветоваться? По крайней мере, сообщить ей об отъезде раньше? Он, конечно, не обязан, но это было бы вежливо с его стороны.
Почувствовав на себе взгляд Саймона, Анна сжала губы. Вероятно, он заметил её смятение, но ей было всё равно.
