Моя запретная - Арро Агния

Мне приходит еще одна шальная идея. Я даже беру телефон, но смотрю на часы в углу экрана и понимаю, что уже слишком поздно. Девочка с медовыми глазами, скорее всего, спит. Не хочу ее будить. С такой тяжелой работой ей нужно хорошо отдыхать.

К дому подъезжаю далеко за полночь. Поднимаюсь в квартиру, надеясь незаметно уйти к себе, но на половине пути к комнате меня ловит мама.

— Я тебя не ждала сегодня. — Она хмурит свои идеальные брови. — Что-то случилось?

— Все нормально. Мы сходили в ресторан, потом я отвез Леру домой, — коротко отчитываюсь перед ней.

— Ты просто невыносим иногда. — Она всплескивает руками.

— Давай я сам буду решать, что мне делать с женщиной после свидания, — резко осаживаю ее. — Это не та часть моей жизни, которая должна тебя касаться. Хотя бы из уважения к тебе я не стану это обсуждать. Добрых снов, мама.

— Пора назначать дату свадьбы, — слышу за своей спиной. — Сергей, слышишь? — Она зовет отца, а дальше ее голос тонет, потому что я закрываю дверь и отхожу вглубь спальни, к окну.

Прислоняюсь лбом к стеклу и смотрю вниз, на город, который никогда не спит. А затем сажусь на пол, сжимаю в руке телефон и еще какое-то время сижу в тишине, потом открываю аккаунт своего уже бывшего клуба. Смотрю фотографии парней с недавних сборов, видео спаррингов, разные приколы. У нас было весело. Я чертовски скучаю по всему этому.

Захожу к ним в чат, и мы переписываемся, пока глаза не начинают закрываться. Прощаюсь, перехожу на кровать и ложусь поперек нее прямо в одежде. Такая усталость накатывает, что шевелиться больше не хочется.

А утром, после пробежки и легкой тренировки на улице, я снова беру телефон и открываю контакт Лисенка. Вспоминаю, как смущалась в столовой, как прятала взгляд, а мне все время хотелось поймать его, чтобы еще раз погрузиться в мед красивых глаз.

Набираю простое сообщение, надеясь в этот раз не напугать хрупкую девочку:

«Доброе утро. Хорошего дня.V»

Перечитываю. Вроде нормально вышло. Нейтрально, но искренне. Киваю сам себе и отправляю.

Принимаю душ и проверяю, не ответила ли она. Мое сообщение отмечено как прочитанное, и на этом пока все. Не буду торопить. С ней приходится быть очень осторожным. Это непривычно, но, кажется, даже интересно.

Спускаюсь на первый этаж и застаю отца за столом. Он пьет кофе, завернув рукава белой рубашки до локтя, а на нашей кухне хозяйничает незнакомая женщина.

— Доброе утро. — С нами здоровается мама. — Я решила проблему с готовкой и уборкой. Это Людмила, — указывает на ту самую женщину. — Она будет заниматься бытовыми вопросами.

— В следующий раз предупреждай заранее, пожалуйста, — равнодушно просит ее отец. — Виктор, сядь. Надо поговорить.

Медленно опускаюсь на стул напротив него. Отец отставляет чашку, сцепляет пальцы перед собой и внимательно смотрит на меня.

— Я решил вопрос с Вайсом. Мои юристы договорились с его юристами, и сегодня в конце банковского дня, когда они уладят основные формальности, я переведу ему неустойку.

— Сколько? — В моем вопросе ничего кроме холода. Должен же я знать, какую сумму мне нужно ему вернуть.

— Это не имеет значения. — Отец качает головой. — Главное, часть проблемы решена. Теперь тебе нужно выключить упрямого барана и встретиться с Гордеевым.

— Назови мне сумму, — снова требую у него, намеренно игнорируя приказ о встрече.

— Я сказал, тебя это не касается, — жестко отрезает отец. — Выполни свою часть сделки, и ты выйдешь на ринг в ближайшее время.

— Я не заключал с тобой сделок, — напоминаю ему. — Ты это сделал для себя.

— И для тебя тоже! — заводится родитель.

— Тогда дай мне выбор, — смотрю ему в глаза. — Я и так делаю все, что ты хочешь. Ради семьи. Выбирать для меня соперников и ринг я тебе не дам. Ты в этом даже не понимаешь нихрена.

— Вик, — возмущенно выдыхает мама.

— Извини, — бросаю ей.

— Поэтому я нашел Гордеева. Он знает рынок, имеет связи в сфере медиа. Он точно ничуть не хуже твоего Вайса, — не унимается отец.

— Ты ему платишь. Этим он хуже. Я поеду, — поднимаюсь из-за стола.

— Виктор, не смей меня позорить. Я договорился с человеком. Сказал, что тоже буду на этой встрече. — Отец тоже поднимается, чтобы быть со мной на одном уровне.

— Я не запрещаю тебе туда ехать, — пожимаю плечами. — Ты же договорился, — усмехаюсь и ухожу, слыша, как он зло сопит, а мама цокает каблуками, чтобы успокоить мужа.

На ходу проверяю телефон. Лисенок все еще молчит, и это начинает меня расстраивать и одновременно беспокоить. Вдруг что-то случилось? И до самого Дворца спорта ощущаю некоторое напряжение во всем теле.

В раздевалке еще раз проверяю телефон, понимая, насколько новое все то, что я сейчас чувствую. Впервые меня кроет от того, что девушка не ответила.

Иду в зал, радуясь, что сегодня спарринги. Утро не задалось с самого начала, и мне нужно выпустить пар.

У ринга вижу Терехова с двумя яркими парнями. Один высокий, крупный и массивный, с короткой стрижкой, серьезным взглядом и очевидно тяжелым кулаком. А второй более гибкий и жилистый, с прищуром и надменной, провокационной ухмылкой. Я уже примерно понимаю, что меня сегодня ждет.

— Вить, привет, — здоровается тренер. — Знакомься, — кивает на парней. — Данте и Тика. Бойцы с большим опытом. Бокс, ММА, бои без правил. Владельцы коммерческой сети клубов «Хаос». Думаю, в будущем тебе это может быть интересно.

— Спасибо, — благодарю Терехова, обдумывая неплохой послужной список парней и стараясь прикинуть, где ожидать подвоха. Не просто же так их сюда позвали. Значит, у тренера есть какая-то цель.

— Na, Champion, ready, mal ganz persönlich mit dem Ringboden Bekanntschaft zu machen?² — Тика произносит на отличном немецком, растягивая губы в улыбке и окидывает меня цепким взглядом.

— Halt die Fresse, Tika, — усмехаюсь в ответ. — Sorg lieber dafür, dass deine Beine heute schneller sind als deine große Klappe³.

— Digga, wann hast du den denn gebissen? — Он оборачивается к Данте, но тот лишь молча наблюдает. — Aber ich feier den Typ(en). Dem will ich gleich richtig eine verpassen⁴.

— Große Worte, — пожимаю плечами. — Du laberst ganz schön viel. Mal sehen, was du wirklich drauf hast, wenn’s ernst wird⁵.

Тика смеется, довольно потирая ладони.

— Digga, wenn du nach dem Sparring noch genauso mutig und halbwegs heil bist wie jetzt, zieh ich echt meinen Hut vor dir⁶.

— Шляпу? — усмехаюсь, переходя на русский. — У тебя же ее нет.

— Für dich treib ich schon irgendwo eine auf, — подмигивает он. — Ehrensache⁷.

Я качаю головой, но улыбка не сходит с лица. Тика — отличный провокатор, как я понимаю, но не злой, просто играет.

Тренер устает от нашей болтовни, прерывает ее одним взглядом и объясняет расклад: сначала спарринг с Данте, потом с Тикой. По два раунда, без фанатизма, но в полную силу.

— Разминайся, — бросает мне и отходит в сторону, занимая позицию наблюдателя.

Через десять минут выходим на ринг. Данте сразу занимает центр, ноги широко, корпус чуть наклонен вперед. Уверенный, мощный. В нем чувствуются сила и тот самый опыт, про который говорил Терехов.

Я знаю, как работает тело с его ростом и весом, мы в одной категории, но, как только парень начинает двигаться, изученные мной схемы ломаются. Мне приходится быстро подстраиваться, иначе реагировать, чаще уходить в защиту, пока я не пойму, как его достать.

Адреналин и азарт растекаются по венам. Я становлюсь еще внимательнее. Джебом снова проверяю дистанцию. Данте блокирует. У меня ощущение, что передо мной танк, но я тоже не так прост, как они думают.

Коротко ухмыляюсь и ловлю новый момент для атаки. Бью быстрее, резче, злее, попадая в корпус. Дан тут же идет в контратаку. Сталкиваемся, разлетаемся друг от друга. Тяжело дышим. Его глаза горят. Мои, скорее всего, тоже.

Включаю ноги на полную. Ухожу с линии, выбрасываю двойку. Один удар проходит в плечо.