Арендую няню для холостяка (футболиста) - Донченко Татьяна

– Как персонал, – поправил агент, но в глазах у него мелькнуло что-то похожее на усмешку. – Формально. На деле же, Стефания, будем честны: с ребенком у вас, скорее всего, проблем не возникнет. Максим – мальчик спокойный, увлекающийся, для своего возраста очень самостоятельный. Вопрос скорее в отце.

– В отце?

Агент вздохнул, будто собирался признаться в чем-то неприятном.

– Андрей – человек… непростой. Он привык, что всё вертится вокруг него. Он вспыльчив, бывает резок, не терпит возражений. При этом он достаточно харизматичен, и женщины… ну, вы понимаете.

Я понимала. Я читала желтую прессу. «Футболист Андрей Ветров замечен в компании очередной модели», «Громов разбил сердце наследнице нефтяного магната».

Мой будущий босс был тем самым парнем, про которого говорят «звездная болезнь в последней стадии».

– И что это значит для меня? – спросила я прямо.

Агент пожал плечами:

– Это значит, что вам придется научиться ладить с ним. Вы будете видеть его каждый день. Он, вероятнее всего, даже не будет вмешиваться в процесс воспитания, потому что сам не имеет об этом ни малейшего понятия. По правде говоря, нянька может понадобиться… и ему тоже.

– Вы шутите?

– Если бы.

Я выдохнула.

По сути моя старая жизнь, в которой я отвечала не только за себя, но и за младшеньких, а часто и за старшеньких, – казалась сейчас помахала мне ручкой приветливо так, с сарказмом.

– Значит, вы нанимаете меня няней не столько для мальчика, сколько для его отца, – подытожила я.

Агент развел руками:

– Если хотите – да. Фактически, вы будете человеком, который удерживает этот дом от превращения в хаос. Максим – хороший мальчик, немного зажатый. Но оно и понятно, его мать оставила его, тяжело больна. По правде говоря, мы оплачиваем ее лечение, но шансов нет. Андрей уже оформил на себя его опекунство. Мальчишка ни с кем не говорит. Но я думаю это пройдет, с ним работает психолог. Он не доставит вам хлопот. Но Андрей… с ним придется не просто.

Я закрыла глаза. На секунду представила себе эту картину: огромный дом, одинокий капризный футболист-холостяк, его молчаливый сын и я – девушка, которая должна стать между ними психологом, поваром, секретарем и, если повезет, няней.

А потом я открыла глаза и подумала: «Стефания, у тебя столько братьев. Ты выросла в доме, где мужики вечно что-то требовали, орали, разбрасывали носки и считали, что женщина должна всё успевать. Ты меняла пеленки своим младшим, когда тебе было пять! Ты выводила их детей в парки, в детский сад, на кружки и куда только меня жизнь не закидывала! Ты знаешь этих придурков вдоль и поперек. И если кто-то и способен справиться с избалованным футболистом, который привык получать всё и сразу – то это ты».

– Я согласна, – сказала я, глядя агенту прямо в глаза.

Он удивился. Честно говоря, я сама себе удивилась. Но отступать не в моем характере.

– Отлично, – агент достал из ящика стола пачку документов. – Тогда подписываем контракт. Условия проживания, питание, зарплата – всё прописано. Горничная будет приходить три раза в неделю. Вы отвечаете за Макса, его расписание, его занятия. И за то, чтобы отец не забывал, что у него есть ребенок.

Я взяла ручку. В голове безмолвный крик: «Ты спятила, Стефания. Ты согласилась жить в одном доме с мужиком, который, судя по фотографиям в интернете, не способен удержать штаны на месте, когда дело касается женщин. Ты влезаешь в чужую семью, где всё сложно, запутанно и ждут большие неприятности».

Но другая часть меня – та, что всегда любила вызовы – тихо шептала: «Ну, если они (эти неприятности) так ждут? Не будем их заставлять ждать. Пятеро братьев, Стефания. Ты пережила их подростковый бунт, их друзей, их проблемы с девушками. Ты умеешь ставить их на место одним взглядом. Один футболист тебя не сломает. Подумаешь, большой ребенок с деньгами и славой. У меня старший брат Димка, который в пятнадцать лет украл отцовскую машину и врезался в столб. Если я справилась с ним – я справлюсь с кем угодно».

Я поставила подпись.

Агент убрал документы в сейф и протянул мне ключ-карту от дома:

– Завтра в девять. Не опаздывайте. Андрей этого не любит.

Я взяла ключ, сунула его в сумку и вышла из офиса.

Ну что ж, новая глава. Надеюсь, эта книга не окажется детективом, где главную героиню убивают на третьей странице. Мячом. Раз уж я связалась с футболистами.

3

Стефания

– Ого! – протянула я, озираясь.

Я припарковала свой старенький “Гетц” у ворот и поняла, что попала в какой-то параллельный мир.

Дом, если это можно было назвать домом, больше напоминал закрытый ночной клуб. И это – в девять утра. Не понятно: они так рано начали или… еще не заканчивали?

Огромный особняк в два этажа, подсветка, музыка долбила так, что у соседей, наверное, люстры падали.

На лужайке перед входом толпились люди. Девушки в блестящих платьях, некоторые – в том, что платьем назвать язык не повернется.

Один парень прыгал в бассейн прямо в костюме, кто-то пил шампанское из горла.

Я стояла с сумкой в одной руке и ключ-картой в другой и чувствовала себя провинциальной учительницей, которая случайно зашла на съемки порно.

На мне были джинсы, простая футболка – я думала, что первое знакомство с домом будет проходить в спокойной обстановке. Возможно, за чашкой чая.

Глупая, наивная Стефания.

– Э-эй? – заглянула за порог. – Макс? Андрей Сергеевич?

Внутри дома было еще хуже.

Музыка ревела так, что у меня заложило уши. В гостиной кто-то танцевал на журнальном столике, рискуя проломить стеклянную столешницу.

Диваны были оккупированы телами, и я старалась не смотреть по сторонам, чтобы не увидеть лишнего.

Я пробиралась сквозь толпу как какой-то лосось против течения, пытаясь найти хозяина дома.

Мне нужно было представиться, сказать, что я приехала, получить инструкции – ну, знаете, нормальные человеческие дела.

Но Ветрова нигде не было.

Я обошла первый этаж, заглянула в кухню (там кто-то готовил коктейли сидя прямо на мраморной стойке), выглянула на террасу (там целовалась пара). Никакого футболиста.

Я уже собралась звонить агенту, когда случайно заглянула в столовую.

– Ой!

За огромным дубовым столом, сидел ребенок. Маленький мальчик шести лет в пижаме с динозаврами.

Перед ним стояла миска с хлопьями, а на огромном плазменном телевизоре, вмонтированном в стену, шли какие-то дурацкие мультики про говорящую губку.

За окном гремела вакханалия, а он сидел, совершенно спокойный, жевал хлопья и смотрел на экран так, будто вокруг была уютная тишина библиотеки.

Я узнала его сразу. Макс. Мой подопечный.

Светло-каштановые волосы, серьезные глаза. На фотографиях он выглядел так же – отрешенно и взросло.

Я осторожно присела напротив. Он поднял на меня взгляд, но ничего не сказал. Я помнила, что он не разговаривает. С тех пор, как мама заболела а потом и вовсе исчезла.

– Привет, – сказала я как можно мягче. – Я Стефания. Твоя новая няня.

Он посмотрел на меня, потом снова уставился в телевизор. Ложка с хлопьями застыла в воздухе.

– Я знаю, что ты не любишь болтать, – продолжила я, чувствуя себя полной дурой, потому что разговаривать с молчаливым ребенком под грохот техно – это отдельный круг ада. – Я тоже не очень разговорчивая. Особенно когда вокруг такое.

Я кивнула в сторону окна, откуда доносились крики и смех. Макс даже не моргнул.

– Ты любишь хлопья? – спросила я, пытаясь нащупать хоть какую-то тему.

Он кивнул.

Прогресс.

– Какие больше? С шоколадом или с медом?

Он показал пальцем на коробку. Шоколадные. Я улыбнулась.

– Хороший выбор. Я тоже шоколадные больше люблю.

Мы сидели в тишине. Я смотрела на мультики, он жевал хлопья. Минут пять, наверное. А потом в столовую ворвался ОН.

Я не сразу поняла, что это Андрей. Потому что ожидала увидеть уставшего спортсмена или хотя бы человека, который контролирует ситуацию.