Зелья и предубеждения (ЛП) - Харлоу Ти

— Теперь есть, — я развела руками. — Это наш новый дом.

Глава 11



Элспет

— Почему здесь все такое липкое? — Аделаида с недовольным видом уставилась на пол.

Огги ушла в лес за грибами и травами. Мама смахивала пыль, а Прю наверху «прибиралась» в библиотеке.

Я заглядывала к ней несколько раз: ее версия уборки сводилась к тому, чтобы сидеть на подушечке у окна и самозабвенно читать. Я давно не видела Прю такой воодушевленной, и, признаться, это было приятно.

— Фу, — Аделаида оторвала ладонь от пола: рука была измазана в какой-то бурой субстанции. — Какая гадость.

— По-моему, это древесная смола, — предположила я, сморщив нос.

Я подтолкнула ведро с водой к сестре. Та окунула руку в воду, пытаясь отмыть липкую дрянь.

Я макнула губку в ведро и продолжила драить пол. Каждый раз губка покрывалась толстым слоем грязи и пыли. Скоро придется менять воду. К счастью, прямо за порогом бежал ручей, так что далеко идти не придется.

— Вот бы мы могли заколдовать эти вещи, — мечтательно произнесла Аделаида, и ее голубые глаза радостно заблестели. — Чтобы метла сама подметала, губки терли, а щетка для пыли сама ловила всю паутину.

— Ты хотела сказать: «Вот бы мама могла их заколдовать», — я с удвоенной силой нажала на губку, пытаясь оттереть пятно, в которое только что вляпалась сестра.

Аделаида закивала:

— Ну да, я это и имела в виду. Теперь, когда у нас есть дом, не мешало бы обзавестись такими чарами.

— Может, у мамы в гримуаре Мунфлауэров и найдется парочка подходящих заклинаний, — я глубоко вздохнула. — И это не наш дом.

Коттедж содрогнулся, с потолочных балок прямо нам на головы посыпались мусор и пыль. До чего же капризное место.

Когда домик закончил свою истерику, Аделаида стряхнула грязь с щек и волос.

— Вчера ты говорила совсем другое.

— Я имела в виду, что это наше временное пристанище. Нельзя слишком сильно здесь обустраиваться.

— Знаю. — Аделаида со вздохом потянулась к ведру и шлепнула в него свою губку. — Но неужели тебе никогда не хотелось иметь настоящий дом?

Сверху донесся восторженный визг Прю. По крайней мере, хоть кто-то влюбился в это место.

— Конечно, хотелось. Но и жизнь в дороге не так уж плоха.

Аделаида иронично приподняла бровь.

Я плеснула в нее водой, заставив взвизгнуть.

— Правда не плоха!

Или, по крайней мере, была таковой. Пока наша телега не развалилась, а вместе с ней не рухнули и все наши планы.

— «Не плоха» еще не значит «хороша». — Аделаида принялась оттирать смолу, а затем брызнула водой в ответ.

Я рассмеялась.

— Ты когда-нибудь думаешь о нем? — Аделаида пытливо взглянула на меня. — О Джонасе? Думаешь о том, что будет, если вы вдруг столкнетесь?

Я отвела взгляд.

— Нет. Не с тех пор, как он предал нас. — Предал меня. — И это к лучшему, потому что, если я увижу его снова, не уверена, что он переживет эту встречу.

Мы были вместе два года. Мы встретились, когда мне было двадцать два — я была еще достаточно наивна, чтобы убедить себя, будто мы можем быть как все. Верила: если кто-то полюбит меня по-настоящему, он поймет, почему у меня нет магии. Увидит мою суть и не отвернется.

Мы жили в той же деревне, где провели всю жизнь, пытаясь найти способ снять проклятие и скрывая правду от окружающих. Тогда-то я и встретила Джонаса. Два долгих года я хранила от него секрет, прежде чем решилась открыться.

— Джонас в прошлом, — я терла пол так неистово, что ладони стали красными и саднящими. — Я сосредоточена на будущем.

— Ну да, — отозвалась Аделаида. — Поэтому ты так набросилась на того мужчину, Дрейвена, в тот вечер?

Я поморщилась при упоминании грубияна-трактирщика.

— Он вел себя как последний козел.

— Возможно, — Аделаида качнула головой. — Но ты позволила ему вывести себя из равновесия. Никогда не видела тебя в таком бешенстве.

Я стиснула зубы.

— Мне просто не понравилось, как он хватал ту девочку и как с ней разговаривал.

— Он не Джонас, — мягко заметила Аделаида.

— Я знаю! — огрызнулась я, но тут же вздохнула: — Прости. Просто я на взводе из-за всего, что на нас навалилось.

— Понимаю. Но, может, стоит взглянуть на наше пребывание в Тислгроуве как на возможность?

Я нахмурилась:

— Возможность для чего?

— Завести друзей, — предложила Аделаида. — Выйти из зоны комфорта. Нам всем это не помешало бы.

Я выпрямилась, не вставая с колен.

— И этот выход из зоны комфорта случайно не включает в себя некоего Элма Кингсли?

Мама поперхнулась и закашлялась. Я обернулась и увидела, как она, стоя на стуле, буквально приложила ухо к воздуху в нашу сторону. Заметив мой взгляд, она мгновенно выпрямилась и отвернулась.

— Мама, — с лукавой усмешкой позвала Аделаида. — У тебя ужасный кашель. Тебе не нужен целитель?

Мама прочистила горло, постукивая себя по груди:

— Нет-нет. Вовсе нет. Просто в горле запершило.

Мама ничего не могла с собой поделать. Она и Огги были экспертами в подслушивании. Впрочем, как и все женщины Мунфлауэр.

Я переползла на другой участок пола и принялась за работу.

— Ну так что? — прошептала я. — Тебе нравится Элм Кингсли?

— Может быть, — Аделаида наклонилась вперед, и волнистые золотистые волосы рассыпались по ее плечам. — Он не похож ни на кого из тех, кого я знала, Элспет. Я знаю, что ты ему не доверяешь, но если бы ты просто дала ему шанс…

— Аделаида, будь осторожна. Мы здесь ненадолго, к тому же Элм даже не местный. Относись к этому как к обычной интрижке.

Огонек в глазах сестры погас.

— Как к интрижке. Понятно, — она начала тереть пол с остервенением.

— Что ты вообще о нем знаешь? — спросила я.

— Знаю, что он добрый.

— Джонас тоже таким казался, — отрезала я, вспоминая, как внезапно он изменился, когда я открыла ему правду о проклятии. Тот расчетливый холод, что поселился в его глазах… А я была достаточно глупа, чтобы ничего не замечать, пока не стало слишком поздно.

— Я знаю, что он мне нравится. Что я могла бы представить наше общее будущее.

Мама громко ахнула. Мы обе обернулись: она стремительно закружилась на месте, кашляя еще сильнее и делая вид, что усердно вытирает пыль на самых верхних полках.

Я облизнула губы, с трудом подбирая слова.

— Но… ты знаешь его всего два дня.

— В нем что-то есть. Он другой, Эл.

— Сближение с кем-то всегда сопряжено с риском, — я сглотнула. — Обещай, что будешь осторожна.

Плечи Аделаиды поникли.

— Но как же мы тогда вернем нашу магию?

— Я же сказала, что мы что-нибудь придумаем, — ответила я. — Должен быть способ снять проклятие. В Ведьминских землях проклятия накладывают сплошь и рядом, — я взмахнула рукой, и брызги с губки полетели в Аделаиду. — Есть ведьмы, чья работа заключается только в том, чтобы снимать заклятия.

Разрушители проклятий. Они считались одними из самых могущественных ведьм в Ведьминских землях. И все они работали на Верховную Ведьму, так что обращаться к ним за помощью было исключено. Верховная Ведьма не жаловала тех, кто лишен магии, по какой бы причине это ни произошло. Она славилась своей суровостью, непостоянством и крутым нравом. Не тот лидер, которому я хотела бы доверить нашу судьбу.

— И ты хоть немного продвинулась? — спросила Аделаида.

— Ну, вообще-то мы были слегка заняты, — в моем голосе прорезались оборонительные нотки.

Я и правда не прикладывала столько усилий, сколько могла бы. Не потому, что не хотела вернуть силу, а потому, что вся энергия уходила на наше выживание.

Трудно было даже понять, с чего начать. Разрушители проклятий годами проходят сложнейшее обучение. И даже они не могут снять все подряд — некоторые заклятия настолько запутаны, что их не разбить. Я сглотнула. Но только не это. Прю штудирует книги, и если кто и докопается до истины, так это она.