Господин прокурор - Катерина Траум

Но едва Пейдж поднялась, как внезапно Киллиан перехватил ее запястье цепкими, холодными пальцами, вызвавшими оторопь. Он продолжал смотреть лишь на собеседника и на вопросительный взгляд помощницы даже не повернул головы, демонстрируя ровный профиль и идеально выбритые скулы. У нее перехватило дыхание от напряжения в каждой клеточке тела. Невозможно медленно его жесткий захват стал мягче, а перед тем как отпустить руку Пейдж окончательно, он чуть севшим голосом повелел:

– Не задерживайтесь, мисс Эванс. Не вынуждайте меня искать вас.

– Да, сэр.

С трудом изобразив подобие улыбки, она поспешила в обозначенном Леонардо направлении, чувствуя, как бешено ухало под ребрами. Это точно было предостережение: «Не пропадай в подобном месте. Будь осторожна. Не теряй бдительности». Пейдж буквально услышала это, уловила в колебании прокуренного воздуха, в незначительном биении пульса в его тонких пальцах… Кожа в месте его прикосновения пылала огнем. А понимание, что господину все-таки не плевать и он действительно за нее боялся, будоражило гудящую кровь.

С пересохшим горлом влетев в уборную, она не глядя толкнула дверцу в ближайшую кабинку, закрылась на задвижку и перевела дух. По шее скатилась щекотная капля пота. Вдох… выдох.

Что ж, тут хотя бы не накурено и очень чисто для типичного клозета. Возвращаться за столик ей не хотелось абсолютно: тягучая аура двух противоборствующих хищников, так явно сохраняющих зубастый нейтралитет, оказалась невыносима. Это действительно были львы соседствующих прайдов, где достаточно выставить кончик лапы на территорию противника, чтобы ее лишиться. Вынужденная терпимость с обеих сторон.

Выждав приличную паузу и уже собравшись было с духом, чтобы выйти, Пейдж поправила рукава блузки и тут услышала чьи-то шаги. Затем еще одни, стук каблуков по мраморному полу. Шум воды из крана. Она замерла, прислушавшись как следует.

– Как не вовремя этот законник, – пробормотал строгий женский голос, низкий и немолодой. – Джули, ты точно хорошо вчера убралась в зале?

– Да, синьора, – живо отозвалась ее собеседница, судя по звуку – захлопнув пудреницу. – Ни осколочка. Испачканные стулья очистила, хотя думала, пятна уже не оттереть…

– Да уж, побуянил тут этот напыщенный индюк. Любят же англичане диктовать свои порядки даже там, где не их территория, – недовольно бурчала неведомая синьора.

Джули ей активно поддакнула:

– И не говорите! А уж благородством кичатся! Вот только манеры у нашего дона куда лучше, чем у этого лорда Комптона. И бутылками он точно не бросается.

– Ну так кто его воспитывал? – с очевидной гордостью хмыкнула синьора и с властным нажимом повелела: – Иди, отнеси уже гостям закуски. Что бы Лэйк ни вынюхивал, он в первую очередь гость. И пришел сам. Это большое уважение к моему сыну и к нам, так что стоит ответить тем же.

Дверь хлопнула, а спустя минуту – еще раз. Стук каблуков удалился и затих, и только теперь Пейдж смогла выдохнуть. Значит, совсем недавно тут был скандал… Некий лорд Комптон, чья фамилия прозвучала вроде бы знакомо, кидался бутылками, после чего пришлось приводить в порядок зал. Хорошо, если оттирать пятна от простого вина, а не от чего похуже. Устраивать такое в обители Соланесов – поступок недальновидный, который мог закончиться чем угодно. Это точно будет интересно Лэйку. Как и отношение матери Леонардо к их визиту.

Выждав еще пару минут и помыв руки, Пейдж шмыгнула обратно в зал, и оказалось, что как раз вовремя: Киллиан уже надевал пальто. Бегло глянув на помощницу, он лишь едва заметно кивнул и повернулся к столу дона, неспешно раскуривающего сигару после сытного обеда:

– Думаю, мы друг друга поняли. Вы немедленно закрываете канал…

– Он уже закрыт, господин коронный обвинитель, – издевательски протянул Лео с особым упором на должность Лэйка и насмешливо прищурился. – После случившегося продолжать просто глупо. Так что нет никакой нужды раскапывать схему, которая больше не в ходу. Прижми свою неугомонную задницу.

– …А я, в свою очередь, займусь поисками пропавших капо и солдата, – будто не слыша издевки, продолжил Киллиан, спокойно сложив руки на трости. – Должна же Марго Торрес получить утешение?

– Ее и так утешат, будь уверен. Девочка она развязная, утешителей – толпы. Никто не будет лить слезы по малышу Эндрю, но он принадлежал коза ностра [15]. Значит, должен быть отомщен по закону вендетты. А если Мокрый Билли и Сервантес записались в крысы… Им же лучше, если ты найдешь только трупы. Впрочем, еще посмотрим, кто окажется проворнее – хромой прокурор или мои парни.

– Хромой прокурор однажды наскребет улик, чтобы посадить тебя и твоих парней до конца жизни, – любезно пообещал Киллиан, отвернувшись и направившись к выходу. – Мисс Эванс, вы еще не одеты?

– Минуту, мистер Лэйк.

Пейдж поспешно накинула пальто и выскочила на улицу следом за ним. Солнце ударило в глаза, ослепив после полумрака ресторана. Киллиан неспешно спускался по ступенькам крыльца, а ей не терпелось рассказать ему об услышанном в туалете. Она без конца крутила в голове фамилию «Комптон», чтобы не забыть без блокнота. Наверное, именно ее задумчивость и усиленное внимание к мыскам ботинок стали причиной того, что она на ходу наткнулась на чью-то широкую спину.

– Простите…

– А, крошка Эванс! – тут же развернулся к ней мужчина, и Пейдж вздрогнула, узнав его, – один из тех капо, что беседовали с боссом до их прихода. – Ну какова красотка стала, а? Скажи, Раффи. Оформилась… куколка.

– Еще бы. Мне и тогда хотелось намотать эти кудряшки на кулак, а сейчас тем более, – хохотнул второй мафиози, зажав зубами сигарету, и нагло протянул воняющую дымом руку к ее лицу.

Пейдж вздрогнула и отпрянула, как можно более смело взглянув в их ухмыляющиеся рожи:

– Пропустите меня сейчас же.

– Советую послушаться даму, – послышался за их спинами стальной, поражающий невозмутимостью баритон.

– Она знала, куда шла и к кому. Неужели мы не можем пригласить вашу помощницу составить нам компанию этим вечером, прокурор Лэйк? – делано невинно протянул Раффи, небрежно оглянувшись. – Она не будет против, если мы покажем ей, от чего отказывается.

– Я против, я однозначно против! – повысила дрогнувший голос Пейдж, чувствуя, как к горлу медленно подкатывает паника. Моментально вспомнилась вчерашняя бумага по маминому делу. И то, что сотворили с мамой… Ох, эти дурацкие вихры, беспорядочная копна. Слишком много они привлекали опасного внимания оборзевших самцов.

– Вы слышали, господа! – громче воскликнул Киллиан, жесткостью тона разрезая холодный весенний воздух. – Не вынуждайте применять силу!

– Иди куда шел, калека, а девочка задержится на славное веселье…

Раффи не успел даже договорить, как ему по затылку прилетел четкий, выверенный удар тростью. Пейдж в ужасе ахнула, отшатнувшись к перилам крыльца, когда грузное тело, завалившись назад, полетело вниз по ступеням. Хлынула кровь, а шляпа откатилась в ближайшую лужу.

– Ах ты мразь! – взревел второй капо, моментально потянувшись пальцами за полы пиджака, где виднелась кожаная кобура.

Дальнейшие движения Пейдж едва сумела уловить. Молниеносный удар тростью по руке мафиози заставил того выругаться на итальянском. А затем, перехватив свое оружие за середину, Киллиан с решительным спокойствием вмазал рукоятью со львом по лицу капо. Со сдавленным стоном тот отлетел на перила, а на его щеке и губе расцвела глубокая алая ссадина. От неожиданности такого отпора он едва не перелетел через ограждение на тротуар, но тут его за ворот ухватила крепкая рука Киллиана. Рывком подтянув к себе достаточно массивного противника, он смерил его презрительной чернотой взгляда и прошипел с ледяным, но вполне читаемым бешенством:

– Если дама говорит «нет», это значит – нет. Извинись.