Между жизнью и смертью (ЛП) - Кот Жаклин

Харпер разворачивает полотенце и стягивает его с волос. Скомкав, она бросает его в плетеную корзину, слева от двери.

— Не особо. Я мало что знаю о ней.

— «Знать мало» и «не знать ничего» — это разные вещи. Давай, Харпс, расскажи, что знаешь, — настаиваю я, ожидая продолжения.

Даже не знаю, что хуже — что Харпер что-то знает об этой женщине или, если бы она совсем ничего о ней не знала.

Скорее первое.

Она смотрит на меня и виновато пожимает плечами.

— Знаю только, что Вон видится с ней каждый раз, когда мы приезжаем в Беламур, и ничем хорошим это не заканчивается. Больше я ничего не знаю, — она делает паузу. — Ты пробовала спросить его об этом?

— Пробовала. Он был не в настроении разговаривать.

Подцепляю нитку на одеяле и тяну ее до тех пор, пока она не перестает тянуться. Затем наматываю ее на палец, пытаясь оторвать. Бесполезно.

— Он всегда был такой, — говорит Харпер после минутного молчания.

— Неразговорчивый? — сердито смотрю на черную нитку, а затем дергаю ее еще сильнее.

— Нет, я имею в виду, что он просто никогда не рассказывает о личном. Сколько я его знаю, он всегда был таким, — она подходит к зеркалу и берет со столика кисточку для макияжа. Ее отражение одаривает меня легкой улыбкой. — Не знаю, может быть, просто дать ему немного времени, а потом посмотри, захочет ли он открыться, — она пожимает плечами. — Мужчины — странные создания, особенно этот.

Оставляю нитку в покое — упрямая зараза.

И как бы мне этого не хотелось, я решаю последовать совету Харпер и дать ему время.

У него будет одна неделя.

Глава 17

Не успеваю опомниться, как одна неделя сменяется другой.

Я лежу, уставившись в потолок своей комнаты, сверля его взглядом, словно это он виноват в том, что я не могу уснуть этой ночью. Меня начинает захлестывать чувство безысходности.

За последние две недели мы ни разу не видели советника короля. Хуже того, мы даже не слышали о нем ни единого слова. У нас нет никаких зацепок — о том, когда он появится в купальне, и появится ли он там вообще — а это значит, что мы ни на шаг не приблизились к тому, чтобы выяснить местонахождение Калеба, с тех пор как приехали.

Вполне возможно, советник короля мог выбрать новую любимую купальню или, может быть, нашел новую радость в объятиях своей жены — если она у него есть.

Мы не знаем ничего.

Застонав, переворачиваюсь на бок. Начинаю сомневаться, есть ли смысл в этом плане. Плане, который придумал Вон.

Драгоценное очарование Беламура теряет свой блеск. Я устала от шумной, вечно гудящей городской жизни, от отсутствия щебета птиц и высоких, колышущихся дубов.

Я скучаю по дому. Скучаю по Эзре. И я скучаю по Калебу.

Всё это начинает казаться таким невероятно далеким — словно недосягаемым.

Чувствую себя как старое поношенное пальто, заброшенное в дальний угол шкафа, изношенное и забытое.

В добавок ко всему, я всё еще не имею ни малейшего понятия, кто эта женщина, или какую роль она играет в жизни Вона. Или куда он исчезает поздно ночью, когда его беззвучные шаги громко отдаются эхом на краю моего сознания.

Он был с ней?

Несмотря на мантру, которую я повторяю себе — что едва его знаю, что это не мое дело — что-то глубоко внутри меня хочет знать, требует знать. Как будто у меня есть какое-то дарованное богами право на это.

Поддавшись волне сдерживаемого раздражения, когда в доме воцарилась тишина, я выбираюсь из-под одеяла и направляюсь по коридору к его комнате.

Легонько стучу костяшками пальцев по двери, чтобы не разбудить остальных.

Затаив дыхание, я жду, когда он отзовется.

Ответа не последовало.

Приказываю себе уйти, вернуться в свою комнату и смотреть на этот проклятый потолок, пока не усну. Но что-то внутри меня берет верх, и прежде чем я осознаю, что делаю, моя рука опускается на ручку, и я открываю дверь.

Вглядываюсь в безмолвную темноту.

Кровать заправлена, а его нет.

Утром я сижу за огромным обсидиановым островом на кухне. Как и вся остальная часть поместье, кухня поражает высококачественными материалами, от мраморного пола до изготовленных на заказ шкафов и полированного ониксового потолка. Всё безупречно чистое, сверкает и блестит. Слева от меня располагается кладовая дворецкого, настолько просторная, что в ней могла бы поместиться кухня и гостиная хижины. Она до краев заполнена продуктами и специями, о некоторых я даже никогда раньше не слышала.

Опираюсь локтем о прохладную столешницу, подперев голову рукой. Я уставилась на миску с кашей, посыпанную корицей, больше сосредоточенная на том, чтобы перемешать ее ложкой, чем съесть. Прошлой ночью я боролась с собой — со своими мыслями. С одной стороны, я благодарна, что сегодня вечером нам не нужно работать в купальне — Богиня Света знает, что мне нужен день, чтобы дать отдохнуть моей измученной душе — несмотря на то, что моему телу отдых не нужен.

Справа от меня вид из огромного окна манит, нашептывая на ухо — он зовет меня с тех пор, как я проснулась.

Отвечая на его зов, закидываю ложку каши в рот, выбрасываю остальное и направляюсь на улицу. Первым меня встречает солнце, а за ним — голоса моих товарищей по тренировкам. Сегодняшний день больше похож на летний, чем на осенний. Вдыхаю его полной грудью. Беру обувь в правую руку и спускаюсь с кирпичной террасы на пожухлую траву, радостно шевеля пальцами ног. Замираю на месте, чувствуя, как тело наполняется умиротворением.

Расположенный на вершине холма особняк имеет преимущество в высоте над остальной территорией поместья. С этой точки открывается обзор на весь задний двор — более восьми акров. Высокие стены из огнеупорного кирпича очерчивают периметр территории поместья, обеспечивая надежную защиту от любых любопытных взглядов. Резные статуи крылатых фигур восседают на вершинах стен, словно обозревают владения, которые они охраняют. От земли извиваются лозы, их длинные побеги обвивают статуи, скрывая некоторые почти полностью под зеленью.

Последнюю неделю Харпер обучает Лиру обращаться с мечом. Они начали с деревянного, но сегодня Лира перешла на металлический.

Я показываю ей большой палец вверх, и она улыбается мне.

Харпер, воспользовавшись моментом, наносит Лире удар, остановив меч в миллиметре от ее шеи. Этот маневр красноречиво демонстрирует о ее навыках владения мечом. Харпер отводит меч и говорит Лире, что она всегда должна следить за своим противником. Лира послушно кивает, вновь сосредоточив внимание на Харпер.

Лира не обладает особыми боевыми навыками, и хотя у нее Проклятие Земли, я никогда не видела, чтобы она его использовала. Кажется, что она боится этого. По большей части Лира остается для меня загадкой. Я никогда не слышала, чтобы она говорила, и не знаю, может ли вообще. У меня не хватает духу спросить Харпер об этом. Думаю, она расскажет мне, когда придет время.

Чуть дальше Сорен и Райкер спаррингуются друг с другом. Сорен оказывается на земле. Райкер хватает его за руку и помогает подняться.

— Давай еще раз повторим эту комбинацию.

Сорен кивает, замахивается, и они снова вступают в бой.

Райкер без рубашки и это впечатляющее зрелище — идеально сложенный, огненный близнец. Блеск пота подчеркивает его рельефные мышцы, отточенные годами сражений. Его тело двигается быстро и точно. Наблюдать за его поединком всё равно, что смотреть на тщательно отлаженное орудие разрушения. Могу только представить, каков он на поле боя.

Могу только представить, каков он в спальне.

На меня падает тень.

— Вижу, тебе нравится то, что ты видишь? — шепчет мне на ухо Вон, склонившись над моим плечом.

В таком положении я чувствую, как его жар накатывает на меня тяжелыми, требовательными волнами.

— Возможно, — отвечаю, не потрудившись отвести взгляд от Райкера. Прозвучало даже лучше, чем я ожидала.