Я сглатываю. Конечно, для него это естественно, он же привык к боли. Скоро привыкну к ней и я.
— Начнём, — говорит Тэйн, поднимая меч.
Я двигаюсь первой.
Шаг вперёд и клинок рассекает воздух в быстрой дуге: точный, прямой удар. Тэйн парирует без усилий, отводя мой меч лёгким движением запястья. В руку уходит тупое давление, не боль, но тяжёлый отклик, будто ударяешь по твёрдой стене.
Не успеваю выдохнуть и он уже атакует. Я ускользаю в сторону, но он мгновенно меняет позицию, клинок снова идёт сверху. Я успеваю закрыться, едва.
Меч дрожит в ладонях, отдача уходит в пальцы. Он проверяет мои реакции, мою скорость, мой инстинкт.
Перестраиваюсь и атакую вновь, быстрее. Тэйн отбивает точно, легко смещается вперёд. Мне приходится отступать. Он не даёт пространства, не оставляет пауз.
Сталь сталкивается со сталью, глухие удары пробегают по рукам. Я пытаюсь предугадать его шаг, но он слишком точен, слишком выверен. Я бью, а он отражает. Я приближаюсь, а он исчезает из досягаемости. Каждый мой выпад вхолостую. Он просто неуловим.
Тук — рёбра. Смертельный удар. Я выпрямляюсь, но…
Тук — грудь. Смертельный удар. Я режу воздух мечом, остро и быстро, а он выбивает клинок, как будто я играю деревянной палкой.
Тук — шея. Смертельный удар. Раздражение сжимает грудь.
Как, мать его, он это делает?
Сжимаю зубы, меняю стойку, пытаюсь предугадать, а не реагировать, но бесполезно. Он всегда на шаг впереди.
Тук — живот. Смертельный удар. Я рычу, чувствуя, как жар ползёт вверх по спине. Он даже не запыхался.
Я вкладываю в удар больше силы, целясь в бок, но Тэйн легко уходит, его меч скользит по моему, отбрасывая с точностью и силой. Словно он не бьёт, а исправляет моё движение.
Тук — плечо. Смертельный удар. Я резко выдыхаю, чувствуя, как грудь сжимает напряжение. Я тренировалась. Я сражалась. Но это — не бой. Это урок, которого я не просила.
Тук — бок. Смертельный удар. Блядь. Он хоть немного вспотел? Потому что я вся мокрая. Пот стекает по спине, перемешиваясь с раздражением и злостью.
Интересно, как выглядит бой, когда он действительно старается?
Я продолжаю. Удары, шаги, дыхание. Всё тяжелее, всё медленнее. Руки будто налиты камнем.
— Ты всё ещё колеблешься, — говорит Тэйн, легко отбивая мой удар, будто смахивает пыль. — Реагируешь на меня, вместо того чтобы управлять боем.
— Я стараюсь, — сжимаю рукоять меча крепче.
— Старайся сильнее.
Он делает низкий выпад, я успеваю отпрыгнуть, но шаг выходит неровным. Тэйн не добивает, а лишь чуть отступает и опускает клинок.
— Сбрось и начни заново. На этот раз веди бой сама.
— И что это вообще значит?! — тяжело выдыхаю, чувствуя, как пот стекает по вискам.
Он склоняет голову, взгляд холодный и ровный.
— Это значит, что сейчас всем управляю я, — спокойно объясняет он. — Я решаю, когда атаковать и когда остановиться. Я задаю темп, ритм и расстояние. А ты — всего лишь реагируешь.
— И как мне это изменить?
— Возьми контроль.
— Великолепно. Очень конкретно, — прищуриваюсь я.
В его глазах нет раздражения, только сосредоточенность.
— Обрати бой, Амара. Перестань ждать. Заставь меня подстраиваться под тебя.
— Звучит просто, — сдерживаю раздражённый вздох.
— Если бы было просто, тебе бы не пришлось учиться, — отвечает он спокойно.
Я стискиваю зубы, но он продолжает:
— Сейчас ты обороняешься. Уклоняешься, отвечаешь, но не ведёшь. Ты ждёшь, пока я ударю, чтобы ответить.
— Так нас учили в деревне.
— Значит, учили неправильно.
Я бросаю на него взгляд, но он даже не моргает.
— Хороший воин сам задаёт ритм, — говорит он тихо. — Я вижу твой следующий шаг прежде, чем ты его сделаешь. Я контролирую движение, дыхание, пространство. Я решаю, когда тебе позволено дышать.
И это ранит сильнее любого удара.
— Как это исправить? — спрашиваю, чувствуя сухость во рту.
Его пальцы крепче сжимаются на рукояти меча.
— Ты задаёшь темп. Заставляешь меня двигаться туда, куда хочешь ты. Не машешь вслепую, надеясь на удачу. Бой строится не на случайности, а на расчёте. Создавай ловушки. Перекрывай пути отхода. Думай наперёд. Перестань сражаться, словно это всего лишь тренировка.
Он отступает на шаг, поднимая меч.
— Начни драться так, словно действительно намерена победить.
Я сглатываю. Пот стекает по вискам, мышцы дрожат от усталости.
Но всё равно поднимаю меч.
На следующее утро я снова стою с Валеном. На этот раз нас ждёт другая стихия.
Воздух прохладный и влажный, запах сырой земли тянется над тренировочным полем. Тело болит после вчерашних занятий с Валеном и Тэйном. Я стою у края поляны, рядом с магом, лицом к небольшому озеру.
— Сегодня займёмся Водой, — произносит он. Его голос спокоен, наставителен, но взгляд внимательный, изучающий и оценивающий.
Киваю, разминая пальцы. Вода. Текучая. Живая. И та, что чуть не поглотила меня раньше.
— Воду нельзя заставить, — говорит Вален. — Она не твёрдая, как Земля, не требовательная, как Огонь, и не свободная, как Воздух. Она течёт, куда пожелает. Твоя задача — двигаться вместе с ней.
Делаю медленный вдох, стараясь очистить голову и почувствовать стихию, как Землю накануне.
— Закрой глаза, — говорит он. — И слушай.
Я подчиняюсь. Мир вокруг сжимается до звуков и ощущений. Слышу тихий плеск у берега. Лёгкое движение под водой. Холодный туман оседает на коже.
Я тянусь.
Ничего.
Тишина натянутая, как струна. Хмурюсь, стараясь сильнее, пальцы сжимаются. Всё так же — ничего. Я раздражённо выдыхаю.
— Ты пытаешься заставить её, — говорит Вален. — А Воду не заставляют. Её чувствуют.
Я фыркаю, злясь.
Я ведь не заставляю.
Хотя… заставляю.
Выравниваю дыхание и расширяю внимание. Что-то едва уловимое скользит по краю сознания — лёгкое движение, притяжение. Пульс сбивается. Вода вздрагивает… и снова замирает, утекая из-под моего контроля, как песок сквозь пальцы.
Резко втягиваю воздух, сжимая кулаки.
— Я чувствовала её!
— Тогда почему отпустила? — Вален остаётся спокоен.
Хмурюсь, встряхиваю руки и снова сосредотачиваясь.
Двигайся с ней, а не против неё. Но как?
Земля понятна. Её можно почувствовать под ногами, взять в ладонь, пропустить песок сквозь пальцы. Даже в движении она остаётся рядом, такая устойчивая и надёжная. А вода — нет. Как удержать то, что не хочет быть удержанным?
Я пробую снова и снова. Каждый раз чувствую её на грани — лёгкий шорох, дыхание. И каждый раз она ускользает.
— Проклятье, — выдыхаю, чувствуя, как напрягаются плечи. С Землёй всё было просто. С этим — нет.
— За что ты цепляешься в себе, что не даёт тебе всплыть? — тихо спрашивает Вален.
Боги.
Родители. Сомнение. Страх. Что подведу их. Что подведу всех. Что уже подводила.
А за что я не цепляюсь?
— Ты относишься к ней, как к камню, — говорит Вален, делая шаг ближе. — Как к чему-то, что можно схватить и удержать.
— Иного не умею, — я стискиваю зубы.
— Поэтому тебе придётся учиться, — кивает он.
— А если у нас нет на это времени?
— Тогда научишься быстрее.
Я прикусываю щёку, снова сосредотачиваясь. Вода всегда движется.
Реки земель Водного Клана веками режут каньоны. Неторопливо, но неотвратимо. Приливы и отливы южных побережий следуют за луной. Предсказуемо, но непреодолимо. Горные озёра шевелятся от малейшего ветра. Беспокойные, но живые.
Вода никогда не останавливается. Никогда не ждёт. Её нельзя заставить.
Но, может быть, её можно услышать.
Я отпускаю. И тянусь. Не за контролем. За связью. Сдвиг. Притяжение. Не сильное, не твёрдое, но ощутимое. Вода откликается.
