Госпожа портниха - Стрельникова Кира

А вот несколько месяцев назад, на соседней улице, появилось заведение некой госпожи Милицы, и вот тут у Микоша начались проблемы. Клиентки уходили к ней, потому что там, по их словам, и ткани лучше, и фасоны, хотя приходилось переплачивать раза в полтора.

– Так они теперь туда постоянно ходят, а ко мне если кто и заглядывает, то так чисто по старой памяти, – совсем пригорюнившись и подперев кулаком щеку, грустно закончил пан Микош. – Пришлось распустить швей и самому сесть за машинку, в неделю если удается продать пару-тройку платьев или юбок с блузами, так уже праздник. – Он в который раз вздохнул.

– Ага. – Я прищурилась, допила чай и решительно отодвинула пустую кружку. – Ну-ка, покажите мне ваши наряды.

Мы вернулись в холл и поднялись по лестнице на второй этаж, где находился демонстрационный зал с манекенами. Я оценивающим взглядом окинула одежду на них: три повседневных платья, мужской костюм и еще один наряд в процессе пошива, судя по некоторой кособокости и отсутствию рукава.

– Вот, это племянница булочника заказала, а эти два – помощница торговца книгами, – пояснил пан Микош, чуть суетливо одергивая наряды. – А вот это – домашнее платье для госпожи ткачихи. Она в обмен обещала мне целый отрез батиста – для нижних юбок и сорочек, – закончил горе-портной.

Хотя тут не все потеряно. Я осмотрела критическим взглядом платья, пощупала ткань – добротная, вполне приличного качества, хорошо выделанный лен и хлопок. Можно было бы и получше, на мой взгляд.

– Так, мне бы посмотреть на этих племянницу и помощницу, – задумчиво протянула я. – В принципе фасоны недурные, но я бы кое-что добавила…

В результате совершила короткую вылазку в булочную, где работала та самая племянница – как раз прикупить к чаю то, что подъели, – и в книжный: вдруг найдется что-нибудь по дизайну одежды?.. Выяснилось, что племянница похожа на пышечку: румяная, бойкая и, скажем так, в некоторых местах объемная. А вот помощница – наоборот: высокая, худощавая и с плоской грудью. Вернулась я к пану Микошу с пакетом со сдобой и парочкой женских журналов под мышкой, полная воодушевления и жажды работы.

– Так, драгоценный мой, тащи-ка мне сюда кружево и атласные ленты, – распорядилась я. – Подправим слегка твои заказы, дамочки будут в восторге, вот увидишь.

Хотя бы с цветами пан Микош не прогадал: румяной белокожей булочнице отлично подойдет яркий золотисто-желтый, а долговязой помощнице-брюнетке – приятный мятно-зеленый. Вот только нашьем на корсаж первой атласные ленты, чтобы визуально уменьшить ее объемы, ведь никакой корсет не справится, и уберем полоску рюши по декольте. Я на мгновение задумалась, а не сделать ли его V-образным, но потом отказалась от этой идеи. На объемах булочницы такое решение выглядело бы слишком вульгарным. А так нашьем еще спереди ряд маленьких бантиков из атласа и вертикально сами ленты, и будет отлично!

Помощнице же подчеркнем талию – она у нее тонкая и изящная – широким поясом, а плоскую грудь увеличим как раз парочкой пышных рюшей, и еще можно снизу к юбке их нашить. Тем временем прибежал запыхавшийся Микош с коробкой в обнимку, и я сразу залезла туда, дотошно выискивая подходящие оттенки лент и кружева.

– Когда должны за заказом прийти? – деловито уточнила я, придирчиво разглядывая две почти одинаковые ленты.

– Так после обеда, – с готовностью ответил пан Микош.

– Есть что-нибудь еще из готового или только вот это? – на всякий случай спросила я, все же выбрав правую ленту – она вроде понасыщеннее цветом, чем левая.

Владелец ателье помялся, потом неуверенно кивнул.

– Д-да, есть, только никто не хочет покупать. – Уголки его губ печально опустились.

– Тащите сюда, посмотрим, – распорядилась я, направившись к платью на манекене.

Не знаю, кем я была в прошлой жизни, но это новое тело помнило все навыки. Иголку в руках держала уверенно, и пришить новые украшения получилось на загляденье ровно, незаметно и крепко. Полюбовавшись на дело своих рук, я наконец обратила внимание на еще три манекена, которые пан Микош вынес из кладовой.

– Вот, – он взмахнул рукой.

Так, и что тут у нас? Окинув оценивающим взглядом платья, я поняла, почему их не брали: они были… без изюминки, что ли. Добротные, классические силуэты, спокойные цвета – приятный голубой, приглушенный розовый и насыщенный шоколадно-коричневый. Ткань – все тот же тонкий хлопок и что-то вроде штапеля, очень приятного к телу. Добавить бы каждому… добавить… что-нибудь…

– Несите всю отделку, что у вас есть, – дала указание я, а в голове уже замелькали варианты, как можно украсить и придать свежесть этим платьям.

Да у нас их с руками оторвут, готова спорить на что угодно! А еще надо бы узнать, есть ли тут что-то вроде типографии, заказать там визитки и открытки и расклеить в ближайших магазинчиках и кафе. Придется вложиться в рекламу, но, уверена, она окупится. Возможно, на первое время и заем у банка надо будет взять, ведь шить из чего-то нужно, и, кстати, пройтись тут по галантерее: глянуть на ткани, фурнитуру, отделку…

– Держите! – отдуваясь, выдохнул пан Микош, а я очнулась от размышлений.

Пол был уставлен коробками, в которые я с радостью зарылась, и владелец ателье присоединился ко мне. Вскоре мы уже с азартом обсуждали мои дополнения, носясь вокруг манекенов, споря до хрипоты и размахивая руками. Пан Микош оказался жутко консервативным типом, но я умела отстаивать свои идеи.

– Да куда ж сюда черное кружево?! – страдальчески вопрошал он, заламывая руки. – Мрачно же все! А драпировка эта зачем?! Да еще и тюлем?

– Потому что органзы у вас нет, а это придаст легкость и пикантность, – спокойно отвечала, прикалывая на корсаж кусок ткани. – А если еще расшить блестками, вообще чудно выйдет.

– А рукава?! Чем тебе рукава не угодили? – чуть не стонал пан Микош, раненым лебедем падая на манекен рядом и обнимая его, как любимую девушку. – Это же неприлично, голые руки!

– Кто сказал голые? – выгнула я бровь и выхватила кусок еще какой-то легкой ткани: не органзы, конечно, но тоже воздушной и полупрозрачной. – Сейчас все сделаем…

В результате моих доработок платья приобрели совсем другой вид, и пан Микош, на полуслове прервав свои рыдания и стенания, оторопело уставился на наряды, часто моргая.

– Ну как? – с довольной улыбкой спросила, с неприкрытой гордостью любуясь делом рук своих.

– А… э… – невнятно промычал владелец ателье.

– Спорим, как только мы выставим их на витринах – раскупят на следующий же день? – азартно предложила вдруг я, хитро прищурившись. – И если так, вы берете меня в полноценные компаньонки и помощницы, а чистый доход делим пополам!

Кажется, от моей наглости пан Микош слегка обалдел, однако на меньшее я не собиралась соглашаться. В конце концов, мне еще жилье искать, и желательно сегодня!

Глава 2

– А если нет? – дотошно уточнил настороженный пан Микош, скрестив руки на груди, и покосился на манекены.

– Купят, – уверенно повторила, гордо оглядывая дело своих рук.

Не знаю, откуда у меня такая уверенность, может, из той, прошлой жизни, которая осталась где-то далеко. Но платья с моими доработками смотрелись изысканней и отличались от обычной одежды, которую я видела на улице.

– А если не купят? – настойчиво заладил пан Микош, хмурясь сильнее.

– Ну тогда я уйду к вашей конкурентке! – разозлившись, рявкнула на него, отзеркалив позу и скрестив руки на груди.

Аж уши торчком встали и хвост нервно мотнулся, реагируя на мое состояние. Владелец ателье вздрогнул, на его лице мелькнула тоска.

– Лучше, чтобы купили в таком случае, – пробормотал он.

– Тогда берите эти манекены и несите к витринам, – решительно заявила и первая шагнула к предметам.

Но не учла, что в этом мире есть магия, которой я совершенно не обладаю. Пан Микош, по-прежнему хмурый, щелкнул пальцами, и манекены поднялись в воздух, двинувшись за ним на первый этаж. Я же шла с невозмутимым видом, будто каждый день такое видела.