Восемь недель за вуалью (СИ) - Верескова Дарья

— Привал! — громко объявил Лойд, который за все последние дни ни разу не проявил слабости, несмотря на сломанную руку. И даже сейчас он не остановился, пока не отыскал источник воды, ни на секунду не выказав сомнения.

Я поражалась силе этого мужчины и понимала, что без него мы бы никогда сюда не дошли. Его несгибаемая воля, умение гасить конфликты и принимать лучшие для команды решения невольно вызывали уважение у каждого, даже у Роя, пусть тот и не показывал этого ни словом, ни делом.

Таррен помог усадить Билла на землю, но после этого ко мне не подошёл. Он долго вглядывался в тёмную чащу, пока мы разбивали лагерь, словно ждал нападения в любой момент.

— Ты собираешься спать? Лойд уже выставил по два человека на дежурство, наша очередь через четыре часа, — я подошла к нему, едва прикоснувшись к руке, но в ответ он только отрицательно покачал головой.

— Этого недостаточно, — произнёс он. — Ложись, я буду дежурить всю ночь. Нам стоит опасаться не только нечисти.

— Что ты знаешь об этих отрядах, которые напали на предыдущую миссию? — спросила я его прямо.

Его зелёные глаза рассматривали меня долго, изучающе, будто Таррен прикидывал, сколько именно он может мне раскрыть. И впервые это причинило мне настоящую боль.

— В моё время их не существовало, — ответил он после долгой паузы. — Никто не покидал Вермитур, чтобы преследовать чужаков.

В его время…

— Таррен… — Его тело мгновенно напряглось, когда он понял, что я собираюсь спросить о чём-то личном. — Как мне доверять тебе? По-настоящему, полностью?

— Ты спасла мою жизнь, и клянусь, я никогда не подвергну твою опасности, — произнёс он неожиданно жёстко. — Ты можешь решить продолжить путь без меня, но я всё равно последую за тобой.

С каждым его словом что-то разрушалось внутри меня — стены, которые я старательно возводила после того, как Рой бросил меня.

— Ложись спать, — тихо добавил он. — Я буду дежурить все последующие ночи.

И он действительно дежурил: и эту ночь, и все последующие, пока мы наконец не добрались до нашей цели. За это время нежить пыталась напасть на нас четырежды, и всегда под покровом темноты, но Таррен неизменно первым замечал угрозу, несмотря на то что рядом постоянно находились часовые.

Члены моего отряда не раз пытались допытываться у Таррена о его прошлом. Особенно усердствовала Эллен, постоянно крутившаяся рядом с мужчиной, но он всегда отвечал, что ничего не помнит. На вопросы же о своих удивительных способностях он говорил лишь, что мышечная память порой отличается от памяти разума.

Как бы тяжело ни было это признавать, мы вряд ли добрались бы так далеко без Таррена… И без Роя. Их сила и реакция разительно отличались от нашей, но если Рой получал ранения, которые заживали почти мгновенно, то Таррен просто умудрялся уворачиваться от ударов. Из-за этого спекуляции о его прошлом достигли почти смешных масштабов.

Кто-то верил, что он принадлежал к тем самым карателям, покидавшим Вермитур. Другие считали, что Таррен был легендарным охотником на нечисть, до которого она в итоге всё же добралась и которого я нашла в самый важный момент.

Вуаль возникла прямо перед нами к концу шестой недели — плотная, куда менее прозрачная, чем та, которую мы пересекали в Астралисе и Доминис Мора.

К сожалению, «окно» для безопасного перехода вуали с использованием укрепляющих зелий давно закрылось, и у нас оставался только один шанс — ждать кислотного дождя, который рано или поздно должен был начаться. К тому моменту нам следовало отыскать укрытие или построить его неподалёку от вуали — там, где она казалась чуть тоньше. И мы знали точное место, потому что сразу за пеленой начиналась массивная каменная стена, которую мы видели, пусть и нечётко.

— Они знают, что мы здесь? — спросила я Таррена или, может быть, Роя.

Стена не была бесконечной: в какой-то момент она обрывалась там, где почва становилась плотнее и где когда-то проходила старая дорога, которую я узнавала по снам с Исабо. Эта дорога упиралась в открытые ворота, за которыми угадывались неясные силуэты.

Жители Вермитура, ожидающие, когда мы наконец пересечём вуаль.

***

Огромное спасибо за награды, Julia Sheretko-Pushkina, Снежана Маскаева, id12121066, Lyudmila Kalashnikova, Ольга

Глава 23.3. Под стенами Вермитура

— Как только мы пересечём вуаль, Рой подтвердит свой статус, а мы окажемся его сопровождением. После этого мы сможем передвигаться по городу — свободно или нет, мы не знаем. Не вступайте в конфликты с местным населением, держитесь вместе, не делайте резких движений. Помните, что наша цель — красная башня и обнаружение источника печати истощения.

Громкий голос Лойда успокаивал меня, пока он распределял зелья.

Мне зелье было не нужно, я могла бы пересечь вуаль прямо сейчас, но что дальше? Я окажусь в руках местного населения?

— Рой? — Лойд давал Феррелу шанс подтвердить или опровергнуть план, потому что… сейчас его участие было ключевым. Если он не назовёт нас своим сопровождением — мы окажемся под большой угрозой, ведь у крохотного отряда, половина из которого была ранена, не было шансов против жителей огромного города.

Или королевства?

— Всё верно, — холодно усмехнулся Рой, блеснув глазами.

Вообще-то даже этот план был очень опасным. Мы двигались вперёд, основываясь на словах Роя, но что, если все эти статусы и сопровождение давно не работают? Никто из нас не был в Вермитуре, кроме Таррена…

Который тоже не был там давным-давно. Я даже не знала, сколько времени он провёл на дне озера красной вязи.

Ожидая кислотного дождя, мы старались помочь раненым, как могли, а также сооружали укрепления прямо около ворот — вырубив несколько деревьев, мы собрали защиту из брёвен, укрепляя её грязью и камнями. Нежить была слышна только в отдалении, она не особо любила вуаль.

За это время мы узнали, что Биллу осталось жить только четыре недели, а Бек оказался девственником.

Разговоры у костра объединяют.

— Так и помрёшь, не тронув женщину! — грубо произнёс Генрих, а потом продолжил, нудя, как старый дед. — Может, это и к лучшему, а то попадётся гулящая…

И за это… все были ему благодарны. Он сменил тему после того, как мы узнали о Билле, и разрядил тяжёлую атмосферу.

— Я могу помочь с твоими бородой и усами, поверь, я всегда подсказываю друзьям, что нравится девушкам, — тут же влезла Эллен.

Я же… преступно наслаждалась этими днями, понимая, что как только мы пересечём вуаль, всё изменится. Исследовала найденный рядом с захоронениями землян прямоугольный предмет и в какой-то момент смогла снять с задней стороны крышку — внутри обнаружилось отверстие под объекты прямоугольной формы и какие-то пружины.

Мы с Тарреном часто наблюдали за кроваво-красными закатами и рассветами, уходя подальше от остальных. Он обнимал меня со спины — большой, тёплый, пахнущий солнцем и смолой. Иногда мы позволяли себе забыться в руках друг друга, но это случалось нечасто. Невозможность заняться сексом полноценно просто сводила с ума, и такие моменты только раззадоривали меня ещё сильнее.

И дико бесили.

Мы разговаривали, точнее, пытались — он спрашивал меня о моей семье, но, видя, что я почти не отвечаю, быстро переставал. Он умел читать меня буквально с полуслова. Таррен вновь пытался узнать, сколько дней мне осталось жить, но я отшучивалась, говоря, что если бы не печать, я бы никогда не оказалась в озере красной вязи и не встретила его.

Я тоже пыталась расспрашивать его — как он оказался в озере, сколько там пробыл… Но он закрывался, и я не настаивала. Несмотря ни на что, я была… почти счастлива. Даже просто молчать с ним было хорошо.

— Как ты это делаешь? Никогда не сомневаешься? — спросила я почти с восхищением.

Я тоже так хотела.

— Этому учишься на тысячах ошибок. Каждая из них — урок, и со временем понимаешь, что никто, кроме тебя, не в ответе за твоё будущее. Всё, что происходит с нами — наш собственный выбор, всегда. Я принимаю все последствия своих решений.