Мир без вуали (СИ) - Верескова Дарья

***

Возвращалась в Вермитур я на своей драконице, хотя Таррен считал это неразумным. Этарр легко мог вынести двух наездников — да что там, он и десять, и, наверное, сотню поднял бы, даже не заметив, что на его спине кто-то есть, в то время как для Арти длительные перелёты всё ещё оставались проблемой.

Алтус находился всего в паре часов лёта на драконе — это если двигаться непрерывно, чего Артассиа пока не умела. Мы останавливались несколько раз, сразу же, как только она проявляла признаки усталости, и всё это время я расспрашивала Таррена о его планах на Доминион. Моим условием оставалась независимость города, и я надеялась, что со временем президент и Таррен смогут найти общий язык. Теперь, после того как земляне настроили рацию, у меня хотя бы был способ связаться с Мэйсоном Кроссом, но Доминиону всё равно придётся что-то предложить Таррену в обмен на защиту и патрули, потому что на данный момент единственной причиной, по которой он на это согласился… была я.

— Как ты сможешь защитить Доминион?

— Я включу его в наши регулярные патрули. В данный момент мы облетаем Алтус, города Вермитура, Доминис Мора и многие другие, о которых ты никогда не слышала, раз в сутки, у каждого своё назначение, — Таррен говорил об этом настолько обыденно, что я не сомневалась, что всё под контролем.

— И кто поддерживает тебя? — я вспомнила лорда Грахна и Перрина. Находятся ли они в оппозиции к власти Таррена?

— Лоррин Элд, Гвайрр, Варрон де Бриенн, лорд Клермон… и Каллен, — закончил Таррен, и я неверяще подняла на него глаза. — Остальные тоже будут вынуждены подчиниться, но я буду ломать их мнение по одному, незаметно.

— Как это возможно? Я про Каллена.

— Он уже даже провёл полный ритуал, для этого ему специально привезли око из Салира.

Я могла только посочувствовать его жёнам и одновременно едва сдерживала болезненное любопытство, желая узнать, кто вошёл в их число. Сейчас, без преобразователя и энергии, которая подавалась в Око, эти браки, наверное, считались недействительными, хотя вряд ли население вообще об этом знало.

— Ты слышал что-нибудь об Астралисе? Рой сейчас там…

— Волнуешься о нём? — мужчина блеснул глазами, и я даже хмыкнула, настолько нелепо это прозвучало. — Скорее всего, он уже объявил Астралис своим королевством вместе с ближайшими территориями, и всё, что я могу сделать, — прилететь туда и вызвать его на поединок, как это было в Доминис Мора.

Я кивнула, потому что чего-то подобного и ожидала.

— Или в Астралисе, как и в Доминионе, не признают власть короля?

— У нас есть своё правительство, но семья Роя владеет городом… Владела, в прошлом. Принятие в их род означало избавление от печати. Я не совсем знаю, как жители отреагируют на исчезновение печатей и на то, что Рой объявит себя королём, если это, конечно, вообще произойдёт, но не удивлюсь, если многие просто примут это как данность. Мы выросли, зная, что Феррелы находятся на другом уровне…

— Но он не женился на тебе, несмотря на то, что знал о твоей печати? — жёстко спросил Таррен.

Зачем?..

— Он не знал, что у меня есть печать, впрочем, это ничего не изменило бы, — уверенно ответила я. — В тот момент Эллен была беременна.

— Он не любит тебя и никогда не любил, — Таррен смотрел на меня, наклонив голову и прожигая глазами, будто пытался прочесть что-то у меня в мыслях.

А Таррен любит? Возможна ли вообще любовь для таких, как он или Рой, когда в голове грандиозные планы, а близкий человек никогда не стоит на первом месте?

— Я не думаю, что он любит хоть кого-то, кроме себя, — лаконично ответила я, вновь поворачиваясь к Артассии.

***

Пролетая над Алтусом, я чувствовала… эйфорию. Люди поднимали головы, указывали на нас пальцами, улыбались, пытаясь разглядеть, кто находится на спинах драконов, а мелкая Арти вызывала у них особый ажиотаж — она всё ещё была ребёнком и казалась куда большей диковинкой.

Гигантские фигуры драконов, рассекающих небо над городом, завораживали, и почему-то с того самого момента, как я освободила их, моё восхищение только росло с каждой неделей. А может, дело было в связи с собственной драконицей, потому что раньше они не вызывали у меня и десятой доли этих чувств.

Этарр пошёл на снижение первым, а я последовала за ним под внимательными взглядами других драконов, которые поворачивали в нашу сторону мощные головы на длинных шеях и издавали утробные звуки. Поляна около красной башни использовалась для приземления, и сейчас превратилась в настоящее месиво из глины и грязи, перемолотых гигантскими драконьими лапами и когтями.

Таррена встречали его воины, среди которых сразу выделялся Каллен, очень сильно изменившийся с момента нашей последней встречи. Он заметно вырос, как когда-то Рой, раздался в плечах, а в лице появилась какая-то новая жёсткость.

Видел ли он воспоминания других? Знает ли теперь, что мои слова о печатях на самом деле были правдой?

Среди встречавших нас я не увидела ни одной женщины, зато, когда мы оказались во дворце, всё изменилось. Слуги выстроились в ряд, и многих из них я не узнавала — не потому, что плохо помнила. Нет, их наняли недавно, и они явно держались друг друга. Мадам Ларре я не увидела, как и Паулу, зато мажордом Касса оставался на месте.

А здесь первое место среди встречавших явно занимала леди Октавия Таггерт с её невероятной осанкой, потрясающе дорогими украшениями и богато отделанным платьем. Тонкую талию подчёркивал тяжёлый позолоченный пояс, сидевший на бёдрах.

— С возвращением, Ваше Величество, — громко произнесла она. — Я переживаю, что к леди Франческе, вашей фаворитке, люди могут относиться плохо, зная, что она похитила Око Дракона.

Вообще-то Око похищала не я, а мои напарники…

Слова Октавии заслужили одобрительные взгляды присутствующих.

— Мои подданные будут относиться к леди Франческе так, как я скажу им к ней относиться, — ледяным голосом ответил Таррен, заставив остальных вздрогнуть, но на Октавию его тон, наоборот, произвёл какое-то взбудораживающее впечатление. Она чуть подалась вперёд, ещё сильнее распрямив плечи.

Таррен взял меня под руку и повёл сквозь плотный строй слуг и придворных, а когда мы миновали последних, даже не замедлился, продолжая вести меня туда, где я жила совсем недавно, — к покоям фаворитки.

— Они правы, — тихо произнёс за нашей спиной Каллен. — Жителям это не понравится, они плохо переносят перемены, и кто-то может связать появление леди Франчески с тем, что дракарры перестали быть бессмертными.

А с исчезновением печатей они меня связать не хотят? Или с тем, что драконы вообще оказались на свободе?

— Франческа — дракарр, она оседлала своего дракона, и относиться к ней будут с уважением. Я во всеуслышание объявил её своей фавориткой, она является членом моей семьи, а значит, любое нападение на неё — нападение на меня. С теми, кто этого не поймёт, я разберусь лично.

С этими словами Таррен закрыл дверь, оставив нас одних в «моих» покоях, где почти ничего не изменилось — здесь по-прежнему поддерживали чистоту, каждый вечер отапливали комнаты и время от времени открывали большие окна, чтобы впустить свежий воздух.

Я же… просто не знала, что теперь делать. Я сама попросила его прилететь, сама согласилась вернуться, но совершенно не представляла себе наших отношений или моего будушего здесь.

Вряд ли Таррену было дело до моих тараканов — в отличие от меня, он не сомневался даже тогда, когда всё пошло под откос, и явно не собирался теперь жалеть о собственных решениях. Он обхватил меня за затылок, запустив пальцы в волосы, и поцеловал.

Такие знакомые губы, его тело, запах…

Первые несколько секунд я не отвечала, оставаясь напряжённой… а после расслабилась. Мы уже через это проходили, и стоило мне перестать слишком много думать, как я начинала наслаждаться каждым мгновением, а рано или поздно это всё равно должно было случиться, так почему не сейчас, почти сразу после нашего возвращения? Я просто вдыхала его запах, чувствовала, как сильно прижимается моя грудь к его телу, особенно когда я стала задыхаться.