Когда-то молодому офицеру выделили двухкомнатную квартиру, рассчитанную на семью с одним ребенком. Но вскоре появился второй. Дети были разнополыми, и с каждым годом становилось все очевиднее, что жить в одной комнате им неудобно.
Лагутин долгие годы добивался улучшения жилищных условий. По советским законам семья имела право на трехкомнатную квартиру. Пять лет он честно простоял в очереди, находясь в числе первых претендентов. Однако распад Советского Союза перечеркнул все прежние правила. Очереди, существовавшие десятилетиями, исчезли практически в одночасье.
Для видимости в городской администрации Аксеново продолжал висеть длинный список нуждающихся — около трехсот семей. Но получал ли кто-нибудь квартиры по этой очереди, не знал никто. Не знали этого и Лагутины.
Теперь Ирину занимала совсем другая проблема — необходимо было искать работу.
О престижной должности она даже не мечтала. Возвращаться в школу тоже не собиралась. Учителям тогда месяцами, а порой и годами не выплачивали зарплату, а жить на одни обещания было невозможно.
Если быть откровенной, педагогика никогда не была ее настоящим призванием. В педагогический институт она поступила скорее потому, что конкурс оказался небольшим, а возможно, ей просто повезло. Работа учителя так и не стала делом всей ее жизни.
Когда-то Лагутин испытывал определенную гордость от того, что его жена получила высшее образование. Но бесконечные переезды и особенности офицерской службы почти не оставляли возможности помочь ей построить собственную карьеру. Впрочем, тогда это казалось не столь важным. Молодому офицеру вполне хватало того, что рядом была красивая, умная женщина, которую он любил.
Теперь все изменилось.
После развода Ирина уже не могла проводить дни на диване за просмотром бесконечных мелодрам. Жизнь требовала совсем другого. Дети все чаще смотрели на мать с плохо скрываемым раздражением. Они видели, что деньги заканчиваются, а единственный взрослый человек в доме по-прежнему не спешит что-либо менять. И с каждым днем это молчаливое осуждение становилось для нее тяжелее любых слов.
Наступил март.
В день своего сорокапятилетия Ирина Сорокоумова решила начать новую жизнь. Ей вдруг захотелось стряхнуть с себя накопившуюся за годы усталость, вернуть ощущение собственной привлекательности. Она давно собиралась расстаться со своими длинными светлыми локонами и сделать современную, аккуратную стрижку.
Без особого волнения Ирина вошла в небольшую районную парикмахерскую и устроилась в кресле перед большим зеркалом. Просторный зал оказался пуст. Ни одного посетителя.
Это нисколько ее не удивило. Страна переживала тяжелые времена. Большинство людей экономило буквально на всем, а те, кто успел разбогатеть, предпочитали дорогие салоны красоты. Обычные парикмахерские постепенно пустели.
Через несколько минут из подсобного помещения вышла симпатичная женщина лет пятидесяти. На ней был аккуратный синий халат из дедерона, а голову украшал безупречно уложенный светлый парик.
Ирина невольно улыбнулась.
Когда-то, во время службы мужа в ГДР, у нее самой было четыре дорогих парика. Теперь они лежали дома, бережно завернутые в бумагу и спрятанные в платяном шкафу. Продать их рука не поднималась. Пусть остаются — мало ли что приготовит жизнь.
Внимательно посмотрев на незнакомку, Ирина с улыбкой сказала:
— Значит, не я одна храню верность прежней моде и добрым воспоминаниям.
Женщина слегка поправила парик, понимающе улыбнулась.
— Недаром говорят: ворон ворона видит издалека.
Обе рассмеялись.
— Проходите, — приветливо сказала хозяйка. — Сейчас сделаем из вас настоящую красавицу.
Домой Сорокоумова вернулась уже поздним вечером. Часы показывали почти десять, когда она открыла дверь своей квартиры.
Перед сном она зашла в ванную и посмотрела в зеркало.
На мгновение ей показалось, что отражение принадлежит другой женщине.
Из зеркала на нее смотрела привлекательная блондинка с короткой, элегантной стрижкой. Лицо словно помолодело, взгляд стал увереннее, а вместе с новой прической исчезла и часть прожитых лет.
Этой ночью Ирина долго не могла уснуть.
Мысли вновь и вновь возвращались к разговору с заведующей парикмахерской Марией Огневой. Оказалось, судьбы их семей когда-то удивительным образом пересекались.
Муж Марии, майор Вячеслав Огнев, в свое время командовал танковым батальоном. Сначала он служил в танковом полку в немецком городе Росслау, затем был переведен в Забайкалье, а в отставку вышел уже подполковником.
Бывший муж Ирины, капитан Николай Лагутин, тоже проходил службу в Германии. В должности начальника штаба мотострелкового батальона он служил в Бернбурге, в той же дивизии и почти в то же время.
Совпадение оказалось настолько неожиданным, что невольно заставило Ирину задуматься. Возможно, именно эта случайная встреча станет началом событий, способных изменить ее жизнь.
Мария Огнева неожиданно предложила Ирине освоить профессию парикмахера. Та согласилась без долгих раздумий.
Она внимательно прислушивалась к советам опытной наставницы, старалась не упустить ни одной мелочи и работала с удивительным усердием. Уже через несколько месяцев Ирина стала уверенным мастером и особенно хорошо освоила мужские стрижки.
Мужчины редко придирались к мелочам. Молодые и пожилые, густоволосые и почти лысые — каждому требовались внимание и аккуратность. С пожилыми клиентами работа шла особенно быстро. Через пять, максимум десять минут они уже поднимались из кресла, внимательно рассматривали себя в зеркале, одобрительно кивали и расплачивались.
