Пуленепробиваемый (ЛП) - Моронова К. М.

— Генерал, зачем вы приехали в Бэйн-Фолс? Вы серьёзно собираетесь встретиться с этим психом? Мы нашли их врата и склад снабжения. Почему бы просто не уничтожить его? Нам не нужно продолжать ждать.

Потому что он не заинтересован в уничтожении врат. Я тихо сижу, сложив руки на коленях, с тлеющей сигаретой между губ, анализируя ситуацию. Всякий раз, когда я думаю, что Нолан сделает зигзаг, он делает зигзаг в другую сторону.

Нолан в полном тактическом снаряжении под зимним тренчем. Кажется, я никогда раньше не видел его одетым как мы. За все мои годы в Тёмных силах он всегда в офицерской форме, с нашивками и начищенными ботинками.

Почему сейчас? Что он задумал?

— Бишоп, ты наблюдаешь за миром вокруг как солдат Тёмных сил, но никогда не видишь нашу истинную цель. Зачем нам уничтожать работу, которую они проделали? Ту безупречность, которую они создали в этом городе? — говорит Нолан загадочным голосом, будто радуется тому, что грядёт. — Я никогда не видел ничего подобного тому, что они построили здесь, в Бэйн-Фолс. Поэтому я отправил сюда ваш отряд — наблюдать, проникнуть и найти их естественным путём. Всё шло безупречно, пока Арнольд не пропал без вести. Тебе понравилась посылка, о которой я тебе сообщил, Сиксс?

Мой отряд поворачивается и медленно смотрит на меня. Моё сердце падает. Я хотел рассказать им об этом, но время никогда не казалось подходящим.

— Вы отправили её сюда? — спрашиваю я, звуча опасно близко к обвинению.

Нолан смеётся.

— Нет, — говорит он с лукавой усмешкой, очевидно лжёт.

Мне стоит огромных усилий оставаться на месте и сохранять спокойное выражение лица.

— Сэр, переходите, блять, к делу. Почему мы не уничтожаем врата?

Гейл и Тейлор беспокойно ёрзают на своих местах, а Бенсен бросает на меня обеспокоенный взгляд.

Нолан не убирает свою зловещую улыбку.

— Я охотился за чёрным рынком в том или ином виде всю свою карьеру в Тёмных силах. И каждый раз, когда я думал, что приближаюсь, кто-то так или иначе вырывал это у меня из рук. Либо они добирались до моих сил первыми и переманивали их, либо убивали. Это ближайшее, что у нас когда-либо было, и я не упущу этот шанс. Мы используем Каллума, чтобы проникнуть в более глубокие вены — в тёмные города, как их называют.

Мои глаза расширяются. Не может быть, чтобы это было так глубоко. Тёмные городки, подобные Бэйн-Фолс, которые были захвачены преступным миром, — одно дело, но целые города, где сеть коррупции контролирует основные районы мегаполиса — это безумие. Там были бы сотни таких, как Грэм и Каллум.

Неужели они могут скрывать такую крупную операцию по всему миру? Могут ли? Это ли на флешке? Все локации их городов?

У меня пересыхает в горле, и ладони становятся влажными от этой мысли. Она была у меня всё это время. Я сказал Нолану, что мы не можем её найти, потому что хотел провести больше времени с Брайар. Мой желудок скручивается от тревоги.

Бенсен откидывается на стуле и балансирует на задних ножках.

— Но что это нам даёт?

— Это даёт нам карту — представление о конце кампании, которую я начал. Как только у нас будут все тёмные города, мы сможем наконец задействовать полную мощь Тёмных сил. — Голос генерала вызывает дрожь по моему позвоночнику.

Полную мощь?

— Разве вы не делали этого до сих пор, сэр? — Я медленно встаю со своего места, кладя обе ладони на стол.

— Лейтенант Сиксс, ты знаешь, что вы не единственный испытательный отряд, не говоря уже о единственном эксперименте. — Лицо Нолана становится жёстким, его черты как стекло. Я вздрагиваю от его комментария. — Но вы — один из моих любимчиков. Поэтому я отправил вас сюда, конкретно. А теперь, если мы закончили с этим, нам нужно обсудить план. У нас завтра аудиенция у Каллума.

Кровь капает с моего большого пальца и вызывает рябь в тёмной воде.

Мне не следовало показывать Брайар моё место в горах. Я не смог вернуться туда ни разу. Как только я добираюсь до лесной дороги, к горлу всегда подступает желчь, и я снова вижу, как она смотрела на меня, когда я бросил её — боль от осознания того, что я не сдержу своего обещания.

Блять. Я сжимаю руку, чтобы крови вытекло больше.

Обещание может выглядеть по-разному.

Мои обещания выглядят как окровавленные руки и колени Брайар — глаза, полные такого страдания и боли, что это будет преследовать меня до самой могилы. Я никогда не убегу от того, что я сделал с ней.

Я вдавливаю нож глубже в большой палец. Я больше даже не изменяю свои шрамы. Теперь это просто самонаказание… потому что я заслуживаю боли.

Она не шрам, который я хочу изменить. Она — шрам, который я никогда не хочу залечивать.

Мои руки дрожат, когда я позволяю себе упасть на песок. Мои ноги в ледяной воде, а туловище раскинуто на земле. Я смотрю на воронов, которые раздражающе каркают надо мной. Должно быть, они думают, что я мёртв; в большинстве дней я хотел бы им быть.

Я наблюдаю, как они кружат возле центра озера. Любопытство берёт надо мной верх, и я сажусь и смотрю туда.

Что-то покачивается, вызывая рябь в гладкой воде.

Кто, блять, купается в такую погоду? У них, должно быть, самоубийственное желание.

Утонуть. Как романтично.

Глава 34

Роман

В автомастерской тихо, когда я заезжаю в гараж. Все огни выключены, и такое чувство, будто здесь никого нет.

Но я чувствую тяжёлый взгляд Нолана даже сквозь самую тёмную тень. Он давит на плечи и заставляет чувствовать себя некомфортно.

— Генерал.

— Лейтенант. — Он зажигает зажигалку, и маленькое пламя обозначает его местонахождение у дальней стены.

Я издаю долгий вздох и подхожу к нему. Он протягивает мне свою пачку сигарет. Я беру одну и закуриваю, стоя рядом с ним и глядя в темноту, как и он.

— Ты хорошо поработал здесь, Сиксс. После завтрашнего дня я отправляю твой отряд обратно на главную базу, — говорит он ровным тоном.

Моё тело вздрагивает от его слов. — Нолан, вы дали мне обещание.

Он усмехается и глубоко затягивается сигаретой.

— Ты дал обещание той девушке. Ты сдержал его? — Мои глаза расширяются. Нолан смотрит на меня, в его взгляде что-то расчётливое.

Откуда он узнал о моём обещании Брайар? Я тяжело сглатываю, проводя кончиками пальцев по телефону в кармане. Они всё время всё прослушивали. Вздох срывается с моих губ, потому что я чувствую себя глупо. Конечно, они всё время прослушивали.

— Я так и думал. Выходит, мы не так уж и отличаемся, Сиксс. Поэтому ты мне так нравишься. Ты делаешь свою работу, даже если это означает, что ты отбрасываешь людей, которые заботятся о тебе больше всего. — Его слова — топор по горлу. Нолан бросает окурок на цемент и наступает на него, направляясь в офис. — Собирайте свои вещи, завтра у вас не будет на это времени.

Я не собираю вещи. Я просто сижу в своей пустой комнате и смотрю на флешку. Со всем, что происходит с Каллумом, я не думаю, что кто-то говорил о ней Нолану. И, возможно, он тоже забыл о ней или предположил, что она сгорела в огне.

Что в зашифрованном файле такого важного, что они привезли Брайар в город? Я нервно постукиваю по колену, прежде чем схватить свой ноутбук и включить его.

Я нажимаю на зашифрованный файл и ввожу слова, которые, как я думаю, Арнольд мог использовать в качестве паролей. Ничего.

Я провожу рукой по лицу и думаю. Если бы там была информация, зашифрованная из-за Тёмных сил, то что бы я поставил в качестве пароля? Я закрываю глаза и представляю Арнольда, вспоминая, кем он был как человек. Он был похож на большинство других офицеров высокого ранга. Холодный. Отстранённый. Тот, кто, вероятно, ничего не жаждал, кроме…

Мои глаза расширяются.