Лора Картер
Пока ложь не станет правдой
Laura Carter
FAKE IT 'TIL YOU MAKE IT
© Laura Carter, 2024
© Школа перевода Баканова, 2026
© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство АЗБУКА», 2026
* * *
Посвящается каждому, кто думал, что его полюбят, только если он станет кем-то другим
Глава 1. Эбби
Сегодня я наконец вернулась в Нью-Йорк после шести недель в Техасе, где вела аудит одного из крупнейших клиентов нашей компании. Ненавижу командировки! Я ужасная домоседка, и вечером после работы лучше возвращалась бы не в отель, а в маленькую квартирку, где мы живем с Эндрю, моим парнем. Переодевалась бы в домашнее, готовила бы то, что запланировала на конкретный день недели, а потом мы смотрели бы по телеку что-то из любимых передач. Да, обыденно, но разве плохо? Мы с Эндрю любим все привычное, а он вдобавок терпеть не может сюрпризы. Вот почему я так удивилась сегодня утром, на работе, когда от него пришло сообщение:
Я заказал столик в «Тиас» на восемь тридцать. Надо поговорить.
Обожаю «Тиас». Это мексиканский ресторан в Бруклине, совсем рядом с нашим домом. Вовсе не модный, и по ценам средненький, но это первый ресторан, куда Эндрю меня сводил. Было это четыре года назад, когда я перебралась в Нью-Йорк из маленького городка в канадской Альберте, где мы оба выросли. И с тех пор на каждый праздник или юбилей заказываем столик в «Тиас» и идем отмечать.
Однако сегодня-то ни праздников, ни дней рождения.
Надо пересечься, написал он. И все, больше никаких объяснений. Окей, допустим, повод действительно есть: Эндрю хочет поздравить меня с возвращением домой. После шести недель, за которые мы ни разу нормально не пообщались, а только перебрасывались пропущенными видеозвонками. Та часть мозга, что рассуждает логически и преобладает над остальными, отчаянно цепляется за эту мысль.
Но когда я отвела Шернетт, мою лучшую подружку, в столовую и рассказала про внезапное свидание нынче вечером, она взвизгнула и заорала на пол-офиса:
– О боже, да! Свершилось! Сегодня он скажет те самые слова. Встанет на колено и преподнесет кольцо. Эбби, он позовет тебя замуж!
Так-то предпосылок не было. За шесть недель мы общались, наверное, меньше, чем за всю историю наших отношений. Скорее, сегодня он просто хочет вернуть их в привычную колею. Хотя не отрицаю: после воплей Шернетт я как в тумане, а в животе будто скачут резиновые мячики.
Нет, что-то тут не вяжется. Из всех моих знакомых Эндрю самый неимпульсивный. Это я знаю точно, поскольку и сама ужасно далека от импульсивности.
И все же… тонкий голосок в голове восторженно пищит: «О. Боже. Мой! В полдевятого в “Тиас”! Он позовет меня замуж!»
Мы будем помолвлены, я и Эндрю. Официальные отношения с идеальным мужчиной – есть. Карьера со стабильным доходом и хорошими перспективами – есть. Замужество до тридцати – будет. А если повезет, будет и ребенок до тридцати двух.
Из офиса я вышла около шести – вопреки обыкновению, но сегодня можно, учитывая обстоятельства. А сейчас уже без пятнадцати восемь, и я иду в ресторан. На мне темно-синее платье-скейтер с воротничком-бантом, одно из самых классных в моем гардеробе, и балетки.
Зал в «Тиас» маленький, всего двенадцать столиков. На стенах мексиканский декор: сомбреро, кактусы и все такое. Одну стену украшает роспись: матадор, взметнувший алый плащ перед быком.
Я пришла рановато, но меня все равно ведут за столик. Посередине стоит маленькая светодиодная свеча, а рядом крошечный кактус в горшочке. Он, в отличие от свечки, настоящий – знаю по опыту.
Официант подходит и спрашивает, хочу ли я заказать напиток или подожду своего спутника. Спутника. Какое безликое слово. Совсем не подходит для того, кто может скоро стать моим мужем.
Я заказываю «Маргариту» и стакан воды, просто чтобы немного успокоиться. Правда, это скорее не беспокойство, а предвкушение… впрочем, трудно сказать. Да чего я так нервничаю-то? Речь же об Эндрю. О нас двоих. Все как надо, все правильно, что может пойти не так?
Нет, точно предвкушение.
А вдруг он все же просто решил порадовать меня после долгой разлуки? Пока что предложение руки и сердца – всего лишь фантазии Шернетт. А реальностью оно станет, только когда – и если – Эндрю преклонит передо мной колено.
Я смотрю в окно на многоквартирный дом напротив. Не самый шикарный в Бруклин-Хайтс, тем не менее наводит на мысль о серьезных карьерах и приличных доходах жильцов. А какой, наверное, вид с верхних этажей через Ист-Ривер на Нижний Манхэттен… Можно лишь догадываться.
Приходя сюда по торжественным случаям, мы с Эндрю сидели у этого самого окна и рассуждали, что же за люди живут там. Каких успехов они добились в жизни, раз могут позволить себе такое жилье. Вот куда мы с Эндрю мечтаем переехать – как только у нас на счетах будет достаточно денег. А ждать этого не так и долго: Эндрю стремительно продвигается по карьерной лестнице, а я, хоть и работаю младшим аудитором, уже знаю, какие перспективы ждут меня в компании.
Задумчиво глядя на дом, я вдруг вижу, как Эндрю идет ко входу в ресторан. Вид у него мрачный. Переживает? От этой мысли сжимается сердце. Я машу ему рукой, пытаясь улыбнуться несмотря на тревогу. Не знаю, получилось или нет. Он протягивает руку и открывает входную дверь, другой рукой расстегивая пуговицы черного пиджака.
Эндрю вообще любитель строгих костюмов. Он высокий и худой, в пиджаке выглядит очень солидно. Зачесанные набок волосы жестко зафиксированы изрядной порцией геля для укладки. Самой мне больше нравится, когда с утра они еще взъерошенные, но я понимаю, почему он стремится показать опрятность и собранность. С гелем волосы держат форму весь долгий день в офисе, а это для Эндрю важно. Вот он и выглядит всегда так, как подобает серьезному финансисту.
Я привстаю ему навстречу. Так волнуюсь, что даже не знаю, поцеловать его или просто обнять? И он не знает. Странное приветствие, какое-то напряженное. Совсем на нас непохоже. Как и я, Эндрю терпеть не может показывать чувства на людях, но обычно при встрече мы хоть как-то выражаем нежность. А сейчас явно что-то не так.
О боже, это действительно вот-вот случится!
Сажусь обратно, делаю большой глоток только что принесенного коктейля и складываю руки на коленях, как на собеседовании. Чувствую себя… очень странно.
Снова подходит официант, и я заказываю еще «Маргариту». Эндрю отрицательно качает головой и отпивает воды из моего стакана. Выдыхает. Медленно, тяжело, неотрывно глядя мне в глаза. Я жду, затаив дыхание.
Когда он задаст свой вопрос? Прямо сейчас? Или после ужина? Сколько еще мы будем сидеть в этой напряженной тишине? Может, я сама должна что-то сказать?
Наконец Эндрю кашляет, прочищая горло. Ну вот, начинается.
– Эбби, я очень долго думал, как тебе сказать, и пришел к выводу, что идеального способа нет. Поэтому просто выслушай.
Господи, как его корежит. Даже жалко беднягу – весь извелся. Хочется сказать, чтобы не переживал. Мы вместе, и в какие бы слова он ни облек свое предложение, я отвечу «да». Не нужно длинных и цветистых предисловий о нас и наших отношениях. Достаточно просто спросить: «Ты выйдешь за меня?»
– Эндрю…
Он поднимает ладонь, заставляя меня умолкнуть. Как-то даже обидно, но спишем это на его состояние. Берет мой коктейль и залпом выпивает.
Да он же вообще не в себе…
Ставит бокал на стол, делает глубокий вдох. Все, момент настал.
– Эбби, я встретил другую.
А?
– Я не хотел, чтобы так вышло, не хотел причинять тебе боль, но все кончено. Между нами, я имею в виду, – он показывает пальцем на меня, потом на себя, – кончено.
Чего-чего?
Возвращается официант, я хватаю свой бокал прямо с подноса и впервые в жизни разом осушаю до дна. Официант не уходит, ошалело на меня уставившись. Я поднимаю руку с пустым бокалом, и он понятливо идет к бару за новым.
