Я кладу чемодан в багажник, сажусь за руль и беру телефон, который забыла тут, когда зашла домой. Открываю браузер и начинаю искать гостиницу. Мне нужно что-то недорогое, но приличное. Листаю варианты, сравниваю цены. «Отель Мартон» — четыре звезды, приемлемая цена, хорошие отзывы. Набираю номер.
— Добрый вечер, есть ли у вас свободные номера на сегодня? — спрашиваю.
— Да, конечно. На сколько ночей? — отвечает приятный женский голос.
— Пока на одну, потом посмотрим.
— Хорошо, мы вас ждем.
Откладываю телефон и набираю номер квартирантов. Трубку берет Михаил, молодой парень, который снимает мою бабушкину квартиру уже почти год.
Слава богу, он идет навстречу и говорит, что готов освободить жилплощадь, как только найдет новую квартиру.
Я заканчиваю разговор и завожу машину. В зеркале заднего вида мелькает окно нашей гостиной. Наверное, Кирилл все еще сидит там, уверенный в том, что я скоро вернусь.
Я еду по знакомым улицам, и мысли сами собой возвращаются к тому, что произошло дома. Вспоминаю позу, взгляд Кирилла и его угрозу лишить меня работы.
«У меня много друзей и знакомых, которых я могу попросить о небольшой услуге». Он произнес это так буднично, словно речь шла о заказе пиццы.
Но даже если он действительно поспособствует тому, чтобы я ушла с текущего места, это ничего не изменит. Да, у него, и правда, много знакомых, но и клиник в городе много. Не так далеко простирается его влияние. Он просто блефовал, пытался запугать. Думал, что я испугаюсь перспективы остаться без работы и сразу же сдамся.
Нет уж, без работы я точно не останусь. У меня есть диплом, опыт, хорошие рекомендации. Я не какая-то там содержанка, которая только и умеет, что тратить мужнины деньги.
Доезжаю до нужного адреса, паркуюсь на стоянке у отеля.
Здание выглядит солидно: стеклянный фасад, ухоженная территория, вежливые сотрудники. Беру чемодан и иду к стойке регистрации.
— Добрый вечер, я звонила насчет номера.
— Диана Ветрова? Да, конечно. Заполните, пожалуйста, форму.
Расписываюсь, получаю ключ-карту. Номер на четвертом этаже. Поднимаюсь на лифте, нахожу свою дверь.
Номер небольшой, но чистый и уютный. Большая кровать, письменный стол, кресло у окна, маленькая ванная комната. Пахнет свежестью и каким-то цветочным ароматизатором.
Я кладу чемодан на кровать, подхожу к окну. Вид на центральную улицу, внизу неспешно прогуливаются люди, светятся витрины магазинов.
Устроившись в номере, понимаю, что мне нужно проветрить мозги. Слишком много эмоций, слишком много мыслей. Нужно привести их в порядок.
Выхожу из отеля и просто бреду по тротуару вперед, никуда не торопясь. На улице жарко, но легкий ветерок спасает положение. Асфальт еще излучает дневное тепло, но солнце уже клонится к закату, и становится чуть прохладнее.
Достаю из сумочки телефон. Пора устроить мужу сюрприз.
Позвонить Владу.
Пора рассказать ему правду о том, что творится у него за спиной.
Ищу взглядом лавочку, чтобы сесть, ведь такой разговор лучше вести не на ходу, но тут из цветочного магазина, рядом с которым я стою, выходит... Влад с букетом белоснежных роз, тех самых, которые больше всего любит Аня. Огромный, пышный букет. Дорогущий.
Он тоже меня замечает. Лицо озаряется улыбкой, той самой открытой, искренней улыбкой, за которую его все любят.
— О, Диана, привет! Где бы еще встретиться, — улыбается он, подходя ближе.
— Привет. Ты же вроде в командировке? — спрашиваю, стараясь, чтобы голос звучал естественно.
— Вернулся на день раньше. Вот, — кивает на цветы, — хочу устроить Ане сюрприз.
Сердце сжимается так сильно, что на мгновение перехватывает дыхание. Влад такой радостный, глаза светятся предвкушением, он так спешит домой к жене, а она... она сейчас, возможно, уже в постели с моим мужем, ведь теперь им никто не мешает.
— Давай присядем. Мне нужно с тобой кое о чем поговорить.
Влад мгновенно мрачнеет, и я вижу, как предвкушение встречи с женой в его глазах сменяется тревогой.
— Что-то случилось с Аней? — спрашивает он, и в голосе слышится такая неподдельная забота, что сердце сжимается еще сильнее.
— Нет, — качаю головой.
— У тебя что-то не так? — Он внимательно всматривается в мое лицо, наверняка замечая, что выгляжу я так себе.
— Пойдем на лавочку, — киваю в сторону небольшого сквера через дорогу.
Переходим улицу молча, садимся на деревянную скамейку, и Влад поворачивается ко мне всем телом, ожидая объяснений.
А я молчу, собираясь с мыслями. Что сейчас будет? Поверит Влад или нет? И, если даже поверит, не обвинит ли саму меня как гонца с плохими вестями? Может, зря хочу рассказать? Приказываю себе собраться. Не зря ведь столкнулась с Владом.
Выдыхаю, смотрю ему прямо в глаза и говорю:
— Не буду ходить вокруг да около. И смягчить не получится. Аня тебе изменяет. С... моим мужем.
Лицо Влада вытягивается, и он не моргая пялится на меня. Секунды тянутся как часы. Слышно, как шелестят листья над головой.
— Что? — переспрашивает он, как будто не расслышал. Но я-то понимаю: все он услышал, просто пытается переварить.
Послушно повторяю, подмечая, как напрягаются плечи Влада, как сходятся брови на его переносице.
— Диан, — после небольшой заминки прищуривается Влад, — если это шутка, то максимально неудачная.
— Хотела бы я, чтобы это была шутка, — усмехаюсь горько.
Рассказываю все: как муж предложил свободные отношения, как я поехала к Ане, как увидела сообщение от Кирилла у нее в телефоне, как она, а затем и Кирилл, во всем признались.
Влад слушает не перебивая, но я вижу, как с каждым моим словом его лицо каменеет все больше.
— Конечно, она уже, скорее всего, удалила то сообщение. И вообще, все, что было. Вот.
Я достаю свой телефон, захожу в галерею и чувствую, как щеки покрываются румянцем, когда открываю сделанные мной фото и протягиваю сотовый Владу.
— Что это? — недоумевает Влад, всматривается в экран.
Ну да, понимаю, там теперь не просто фото, а ребус.
— Билеты, которые Кирилл купил для себя и Ани. На Мальдивы, со свободной датой вылета. Я их, — поджимаю губы, — порвала со злости. А потом сложила как получилось. Хотела показать тебе на случай, если не поверишь.
Ощущаю напряжение Влада. Он молчит, смотрит на экран, но я вижу, что мысленно он уже совсем не тут.
— И... давно? — поднимает он взгляд на меня, и я вижу в его глазах такую боль, что хочется провалиться сквозь землю.
— Уже год. Все началось, когда я лежала в больнице с аппендицитом.
Влад сжимает руки в кулаки, и на его скулах начинают ходить желваки.
— Прости... — шепчу, глядя на свои ладони, которыми мну подол платья.
— Тебе-то за что извиняться? За то, что сказала?
— Ну да.
Влад жестко усмехается.
— Уж лучше так, чем носить рога и не знать об этом, — в этих словах столько горечи, что у меня сжимается горло. — Спасибо, Диан, я все понял.
Он встает резко, словно подброшенный пружиной, и какой-то механической походкой идет по тротуару вперед. Его фигура становится все меньше, через полминуты скрываясь за поворотом.
Букет белоснежных роз так и остается лежать на лавочке.
Ох, что теперь будет? Влад вроде и поверил, но что сделает?
Я возвращаюсь в гостиницу, поднимаюсь к себе в номер. Голова гудит, в висках стучит.
Иду в ванную, включаю душ, делаю воду погорячее. Раздеваюсь и встаю под струи, закрываю глаза. Долго стою под душем, тру себя мочалкой так, что кожа краснеет. Хочется смыть с себя всю грязь, в которую сегодня окунулась. Вот только мерзкое ощущение никуда не девается. Предательство въелось в кожу, в душу, и никакой мочалкой его не оттереть.
Выхожу из ванной, вытираюсь полотенцем и надеваю халат. Волосы еще мокрые, но сушить их нет сил. Я подхожу к окну, раздвигаю шторы. На улице уже стемнело, фонари освещают тротуары, редкие прохожие спешат по своим делам.
