«Пирамида» так «Пирамида».
— Добрый день, Филипп Владиславович, — лучезарно улыбается управляющая — Виктория, если судить по бейджику на её груди — открыто игнорируя мою сегодняшнюю спутницу. — Ваш стол как всегда свободен.
Натали ожидаемо напрягается, выпуская ментальные иголки, и берёт меня под руку; фыркаю, потому что её вера в собственную неотразимость только что пошатнулась и начала медленно давать трещину. То, что я её выбрал, вовсе не говорило о том, что её внешность — гарант моей «верности»: уже сегодня вечером со мной рядом может быть другая.
Но она может думать, что она особенная, если ей хочется.
— Ты мог хотя бы сделать вид, что она тебе не интересна, — ворчит девушка, едва мы остаёмся без свидетелей. — Разве это в не правилах джентльмена — сосредоточиться на спутнице и не раздевать глазами каждую девушку, проходящую мимо?
— Знаешь, ты ведь в любую минуту можешь уйти, я тебя не держу, — милостиво предлагаю в ответ, без особого интереса утыкаясь в меню.
Готов поспорить, что Натали закажет самые дорогие блюда из существующих: когда ещё представится возможность попасть в такое место? Хотя почём мне знать — может, она меняет парней чаще перчаток.
— Я совсем не это имела в виду, — тут же притворно обижается и соблазнительно улыбается, и от своей дешёвой игры лишается ещё пары баллов в моих глазах.
Не уважает себя настолько, что готова терпеть всё на свете, лишь бы попасть в круг общества повыше?
Не впечатлён.
И да, как я и предполагал, она выбирает самые абсурдные блюда за баснословную сумму, и я делаю в голове пометку о том, что у неё совершенно нет вкуса.
Я не стал бы это есть, даже будь эти блюда визитной карточкой элиты.
Разочарован.
В общем, пока что Натали полностью соответствует моим ожиданиям: недалёкая поверхностная женщина, решившая, что её внешность — это достаточный критерий для того, чтобы быть желанной и вить из мужчин верёвки, добиваясь того, что ей хочется. Полагаю, она даже думает, что нет необходимости вести себя как-то иначе, чтобы мужчины хотели лишь её одну, и в этом её главная ошибка. Но проблема в том, что я не могу сдать назад и отправить её восвояси; воспользовавшись ситуацией, она может распустить слух о том, что отшила одного из самых богатых холостяков города — ради повышения своего рейтинга. И ей поверят: пресса всегда ищет причины, чтобы раздуть огонь очередной сплетней, не особо заботясь об истине.
Как же сделать так, чтобы она оказалась в моей квартире, но не в моей постели?
Внезапно в голове щёлкает, и я начинаю улыбаться, как полный идиот; я готов даже аплодировать собственной находчивости, но, боюсь, буду выглядеть как полный неадекват, так что ограничиваюсь лишь мысленным потиранием рук.
— Мне нужно позвонить, — говорю Натали, и она отвечает мне улыбкой — наверняка подумала, что моя сияющая физиономия — целиком её заслуга. — Никуда не уходи.
Выхожу в коридор, ведущий к туалетам, на ходу доставая телефон, и уже на месте набираю номер Серёги.
— Звонишь похвастаться очередным трофеем? — бурчит трубка. — Ну и как она?
— Вот сегодня ночью и узнаем, — расплываюсь в улыбке от уха до уха.
Сходу выкладываю свой план и слышу, как на том конце провода Серый чем-то подавился.
— Ты там совсем долбанулся, что ли? — слышу его ошалелый голос. — Опять смешал водку с пивом? Я тебя предупреждал, дружище — «Ёрш» до добра не доведёт! В следующий раз мне информацию о тебе из криминальных новостей узнавать?!
— Да погоди ты, не психуй. Я уже достаточно её изучил — говорю тебе, план годный, всё прокатит.
— Откуда такая уверенность? — не унимается Жарский. — Чувак, если к рассвету мы оба умрём от её руки — я тебя убью!
Фыркаю, но тихо, чтобы Серый не услышал — и так истерит как девчонка с ПМС…
— Просто доверься мне.
— В прошлый раз после этой фразы я проснулся в сарае под бурёнкой — так что хрен тебе, а не доверие.
— Эм… вообще-то, это была твоя идея — свистнуть у деда трактор, — напоминаю другу.
— Да какая, к чёрту, разница?! Я тогда чуть весь свой авторитет не отморозил…
— В этот раз такого не будет — всё останется в пределах моей квартиры.
Пару минут Серый обиженно сопит и думает над моим планом, не забывая тяжело вздыхать — вроде я его на эшафот позвал — а после хмыкает.
— Ладно, я в деле, но тебе придётся как следует попотеть, чтобы подготовить Снежную Королеву. И кстати, — выдерживает драматическую паузу. — Если что-то пойдёт не так — я буду всё сваливать на тебя.
Закатываю глаза к потолку и ухмыляюсь.
— Как скажешь. Тогда в одиннадцать встречаемся у меня.
— Добро.
После того, как Серый отключается, я возвращаюсь в зал, где вижу уже начавшую скучать Натали; не могу сдержать предвкушающей ухмылки — скоро ей будет очень весело.
Вот только без моего участия.
Мы просидели в ресторане до шести, пока она, как могла, выжимала из меня деньги, заказывая дорогое вино и десерт. Я в принципе человек не жадный и на девушках никогда не экономил, но в этот раз меня в буквальном смысле слова душила жаба: не хотелось спускать деньги на ветер — а Натали именно с ним у меня и ассоциировалась.
Только мысли о предстоящей ночи заряжали покруче «Ред Булла».
К семи я привёз её к себе домой и начал активно спаивать — ну, то есть, я налил ей бокал, а дальше она взяла инициативу в свои руки. И пила до того состояния, когда у меня самого уже плыли бы сиреневые нолики перед глазами. Натали уже мало что соображала и начала грузить мой мозг подробностями из своего детства — о придирчивых старших сёстрах, несправедливо обижавшем её брате и непомерно строгих родителях. Я понятия не имел, на кой чёрт мне нужна вся эта информация, но на всякий случай слушал её так, будто принимал экзамен по философии. Мне нужно было усыплять её бдительность до приезда Серёги и поддерживать её интерес к спиртному; быть может, со стороны я казался уродом, но своей вины я не чувствовал ни на грамм: ей важно, чтобы у её спутника был туго набит банковский счёт — всё остальное не имело значения.
А с этим у моего друга проблем не было.
Жарский приехал, как и обещал — в половину двенадцатого; хотя уговор был на одиннадцать, в чём я не забыл его упрекнуть, но он послал меня не в самое приятное место и подчеркнул, что я должен сказать «Спасибо» за то, что он вообще приехал.
Ну да, ну да, конечно…
Вот только это кто кого ещё благодарить будет.
