С вечерами, когда он снимает с меня день — пальцами, губами, просто взглядом.
Я иногда вспоминаю то, что было.
И я больше не боюсь этого прошлого.
Оно не определяет меня. Оно меня сформировало.
Я прошла через ад, но не осталась в нём.
Я выжила. Я встала. Я снова живу.
И, что самое невероятное — я счастлива.
Не «хорошо». Не «нормально».
А именно счастлива.
Где-то там — в тот день, в ту секунду, когда судьба столкнула нас с Алексеем — что-то решилось.
И всё, что было потом: слёзы, кровь, боль, предательство, удары, ночи в одиночестве — всё это было нужно. Чтобы мы встретились не тогда, когда были готовы. А тогда, когда без друг друга уже было нельзя.
Теперь я иду.
Сама. Снова.
И больше не останавливаюсь.
* * *
Вечер. Сумерки мягко ложатся на город. Небо над крышами размыто тёплым серо-синим — ещё не ночь, но уже и не день. Вдалеке мерцают окна — как маленькие огоньки живых жизней.
Я сижу на балконе, босая, в его рубашке — слишком большой, чтобы быть моей, и оттого родной. В руках — папка с бумагами. Макет. Новый проект. Филиал. В другом городе. Для других детей. Шаги по дереву тихо скрипят. Он подходит сзади, обнимает, утыкается носом в мою шею, вдыхает. — Ты опять работаешь. — Я думаю. — Опасно. Мозги у тебя острые. Режутся. Я усмехаюсь. Он берёт из моих рук макет, бросает взгляд. — Далеко. — Не так уж. — Кто поедет? — Я. Пауза. Он хмурится, напрягается — и тут же сдерживает себя. — Тогда я с тобой. Я поворачиваю голову, смотрю в его глаза. — Вместе едим? Он чуть склоняет голову, не отводит взгляда. — Я где ты. Всегда. Я улыбаюсь — медленно, глубоко, по-настоящему. Кладу ладонь ему на щеку. — И знаешь… я наконец верю, что это не закончится. Он целует меня в лоб. — Потому что это только начинается. Сломанные крылья не мешают летать. Главное — с кем ты в небе.
Небо темнеет. Мы сидим молча, вплотную друг к другу. Будущее — уже рядом. И оно наше.
