– А что, – хмыкает Фил, – кроме того, что мы будем похожи на телепузиков, вполне неплохо.
– Да? Только почему я «ненормальная», а ты «чудо»? Тебе это не кажется несправедливым?
– Ой, да прекратите вы оба, – отмахивается Лиля. – Идеальные костюмчики для пары влюблённых. Зато никто не усомнится в том, что вы вместе.
Когда она говорит «влюблённых», я бросаю взгляд на Фила. А он смотрит на меня в ответ. И моё лицо начинает нестерпимо жечь. Вот же блин.
– Лиля права, – выдаёт Фил. – Это мило, и мы правда похожи на влюблённых.
Я зависаю на несколько секунд.
Он не говорит: «мы будем похожи», или «в этих костюмах мы будем похожи». Нет. Мы уже похожи на влюблённых. И он прав, чёрт бы его побрал.
Не знаю как он, а я так точно уже по уши вляпалась. Не только в проблемы из-за затеи притворяться парой. Но и из-за него. Вернее, из-за того, что творится у меня внутри, когда мы рядом.
– Это не важно, – я скрещиваю руки на груди. – Я не хочу быть «ненормальной».
– Моей «ненормальной», Мира, – Фил произносит это тихим, бархатистым голосом. И я тут же покрываюсь мурашками.
– А мне нравится, как вы общаетесь, – звонко вставляет Лиля, усаживаясь на кровать, рядом с разложенными костюмами. – Продолжайте. Не обращайте на меня внимание.
Ей только попкорна в руки не хватает. Неблагодарный зритель, тоже мне.
Я закатываю глаза.
– Лиля, ну почему такие надписи? Неужели не было чего-то…
– Другого? – хитро прищуривается она.
– …без надписей.
– Без надписей – скучно, – вздыхает она, как маленькая девочка. Хотя мне кажется, что она старше Фила. Да и вообще… есть между ними что-то. Какая-то схожесть. И почему я только сейчас замечаю? – Конечно, я могу поменять их…
– Отлично! Это самое правильное реше…
– На надписи: «Ля ты крыса!»/ «Да, я крыса». Или опять половинки. Но это уже было, а я не люблю повторяться.
Крыса? Что?
Господи, за что мне это, а? Где я так согрешить-то успела?
– Не надо крыс, пусть будут эти, – быстро тараторю я, хватая свой костюм и топая с ним в ванную.
– Правильно, – кивает Лиля, улыбаясь во все тридцать два. – Вы будете само очарование! Ни о чём не переживай!
Да уж. Лучшая администратор, потратившая кучу лет на обучение и выслугу. В кислотном парном костюме с идиотской надписью. Репутации конец! Как тут не переживать?
На склон иду между Филом и Лилей и чувствую себя как в том старом фильме. Где герой посреди дороги стоял, а его подельники удерживали. Вот и меня так же «тащат» к фуникулёру. С одной стороны под руку держит Лиля, с другой Фил. Пресекая все возможные попытки побега.
Лиля всю дорогу что-то щебечет своим звонким голоском. Фил довольно скалится. И только я смотрю на мир с выражением «убейте меня» на лице.
Нас уже встречают. Вероника в белоснежном, обтягивающем костюме напоминает глазированное печенье – идеальное, холодное и несъедобное. Рома рядом щеголяет в новейшей экипировке. Кажется, я даже вижу не снятые бирки. Он выглядит как манекен из дорогого магазина – правильный, но безжизненный.
– Расслабься, Мира. Вы просто очаровашки! – говорит радостная Лиля, отлипая от меня.
– Это план «Вызвать жалость и недоумение»? – шиплю я ей под нос, улыбаясь во весь рот для окружающих.
– План «Они слишком заняты обсуждением вашего безумия, чтобы копать глубже», – весело подмигивает она.
Хороший тамада, и конкурсы интересные. Но я не могу не признать, что её план работает.
На наши костюмы косятся все. Кто-то ухмыляется, кто-то качает головой. Рома смотрит на нас, как на прокажённых. В его взгляде читается чистейшее презрение, смешанное с брезгливостью. Вероника же улыбается ехидно, снисходительно – мол, «смотрите, какие милые клоуны».
Лиля тут же включается в роль режиссёра-постановщика.
– Так, парочки! Предлагаю весёлые старты! – объявляет она.
София, в своём обтягивающем костюме, как в перчатке, тут же мылится к Филу. Но он прижимает меня к себе крепче, ясно показывая ей – ищи пару в другом месте. Блондинка закатывает глаза, сжимает губы в тонкую линию. И стискивает палки так, что перчатки скрипят.
И тут возле неё останавливается нереальный… мачо. Кто он и откуда здесь? Я его не знаю. Но выглядит он как инструктор.
– Это тот, о ком Лиля говорила? – шёпотом спрашиваю у Фила, притянув его за ворот к себе.
Фил смотрит на мои пальцы, сжимающие его куртку. Потом на меня. И в его взгляде такое пламя, что у меня в горле пересыхает. Я тут же резко отталкиваю его от себя. Но он не даёт, удерживая меня под поясницу, прижатой к нему.
– Ты права, администратор. А что? Он… тебе понравился? – хрипло спрашивает Фил, обжигая горячим дыханием мою кожу на шее.
От него пахнет елью и снегом, и… мужчиной. Голова тут же идёт кругом. И от близости, и от двусмысленности нашей позы, и от… него.
– А если понравился? – вырывается из моего рта раньше, чем успеваю подумать, что дёргать тигра за усы не очень-то разумно.
– Правда? Понравился? – Фил оборачивается и рассматривает эту гору мышц, обтянутую костюмом.
Улыбка у инструктора сверкает на солнце ярче бриллиантов. Но он не обращает на нас внимания. Ведь весь сосредоточен на Софии, которая смущённо краснеет от его близости.
– Допустим, что тогда? – продолжаю я, сама не зная почему.
Неужели мне так важно услышать… что? Что Фил меня… ревнует?
– Уволю его, – холодно констатирует Фил и поворачивается ко мне. – А тебя запру в нашем номере, Мира.
– Что? Зачем?
– Затем, чтобы показать тебе, что ты моя. И я буду доказывать тебе это до тех пор, пока ты не прекратишь смотреть по сторонам… моя горячая администратор.
Я сглатываю, подавившись словами.
Это… Он о том, о чём я думаю? Нет же, правд? Не может же он иметь в виду… секс?
Фил сверлит меня взглядом, продолжая прижимать к себе за поясницу. А моё сердце колотится так, что кажется, я скоро или умру, или потеряю сознание.
– Лучше не доводи до этого… Мира, – говорит он хрипло, – я, итак, еле держусь.
Еле держится… от чего?
Всё моё тело покрывается огромными мурашками. А в голове мелькают до жути неприличные картинки.
Я открываю рот, чтобы ответить. Но в этот момент активизируется Лиля. И я безумно, просто несказанно благодарна ей за это.
– Спускаемся вниз, держась за одну палку! Кто упадёт – платит штраф в виде кружки глинтвейна для всех!
Фил отпускает меня, чтобы взяться за свой шест и протянуть мне другой его конец. Взгляд его при этом обжигающий и очень, очень многообещающий. Буквально вижу бегущую строку на его лбу: «Это всего лишь жалкая отсрочка. Я всё равно сделаю с тобой всё, о чём говорю».
Я снова сглатываю, отворачиваюсь и обхватываю рукой холодную палку на ощупь.
– По моей команде! – звонко смеясь командует Лиля. – Цель – не убиться! Второстепенная цель – выглядеть очаровательно! Поехали!
– Надо было подумать о страховке, – вдруг бормочет Фил.
Я фыркаю.
– Неужели испугался?
Фил поворачивается, сверля меня взглядом.
– Только за тебя, – выдаёт он. И все слова застревают у меня в горле.
