После развода. Право на отцовство (СИ) - Бонд Юлия

Собравшись с духом, я по привычке мысленно представила лицо Керимова. Каждую чёрточку знаю на память. И брови широкие его, и нос длинный с небольшой горбинкой на переносице, и глаза миндалевидной формы: красивые, почти чёрные. У Давида такие же.

Подняв трубку, постаралась придать своему голосу обыденность. Сделать это чрезвычайно трудно.

– Привет, – первой отозвалась, с замиранием сердца приготовилась услышать ответ. И когда Эмин сказал первое слово, моя кожа покрылась мурашками.

– С наступающим. Не могу дозвониться Олегу, а я сейчас в столице. Хотел к вам заехать ненадолго.

– Олег сейчас летит самолётом. Вряд ли он перезвонит.

Сказала и губы поджала, ожидая реакцию Эмина. Не знаю, о чём договорились мужчины, но все встречи Эмина и Давида, которые были ранее, происходили в присутствии Майорского. Вряд ли мужу понравится, что на этот раз Эмин придёт в гости, когда его не будет дома.

Но боже мой, как же я соскучилась по Керимову. Мне бы только увидеть его хоть одно мгновение. Беглым взглядом скользнуть по его родному лицу и понять, что у него всё хорошо. А большего мне и не надо. Я уже давно смирилась со своей судьбой. Ничего не жду. Ни на что не надеюсь.

– Если я заеду, не создам ли тебе проблем? – прямо спросил Эмин, а я от радости прижалась к спинке стула, ликуя и предвкушая нашу встречу.

– Приезжай, – одно слово сказала, но с каким трудом оно мне далось.

– Хорошо. Скоро буду.

Эмин первым положил трубку. А ещё долго смотрела на экран мобильного, переваривая наш разговор.

Мы скоро увидимся.

Я, он и наш сын. Втроём. Наедине.

Пожалуй, это самый лучший подарок на Новый год, который только могла подарить мне судьба.

Глава 14

Эмин приехал через час. Я занервничала, услышав за окном рёв мотора. Охранник тут же позвонил мне на мобильный и спросил: пропускать ли гостя во двор или нет.

Вскочив из-за стола, я быстро подошла к шкафу-купе, что в коридоре. Оглядела себя сверху вниз. Мда уж… Были и получше времена в моей внешности. С беременностью я стала выглядеть хуже и мне это не казалось: помимо осунувшегося лица и острых скул, на коже появились пигментные пятна, да и чересчур я стала бледной.

Стук в дверь заставил меня встрепенуться и отойти от зеркала. Миновав быстрыми шагами коридор, дрожащими руками потянулась к замку на входной двери.

Один оборот замка. Второй.

Поток морозного воздуха дунул мне в лицо. Я подняла взгляд на плохо освещённое светом уличного фонаря лицо Эмина. И на месте замерла.

Меня затрясло. Ноги стали ватными.

– Я войду? – спросил Эмин, когда затянувшаяся пауза стала очевидной.

Кивнув, я отошла в сторону, пропуская внутрь Эмина. А затем застыла, прижавшись спиной к стене. Наблюдала, как Керимов снимает с себя одетую не по погоде кожанку, стряхивает с волос на голове почти растаявший снег и снимает обувь.

– Как дела, Ярин?

– Нормально, – выдавила из себя, а когда мы встретились взглядами, с трудом смогла проглотить подкатывающий к горлу ком. – А у тебя… как дела?

– Да тоже ничего, – беспечно усмехнувшись, Эмин опустил глаза на мои руки, прикрывающие уже заметно округлившийся живот. И тоже, кажется, сглотнул с трудом.

Я не знала, о чём он думал в этот момент. Керимов, сколько его помню, всегда мастерски управлял своими эмоциями, скрываясь за маской айсберга. Поэтому мне только оставалось догадываться, что значил прищур его глаз и кривоватая на одну сторону ухмылка.

Жалел меня?

Или сожалел, что беременна не от него?

Впрочем, это было уже неважным. Хотя бы потому что нам априори не судилось быть вместе с самого начала. Я даже представить не могла, как бы Эмин отреагировал, узнав, что мой покойный отец, который в своё время помог ему подняться на ноги, подстроил ДТП, в котором погибли родители Керимова. Если бы возненавидел, то я вряд ли смогла это перенести.

А я настолько увязла в своих мыслях, что не обратила внимания на подарки, с которыми пришёл Эмин. Подхватив с пола несколько коробок, бывший муж попросил разрешения пройти вглубь дома.

Я проводила Эмина в гостиную, где за накрытым столом сидел Давид.

Будто почувствовав присутствие родного человека, Давид резко обернулся и всмотрелся в только что вошедшего в комнату Эмина.

– Привет, малыш, – только успел сказать Эмин, как сынок вскочил со стула и рванул к нему навстречу.

– Дядя Эмин! Дядя Эмин приехал, – радостно говорил сын, а у меня в голове стучало набатом от мыслей: не дядя, а папа.

Это твой папа, сынок!

Горячая слеза обожгла кожу, скатившись по щеке и подбородку куда-то вниз. Я смотрела на родных отца и сына, чувствуя, как моё сердце обливается кровью. И как только Эмин мог позволить Олегу, чтоб Давид называл родного отца дядей?

Конечно же, я понимала, что для детской психики иметь двух пап – никуда не годится. Но это всё неправильно и несправедливо. Эмин имел бесспорное право быть отцом своему сыну, а не дядей. Но ошибки, совершённые мной в прошлом, уже не исправить. Утонув в своей боли и безответной любви, я позволила всему случиться, что имею на сегодняшний день. Се ля ви.

– Это всё мне? – удивился малыш, получая очередную коробку, обёрнутую красивой дизайнерской бумагой и большим бантом сверху.

– Тебе, сынок, – вырвалось из Эмина. Потрепав по голове тёмные кудри Давида, Керимов добавил: – Любишь получать подарки, да?

– Люблю.

Эмин вдруг обернулся и обратил взгляд на меня.

– А мама твоя, как думаешь, любит подарки? – спросил Эмин у Давида и, услышав, что любит, передал одну небольшую коробку Давиду: – Это для мамы.

Сорвавшись с места, малыш принёс мне подарок Эмина. Я взяла его в руки и, посмотрев на Эмина, только и смогла выдавить из себя "спасибо".

Эмоции захлестнули.

Это так неожиданно со стороны Керимова. А я ему ничего не приготовила, потому что даже не ждала сегодняшнюю встречу.

Давид весь ушёл в процесс распаковки подарков. Усевшись на мягком ворсистом коврике, малыш разворачивал своими маленькими ручками бумагу и очень расстраивался, когда у него не получалось сделать это с первого раза. Эмин подключился.

Тайком, пока меня никто не заметил, я взяла со стола мобильный и сделала несколько кадров на телефон. Снимки сразу же перенесла в "облако", а из общей галереи их удалила на всякий случай.

Эмин собрался уходить. Было видно, что ему это не хочется. Его тоскливый взгляд всё время блуждал по Давиду, отчего в моей груди до боли сжималось сердце.

– Может, останешься ненадолго? Поужинаешь с нами, – предложила я в надежде, что Эмин не откажется.

Пусть хоть на пять минут задержится. Я ещё не насмотрелась на него. Не надышалась.

Изогнув брови, Эмин мазнул по мне вопросительным взглядом.

– Это лишнее, Яр. Я уже пойду. Мне пора.

Обняв сыночка на прощание и поцеловав его в щеку, Эмин поднялся с коврика, где они сидели с Давидом вместе. Прошёл всю гостиную и поравнялся со мной.

Его задумчивый взгляд заставил меня напрячься.

– Хочу, чтобы ты ответила на мой один вопрос. Только честно, Ярина. Договорились?

– Спрашивай.

– Кто отец твоего будущего ребёнка?

Тяжело вздохнув, я опустила глаза в пол. Страшно смотреть на любимого и говорить то, что сделает ему больно. В мыслях я допускала, что Эмин однажды задаться вопросом: от кого я беременная. Слишком много случайностей в нашей с ним истории произошло. Вдруг и на этот раз беременная от него?

– У меня будут двойняшки… от Олега, – с трудом выдавила из себя. Огромным усилием воли смогла поднять взгляд на Эмина. – Это не твои дети, Эмин.

Эмин тоже вздохнул. Кивнул,словно другого ответа и не ожидал от меня.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Больше ничего не сказав, Керимов развернулся и пошёл к выходу.

Я проводила его до дверей. Но уже на пороге, не выдержала. Поддавшись эмоциям, сама прильнула к груди бывшего мужа, в ответ он робко обнял меня за плечи.