— Вроде того. Кто-то же должен был выполнять работу, пока вы… поправляли здоровье.
Закусываю губу.
Его замечание — с одной стороны, абсолютно резонное — колет невидимой иглой. Меня не было три с лишним года, и работа компании, понятно дело, не стояла на месте. Вот только… Я думала, что мои обязанности исполняла мой зам — Виктория Чередина. А оказалось, что руководство привлекло кого-то извне.
— Что ж… В таком случае спасибо, что подстраховали, — приободрившись, одергиваю пиджак и натягиваю профессиональную улыбку. — Когда вы сможете освободить мой кабинет?
— В самое ближайшее время.
Почему в его ответной улыбке мне явственно чудится издевка?
— Благодарю. Вы уже подыскали себе новое место?
— Новое место? — насмешка в глазах Аршавского становится совсем уж очевидной.
— Ну да. Я ведь возвращаюсь к исполнению обязанностей, а вам, стало быть, нужно подыскивать другую работу.
— К счастью, не нужно, — огорошивает он, опираясь мощным бедром в край моего многострадального стола.
Я слегка ошалело хлопаю ресницами.
— Но почему?
— Потому что я остаюсь работать в «ГрандМедиа». Руководству так понравились мои результаты, что они не захотели меня отпускать.
Я молчу, ощущая, как на зубах скрипит песок, а нутро наполняется страхом и желчью.
Что же это получается? Пока я изо всех сил старалась вернуться к нормальной жизни и не допустить инвалидности, мое место занял какой-то самодовольный сноб. И не просто занял, а показал отличные результаты, которые сподвигли начальство перевести временного сотрудника в разряд постоянных.
Черт… Этот удар оказался ниже пояса.
Я, конечно, понимаю, что маркетинг — крайне конкурентная среда. Однако после турбулентности, случившейся в моей жизни, я надеялась, что хотя бы на работе все будет понятно и стабильно. Но… не тут-то было.
— Ну и какую должность вам предложили? — с истерично бьющимся сердцем уточняю я.
— Мы с вами станем партнерами, — Аршавский обнажает ровный ряд крупных белых зубов. — Вы будете руководить креативным отделом, а я отделом продакшна.
Я задыхаюсь. Да ведь это же почти одно и то же! Раньше отдел продакшна был структурным подразделением креативного отдела, а теперь его, значит, выделили в отдельную ветвь?
— Кто принял это решение? — с трудом сдерживая клокочущее в груди негодование, спрашиваю я.
— Борис Андреевич, наш генеральный, — бесстрастно роняет мой новый коллега. — Полагаю, после услышанного вы захотите пообщаться с ним лично?
Вот засранец! Еще и подначивает! Очевидно, мое недовольство не скрылось от его глаз!
— Да, думаю лишним это не будет, — повыше вздернув подбородок, отвечаю я. — А вы пока собирайте вещи. А то я терпеть не могу, когда меня отвлекают от рабочего процесса.
Глава 29
Громкий цокот моих каблуков эхом разносится по коридору.
Ну надо же! Директор отдела продакшна! Да где это, черт возьми, видано?!
Я проработала в «ГрандМедиа» больше десяти лет и не собираюсь отдавать свои по праву заслуженные влияние и авторитет какому-то накаченному выпендрежнику! Пусть проваливает в какое-нибудь другое агентство! А у нас тут и без него все прекрасно!
Залетаю в приемную генерального и обращаюсь к улыбчивой секретарше, имени которой не знаю:
— Борис Андреевич на месте?
— Да. Как вас представить?
— Аделина Ниценко. Он должен меня ожидать.
Зажав кнопку селектора, девушка оповещает босса о моем приходе, и тот тотчас велит пропустить меня в его кабинет.
С Борисом Андреевичем Полянским нас всегда связывали теплые отношения. Во-первых, он давний друг моего отца. Во-вторых, был одним из членов комиссии, когда я защищала диплом в университете. Ну и, в-третьих, в формате начальник-подчиненная мы с ним тоже чудно поладили.
Он часто хвалил мои идеи, поддерживал начинания и давал полную творческую свободу. А во время моего длительного больничного пару раз приезжал ко мне домой. Чтобы лично оказать поддержку.
— Аделиночка! Ну наконец-то! — восклицает Полянский, увидев меня на пороге своего кабинета.
Его глаза за стеклами толстых очков в темной роговой оправе радостно поблескивают, а лицо, подернутое сетью глубоких, но отнюдь не портящих его морщин, расплывается в улыбке.
— Здравствуйте, Борис Андреевич, — я приближаюсь к начальнику и сердечно жму его руку. — Да, настало время вернуться в строй.
— И мы невыразимо этому рады! Прошу, — жестом указывает на стул для посетителей, — присаживайся.
— Благодарю, — опускаюсь на мягкую обивку и поправляю подол юбки.
— Как твое здоровье, Аделина? Ты хорошо себя чувствуешь?
— Более чем, — заверяю я. — Врачи и правильный психологический настрой сделали свое дело.
— Ты даже не представляешь, как я счастлив это слышать, — искренне выдыхает он. — Когда с тобой приключилась беда, мы с Танечкой места себе не находили…
Татьяна Александровна Полянская — жена Бориса Андреевича, с которой я тоже лично знакома. Приятная светлая женщина. Такая же, как и ее супруг.
— Ну, к счастью, темные времена в прошлом, — бодро произношу я. — Теперь я снова с вами и готова работать не покладая рук.
— Ты в своем репертуаре, — босс шутливо грозит мне пальцем. — Только вышла, а уже рвешься в бой.
— Я ждала этого момента несколько месяцев. Какие у нас текущие проекты? Есть новые заказчики?
— Ох, новостей у нас много. Даже не знаю, с какой начать. Вот, пожалуй, из главного: «Глобал Финанс Банк» заключил с нами долгосрочный контракт.
— Да вы что? — ахаю я. — Вот уж поистине жирный улов!
Еще во времена моей работы агентство активно охотилось за этим крупным клиентом, но все безуспешно. Однако, судя по всему, гиганты финансового мира все же дрогнули под напором нашего креатива.
— И не говори, — усмехается Полянский. — Этот контракт обеспечил нас работой на годы вперед, и все благодаря нашему новому сотруднику!
— Новому сотруднику?.. — хрипло перепрашиваю я, с ужасом догадываясь, о ком сейчас пойдет речь.
— Да. Его зовут Егор Владимирович Аршавский, — подтверждая мои худшие опасения, заявляет босс. — Уникальный персонаж! Послужной список впечатляет! Год назад перебрался в Москву из Питера. Говоря по правде, мне пришлось приложить немало усилий, чтобы его заполучить… Да что там! На московском рекламном рынке за него началась настоящая борьба! Но я ведь тоже не лыком шит, да? — Борис Андреевич задорно мне подмигивает. — Предложил Аршавскому такие условия, от которых он не смог отказаться. А через пару месяцев он привел к нам в компанию несколько новых клиентов, в числе которых был и заветный «Глобал Финанс Банк».
Настроение, заметно улучшившееся после радушного приема Полянского, вновь стремительно скатывается в отрицательную плоскость. Выходит, этот Аршавский — натуральный клад для агентства, и руководство никогда в жизни его не отпустит.
— Совсем скоро ты с ним познакомишься, — воодушевленно продолжает Полянский. — Пока ты отсутствовала, он выполнял твои обязанности. А теперь, когда ты вновь в обойме, Аршавский возьмет на себя ответственность за продакшн. Так что вам придется довольно тесно сотрудничать.
— Мы уже познакомились, — я выдавливаю кислую улыбку. — Он сидел в моем кабинете.
— Верно. Надеюсь, ты не в обиде? Просто в кабинете, отведенном для Аршавского, делали косметический ремонт, и мы…
— Никаких проблем, — перебиваю я, чтобы босс ни дай бог не решил, что я по-детски обиделась из-за такой мелочи. — Это все рабочие моменты. Разберемся.
— Вот за это я тебя и ценю, Аделин, — одобряет он. — Всегда мыслишь прагматично.
— Значит, сейчас мы активно работаем над рекламными проектами «Глобал Финанс Банка»? — я возвращаюсь к сути.
— Этими проектами полностью руководит Аршавский, — отмахивается Борис Андреевич. — А для тебя я подготовил кое-что новое и интересное.
— И что же? — в душе вспыхивает давно забытый азарт.
