Подарок на свадьбу бывшего (СИ) - Рымарь Диана

— Мы плохо тебя воспитали, ты не уважаешь мать. Однако же теперь я больше такого твоего отношения к матери не стерплю. Давно надо было тебя остудить. Ты высоко взлетел в компании, Арнак. Благодаря мне взлетел, но я же могу обломать тебе крылья.

Ишь ты, какой господь бог выискался.

— Намекаешь на то, что погонишь меня отсюда поганой метлой, если не стану, как прежде, послушным пай-мальчиком? — хмыкаю я.

— Ты управляешь огромными деньгами, — говорит отец. — Перед тобой весь мир. Все это дал тебе я. Ты ничего не добился бы без меня. И дело уже совсем не в твоей бывшей жене, а в принципе. Ты не будешь сходиться с Ритой. Ты бросишь ее, заберешь деньги и женишься на достойной девушке. Она родит тебе достойных наследников. И либо ты делаешь так, как говорим тебе мы, либо мы не можем тебе доверять, а значит…

— Я понял, — перебиваю их.

Киваю и ухожу.

Направляюсь прямиком в отдел кадров — писать заявление по собственному.

Потому что меня задолбал весь этот цирк с конями.

Глава 25. Сам на сам

Арнак

Мне требуется неделя, чтобы хоть как-то прийти в себя и наладить дела.

Я все в жизни поменял.

Работу, жилье, даже гардероб…

Хожу по коридору новой квартиры, а в голову до сих пор торпедами врезаются родительские наказы:

«Отмени банковский платеж!»

«Верни деньги!»

«Слушайся нас, а то наследства лишим…»

«Женись на достойной девушке…»

Я, по их мнению, кто? Кукла-перчатка? Та, которая тряпичная: на руку напялил и делай с ней, что хочешь. Хочешь — играй, хочешь — грязь ею вытирай.

Именно так я себя и чувствую, будто меня использовали, чтобы прибирать за близкими.

Нет, ну логично, в принципе. Вазгену отец фирму передать не может, потому что тот ее проиграет. Ашоту не может, потому что младшему эта фирма до одного места.

А Арнак — нормальный такой вариант.

Можно взвалить на него всю тяжелую работу, взять кнут и помыкать в свое удовольствие. Он, как ишак, все стерпит, всех вывезет в светлое будущее.

Сколько раз он мне говорил — фирма за тобой, твое наследство, твое будущее. Грызи камни, старайся, учись делать деньги из ничего. Должность тебе передам, будешь свою семью обеспечивать.

В понятие «своя семья», разумеется, включались братья с женами и детьми, родители, которые по факту получали девяносто процентов прибыли, которую я приносил.

Двенадцать лет я во все это верил, жрал эти басни и не давился. И слушался, и горбатился, и старался, работал до кровавых соплей. Чтобы папа хоть немного обратил на меня внимание. Чтобы похвалил, чтобы одобрил. И каковы результаты?

Сука…

Как подумаю, что потратил столько лет на фирму, из которой по факту погнали поганой метлой…

Неужели родители вправду думали, я такая амеба. Они мне — жри говно, а я им — да, да, давайте еще, ложку мне побольше.

В страшном сне не могу представить, что они во мне такого увидели, раз посчитали возможным для себя указывать мне, на ком жениться, как себя вести. Я ведь к ним всегда с уважением, всегда готовый помочь, быть полезным, внимательным.

«Верни деньги, которые отдал Рите…»

Да я вас, скотов, забыл спросить, что мне делать с моими деньгами! Даже не в фирме отца заработанными! Потому что как раз он-то мне особенно зарабатывать и не давал, я там больше на перспективу трудился.

Я вообще изначально хотел свой стартап по разработке дизайна игр. Но отец проехался по ушам, что его-де фирма — будущее, а моя идея — блажь. Наобещал с три короба, взял меня в узду, и я радостный такой пошел вперед.

Не понимаю, как можно вообще представить, чтобы я дал денег Рите, а потом потребовал обратно? Это насколько меня как человека надо не знать и не уважать?

И насколько же они ненавидят Риту!

Искренне не понимаю, чем она им так не угодила? Вот чем?

Хорошая ведь, искренняя. Всегда с любовью ко мне, с уважением к матери, несмотря на нюансы. А нюансов там было столько, что жопой жри.

Мать ведь что ни день, то выдавала перлы. То с одного бока Риту щипнет, то с другого. И салфетки она складывает не так, и спит долго, мужу завтрак не готовит. А когда я опровергал это утверждение, потому что она готовила, мать находила, к чему еще придраться.

Я все это видел, как мог ограждал Риту, минимизировал их общение. Но не мог же я запретить собственной матери появляться в доме, который они с отцом и подарили.

Хотя, как теперь понимаю, надо было.

Я вообще не должен был дом принимать в подарок.

Если мира в семье хотел.

Мира не случилось.

А что случилось — так это спущенные в унитаз годы труда в родительской фирме. Я б уже свою, может, построил!

Чтобы не сойти с ума, я решил посвятить всего себя новому проекту под названием «Дом».

Нет, я не вернулся в тот крысятник.

Наоборот, собрал все свои сбережения, все, что осталось, и купил квартиру.

Обалденная трешка в элитной многоэтажке на берегу реки Кубань. С прекрасным видом, охрененной планировкой, новой элитной сантехникой.

Место, где мы с Ритой будем жить, когда она ко мне вернется.

Она же вернется, да?

Хоть когда-то…

Оттает? Простит меня? Она же любит меня! Да?

Теперь я самозабвенно обставляю новое жилище и представляю, как мы здесь будем жить.

Кровать с ортопедическим матрацем, пышными подушками и мягким одеялом. Здесь я буду ее регулярно любить, засыпать с ней в обнимку и вообще существовать…

А в гостиной, на том синем диване, мы будем смотреть фильмы, есть попкорн, наслаждаться жизнью.

На кухне она станет готовить мне ужин на той классной новомодной плите, что я прикупил. К слову, она не греющаяся — в том плане, что поверхность при готовке не нагревается, и ее очень легко мыть.

И таких ништяков в квартире — навалом. Мест, где нам с Ритой будет хорошо, комфортно.

Теперь задача со звездочкой: как-то перевезти Риту сюда. Или хотя бы в гости зазвать — черт с ним, я не гордый, согласен и на это.

Но ведь не придет!

Сколько бы ни приглашал, не придет.

Потому что не знает, как тут классно, и как сильно я по ней скучаю.

Ей же не может быть все равно, в самом-то деле. Нельзя любить человека три года, а потом бац — и разлюбить по щелчку пальца. Ведь нельзя же, нет?

Но иногда мне кажется, что так и есть — разлюбила. Она ж даже не слушает меня, не воспринимает. У нас нет никакого нормального общения.

Решаю сделать для Риты видеозапись, чтобы показать, как для нее расстарался.

Однако когда включаю запись, совсем не квартиру хвалю.

Смотрю в экран и говорю:

— Рита, девочка моя, я так безумно по тебе скучаю…

Глава 26. Видео

Маргарита

— Пожалуйста, я очень тебя прошу, просмотри видео до конца, — звучит голосом Арнака мой телефон.

Я сижу на краю ванной в свежеотремонтированной, облицованной кафелем комнате и смотрю видео, присланное Арнаком.

Смотрю и недоумеваю: с чего он решил, будто я бы его сразу выключила?

Арнак на видео какой-то другой, необычный. Явно нервничает.

Похудел, что ли? Еще больше, чем раньше. У него темные круги под глазами, будто не давно спал.

Вглядываюсь в его лицо, такое родное. До сих пор.

Пялюсь в экран телефона и слушаю, слушаю…

— Рит, я сейчас на видео скажу то, что надо было лично сказать. Но ты отказываешься со мной встречаться, так что… Рит, прости меня!

На этом моменте я зависаю, даже останавливаю видео, потому что этот его тон… Он такой берущий за душу, полный горечи. Будто Арнаку больно сейчас. Прямо как мне в момент, когда он меня бросил.

Сглатываю не пойми откуда взявшийся ком, снова нажимаю на воспроизведение.

Арнак говорит дальше:

— Прости, что отнесся к тебе, как к свиноматке, по-другому и не скажешь…

Он меня этой свиноматкой будто наотмашь бьет. Ведь все так и есть!

— Рита, я помню тот момент, когда ты пришла ко мне на работу после той моей скотской записки. Ты говорила, мол, лечиться будешь, проверяться… Рит, я себя тогда таким скотом почувствовал, ты представить себе не можешь. Мне не уходить от тебя хотелось! Мне хотелось обнять тебя и весь вечер успокаивать, вину заглаживать. Извиняться… Просто обнять, прижать к себе. Чтобы ты тут была, как можно ближе к сердцу!